Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24"

29 декабря 2010 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
29.12.2010, 21:37
Ведущий: Эвелина Закамская


ВЕДУЩИЙ: Здравствуйте, Владимир Александрович.


Владимир ДМИТРИЕВ, председатель Внешэкономбанка: Добрый вечер.


ВЕДУЩИЙ: Рада Вас видеть, спасибо, что нашли для нас время. Российская экономика в этом году, как говорят, вышла из кризиса. Действительно ли это так и как это отразилось на работе Внешэкономбанка?


Владимир ДМИТРИЕВ: Конечно, не все кризисные явления преодолены, проблем остается очень много. Но, по крайней мере, что касается деятельности Внешэкономбанка, мы уверенно переходим из режима антикризисных действий в русло проведения нашей профильной политики, политики Банка развития. Новые проекты, новые заемщики, новые амбициозные планы. Если честно сказать, то мы, на самом деле, и в кризис не приостанавливали нашу работу Банка развития, но, конечно же, основной акцент был сделан на подключении банка к антикризисным мероприятиям.


ВЕДУЩИЙ: То есть, вы перестали быть такой красной кнопкой, вошли в режим планомерной работы?


Владимир ДМИТРИЕВ: Во многом мы по-прежнему остаемся банком, который осуществляет антикризисные мероприятия. Не надо забывать о субординированных кредитах, которые мы дали на срок 10 лет. Не надо забывать, что мы по-прежнему проводим санацию двух крупных коммерческих банков, мы стали "счастливыми" обладателями ряда непрофильных активов: «Амурметалл», концерн «Тракторные заводы». Но для этого у нас есть компания «ВЭБ Капитал», которая помогает нам управлять всем этим большим разрозненным и не всегда свойственным функциям Банка развития хозяйством.


ВЕДУЩИЙ: Минэкономразвития предложило создать программу по приватизации непрофильных активов, согласовали ли вы ее и какого мнения придерживаетесь на сей счет?


Владимир ДМИТРИЕВ: Еще в прошлом году, когда принимались решения по санации Глобэкс-банка, Связь-банка по работе с их активами, и они действительно сейчас находятся в надежных руках, но все это потребовало колоссальных усилий и в том числе и серьезных финансовых ресурсов. На расшивку проблемных долгов Глобэкс-банка мы получили из Центрального банка депозит в размере 87 миллиардов рублей, за это надо рассчитываться. И, конечно же, реализация непрофильных активов, к которым я причисляю и коммерческие банки, невозможна сейчас, когда рынок недооценен. Мы и на Набсовете, и в разговорах с членами Наблюдательного совета, в число которых входит и министр экономики, эту тему открыто ставили, и достигли общего понимания, что реализация этих активов возможна через несколько лет, когда тот же Глобэкс-банк будет серьезно капитализирован. И мы можем рассчитывать на применение коэффициентов, которые существовали до кризиса или, по крайней мере, были бы близки к ним, когда капитал банка мультиплицируется в несколько раз. Кроме того, к таким непрофильным активам мы относим то имущество, те незавершенные стройки, те объекты, которые достались от Глобэкс-банка. Это бывший часовой завод «Слава». Есть ряд работающих активов, но прежде чем вести речь о реализации этих строек, их нужно достроить.


ВЕДУЩИЙ: Говоря о проектах развития, которые поддерживает Внешэкономбанк, нужно особо выделить проекты в сфере модернизации. Вот какие проекты можно назвать действительно современными?


Владимир ДМИТРИЕВ: Сейчас порядка 15 процентов нашего кредитного портфеля относится к проектам, связанным и с инновацией, но, что касается модернизации, процент гораздо выше, соотношение гораздо выше. Мы активным образом ведем целенаправленный поиск проектов, которые относятся к этим приоритетам. Одно из направлений такой деятельности связано с поддержкой отечественного судостроения, это совершенно новые, во многом не имеющие аналогов ни у нас в стране, ни даже за рубежом, проекты судостроительной отрасли. Мы профинансировали для компании «Совкомфлот» строительство двух мощных ледоколов, по 70 тысяч тонн дедвейтом каждый. Это суда повышенной судовой мощности, эти нефтеналивные суда через Северный морской путь доставляли нефть в страны Юго-Восточной Азии. Мы, если говорить о модернизации, об инновациях, мы приняли на правлении и на Наблюдательном совете решение о финансировании российской компании, где Внешэкономбанк впервые будет участвовать в проекте поддержки российской компании в сфере суперкомпьютеров и их математического обеспечения. Это компании «T-Платформы», которые активно выходят на европейские рынки, и в участии в капитале которой заинтересованы ведущие компании в сфере вычислительной техники и суперкомпьютеров. Мы с гордостью говорим о том, что в этом году запустили два серьезных проекта в сфере модернизации нашей нефтеперерабатывающей отрасли: это «Тобольск-Полимер». Крупнейшая сделка, очень сложная с точки зрения структурирования ее финансовой модели, где участвовали крупнейшие европейские банки, представляющие другие континенты, ведущие государственные страховые агентства. Наше участие - это порядка полутора миллиардов долларов.


ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, вопрос, который чаще всего задают эксперты, обсуждая будущее российской экономики: где брать деньги на инновации? Какие возможности есть для этого у Внешэкономбанка и какие инструменты, новые, может быть, для финансирования новых проектов сейчас обсуждаются?


Владимир ДМИТРИЕВ: Ничего нового мы здесь не придумаем, деньги надо брать на рынке. Мы в этом году завершили несколько сделок, ряд из которых стали, по сути дела, прорывными. Никто из российских заемщиков, а уж тем более после кризиса, не брали деньги на такой длинный срок и не привлекали столько инвесторов из различных стран мира в облигации, выпущенные Внешэкономбанком, либо связанные сделки, где нас поддерживают иностранные государственные страховые агентства и банки, соответственно, осуществляющие поддержку национального промышленного экспорта. По нашим подсчетам, только в этом году мы привлекли в общей сложности в эквиваленте порядка 9 миллиардов долларов, в том числе три транша еврооблигаций. Самый последний - это пятнадцатилетний выпуск. С такими объемами и сроками размещения никто до нас не выступал, но дело даже не в этом. Дело в том, что привлечения состоялись в этом году, а, стало быть, иностранный инвестор поверил в то, что Россия платеже-, кредитоспособна, у России есть хорошие заемщики, в Россию верят, верят не только в государственные банки, но и в банки с частным акционерным капиталом. Конечно, важно для инвестора то, что государство поддерживает такого рода размещения.


ВЕДУЩИЙ: А предложение вкладывать в инновационные проекты пенсионные средства?


Владимир ДМИТРИЕВ: Особая тема, интересная тема, но, если говорить о Внешэкономбанке как государственной управляющей компании, разумеется, мы в большей степени придерживаемся консервативного подхода к управлению пенсионными деньгами. Нам важно четко понимать, какие риски существуют, ведь инновационный бизнес - это бизнес повышенного риска. Я в последнее время неоднократно участвовал в международных и сугубо российских форумах и дискуссиях на тему поддержки инновационного бизнеса. Сейчас никого не смущает, и все открыто об этом говорят, что инновация - это риски. И из десяти проектов лишь два-три могут оказаться успешными, но именно их успех обеспечивает общую успешность вложений в инновационный бизнес. Поэтому теоретически, конечно, возможно, особенно тогда, когда проекты находятся не в стадии стартапов, а когда уже в более продвинутой стадии, когда понятна перспектива коммерциализации этих проектов, можно говорить о привлечении пенсионных денег. Но не надо забывать, что, в соответствии с нашей расширенной декларацией, мы можем приобретать долговые инструменты, обеспеченные государственной гарантией. И вот этот механизм, как мне кажется, вполне приемлем для рассмотрения вопроса о привлечении пенсионных денег в инновационный бизнес.


ВЕДУЩИЙ: А какие результаты показало в этом консервативное управление пенсионными деньгами?


Владимир ДМИТРИЕВ: В соответствии со сложившейся практикой мы к февралю обнародуем результаты нашей деятельности. К сожалению, но это уже не в наших силах, с учетом заметного роста цен в третьем и четвертом кварталах, скорее всего общая доходность нашего портфеля окажется чуть ниже инфляции. Но это связано с тем, что мы только в этом году, по существу, стали формировать инвестиционный портфель в соответствии с расширенной декларацией. Много средств было вложено, по естественным причинам, в государственные облигации, они показали не ту динамику, на которую мы рассчитывали. И выходить из этих бумаг, не имея альтернативы, конечно, не представлялось целесообразным. Но, тем не менее, мы рассчитываем, что то, что уже намечено, облигации, гарантированные государством, которые выпускает «Роснанотех», «Объединенная авиационная корпорация» и ряд других надежных заемщиков, помогут нам сбалансировать доходность и выйти на приемлемые результаты.


ВЕДУЩИЙ: Обновление экономики, в том числе и в сфере рискованных высоких технологий, невозможно без развития малого и среднего предпринимательства. Здесь вы не боитесь рисковать? И какие проекты сегодня финансируете?


Владимир ДМИТРИЕВ: К счастью, малый и средний бизнес показывает хорошую динамику. Только в этом году в целом банковская система предоставила малому и среднему бизнесу средств на один триллион больше, чем в прошлые годы.


ВЕДУЩИЙ: И это предложение превышало спрос?


Владимир ДМИТРИЕВ: Спрос огромен, равно как и востребованность кредитов. Но одновременно мы понимаем, что необходима целенаправленная системная работа по поддержке субъектов малого и среднего предпринимательства. В этом смысле известна программа, которую мы реализуем через Российский банк Развития по поддержке малого и среднего бизнеса. Из тридцати миллиардов - кредита, который был выдан Российскому банку Развития на малый бизнес путем различных финансовых подходов: это рефинансирование через Центральный банк, это программы софинансирования, где региональные банки также участвуют в поддержке малого и среднего бизнеса. В общей сложности эта программа достигнет к концу года ста миллиардов рублей. Если брать наши дочерние банки, Глобэкс-банк, Связь-банк, то мы рассчитываем на общий объем в размере 125 миллиардов. И до 2015 года мы прогнозируем увеличение этой поддержки до 250 миллиардов рублей. Программы разные, важно отметить, что, во-первых, мы предоставляем достаточно длинные ресурсы для малого и среднего бизнеса. Исключительно важно то, что теперь порядка 60 процентов связано с реальным производством. Я сказал о финансировании, да? Это тогда, когда не только мы, но и банк-участник программы направляет средства на поддержку малого и среднего бизнеса. И тогда мы идем на существенные послабления: мы снижаем ставки, мы увеличиваем сроки. Мы запустили программы финансирования для инноваций и модернизаций, где тоже ставки заметно ниже тех, хотя в целом мы достигли снижения ставок до примерно 12 процентов, что, в общем-то, на фоне галопирующего увеличения ставок до 25-30 процентов в кризисные годы, конечно же, серьезно облегчает задачу развития малого и среднего предпринимательства.


ВЕДУЩИЙ: Я не могу не спросить о поддержке Внешэкономбанком ипотечного рынка. Как он будет развиваться в дальнейшем? И каких объемов он достиг сегодня с вашей помощью?


Владимир ДМИТРИЕВ: Общеизвестная цифра - 250 миллиардов рублей Внешэкономбанк выделяет на эту программу. Здесь задействованы и собственные средства банка, из тех,  которые мы получили, работая на фондовом рынке, получили прибыль, часть которой направлена на реализацию олимпийских проектов, а другая часть - 50 миллиардов рублей - на поддержку ипотеки. Здесь задействован и Фонд национального благосостояния - 40 миллиардов, которые мы направляем АИЖК. Здесь же деньги - накопительные части пенсионных средств. То есть в совокупности все продукты задействованы, и отрадно сейчас констатировать, что уже порядка девяти миллиардов рублей выдано кредитов коммерческими банками. Мы имеем заявки на все 150 миллиардов, которые предназначены на эти цели. Плюс, я еще говорил вам, 40 миллиардов - АИЖК и, кстати, 50 миллиардов из собственных средств банка будут направляться на выкуп облигаций по минимальным ставкам, под 3 процента. И с тем, чтобы эти деньги работали уже сейчас, мы на Набсовете приняли решение о том, что их можно направлять на рефинансирование кредитов, выдаваемых коммерческими банками, их заемщикам для строительства жилья экономкласса. Есть проблемы, связанные с тем, что пул кредитов, за счет которого будет формироваться необходимая база для выпуска облигаций, только формируется. И поэтому мы рассчитываем, что в полной мере программа, я имею в виду уже выкуп непосредственно ипотечных облигаций, развернется масштабно в следующем году. Но, я еще раз подчеркиваю, все заявки на 150 миллиардов рублей мы приняли от коммерческих банков, и программа разворачивается.


ВЕДУЩИЙ: Ну, и олимпийские спортивные стройки. Стройки в Сочи, сейчас еще добавляется Чемпионат Мира 2018 по футболу. И, наверное, без ВЭБа здесь тоже не обойтись?


Владимир ДМИТРИЕВ: Сочинская олимпиада, действительно, стала для нас серьезной проверкой на состоятельность. Но и к своему собственному удовлетворению, и отмечая вклад моих сотрудников, и тесное взаимодействие и с «Олимпстроем», и с нашими инвесторами, мы сильно развернулись. Уже сейчас объем кредитов Внешэкономбанка, утвержденный нашими органами корпоративного управления, по сути дела, приблизился к 70 миллиардам. И еще несколько проектов на подходе. Мы хорошо "потренировались" на этих объектах, мы очень многое узнали, очень многое постигли, очень много получили положительного опыта в сотрудничестве с инвесторами. И, разумеется, этот багаж, наверное, лучшая характеристика или лучшая предпосылка для того, чтобы мы серьезно рассматривали и будущий футбольный чемпионат.


ВЕДУЩИЙ: Ну, вот смотрите, Владимир Александрович, Внешэкономбанк, он всегда и повсюду: инновации, малый и средний бизнес, олимпийские стройки, ипотека. «Банк спасения» - каковым вас называли во время кризиса. Самый распространенный вопрос: знаете, что про вас говорят? Когда у ВЭБа кончатся деньги?


Владимир ДМИТРИЕВ: На самом деле, у ВЭБа кроме капитала, который формируется исключительно за счет бюджетных взносов, в отличие от коммерческих банков, где можно и на рынок, на IPO выйти… Мы другая категория, равно как и наши партнеры из других стран. Например, немецкий Банк Развития ежегодно привлекает порядка 60 миллиардов евро для финансирования своих проектов. У нас по этому году результаты пока скромные. Я говорил, называл цифру, - около 9 миллиардов долларов. Вот, собственно, рынок. А рынок – это, прежде всего, доверие. Доверие к банку, доверие к России, это ощущение инвестиционной привлекательности нашей страны. Соответственно, если все будет благополучно, я надеюсь, что так оно и будет, рынок огромен. Мы сейчас серьезно работаем над региональными проектами: создание фонда прямых инвестиций для Дальнего Востока и Забайкалья, заработал наш фонд инфраструктурных инвестиций, вместе с компанией Macquarie Renaissance. Стоило нам закрыть сделку по приобретению одной транспортной компании, как следом за нами последовал «ВТБ Капитал» и еще одна инвестиционная компания. Так вот, мы сейчас серьезно рассматриваем вопрос о привлечении крупнейших зарубежных инвесторов, это и суверенные фонды, это и компании частных прямых инвестиций, для участия в крупных проектах в России. И мы видим растущий, совершенно неподдельный интерес к тому, чтобы в Россию входить. Независимо от того, ведем ли мы речь о европейцах, зоне Персидского залива, Юго-Восточной Азии, Америке. Интерес неподдельный. И, конечно, вот эту ситуацию надо капитализировать.


ВЕДУЩИЙ: Я желаю Вам успехов. Спасибо.


Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.


 

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24" (IX Международный инвестиционный форум «Сочи-2010»)

17 сентября 2010 года
#Публикации
Назад

ВЕДУЩИЙ: Добрый вечер! Сейчас у нас в гостях Владимир Дмитриев, глава Внешэкономбанка. Здравствуйте, Владимир Александрович!


Владимир ДМИТРИЕВ, председатель Внешэкономбанка: Добрый день!


ВЕДУЩИЙ: Это форум, который уже не первый для вас. И Внешэкономбанк активно участвует в такого рода мероприятиях, активно инвестирует в регион, в конкретный этот. Что нового, какие контракты вы заключили в этом году?


Владимир ДМИТРИЕВ: Действительно, Кубанский международный экономический форум, который в следующем году будет отмечать свой юбилей, для нас уникальная площадка для того, чтобы поговорить с нашими партнерами, подвести итоги сотрудничества, наметить новые планы. И этот форум не стал исключением. Был подписан целый ряд соглашений, как общего характера, закрепляющих состояние сотрудничества, так и конкретные соглашения по конкретным проектам. Мне думается, что форум, по крайней мере, первый полноценный день его работы, состоялся, удался. Мне понравилось первое мероприятие, организованное Сбербанком, по поддержке малого и среднего предпринимательства. Конечно, не могло остаться незамеченным и нельзя было безучастно проходить мимо сегодняшнего пленарного заседания, которое подтвердило, что форум это, во-первых, площадка уровня премьера, который сегодня озвучил текущее состояние российской экономики, вселил оптимизм, и, самое главное, что, отвечая на вопрос десятилетней давности, каким бы он хотел видеть Россию, мне кажется, он совершенно резонно и лопедарно отметил, что счастливой. И я думаю, что в этом смысле мы все испытываем удовлетворение по поводу той динамики, с которой Россия развивалась последние 10 лет. Важно, что этот форум не только по названию, но и по сути является международным. Много иностранных гостей, в том числе наших партнеров, партнеров Внешэкономбанка. Об этом свидетельствовали и пленарные заседания, и те переговоры вне рамок официальной части, которые мы проводили с нашими зарубежными партнерами.


ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, вы много вкладываете, как я уже сказал, в этот регион. Сегодня, я знаю, вы заключили несколько соглашений. Два слова о них.


Владимир ДМИТРИЕВ: Ну, во-первых, говоря о нашем позиционировании и в Краснодарском крае, и в регионе в целом, важно сказать, что вчера состоялось торжественное открытие аэропорта Сочи, международного аэропорта Сочи, который строился и модернизировался за счет средств Внешэкономбанка, и это, собственно, был первый проект в рамках поддержки Внешэкономбанком олимпийских проектов Сочи. Эта тема звучала и в ходе переговоров, и частично была отражена в тех документах, которые мы сегодня подписали. Что важно - это дальнейшее движение Внешэкономбанка по укреплению сотрудничества с северокавказскими республиками. Вы знаете, что есть поручение и президента, и премьера о создании корпорации развития Северо-Кавказского округа. Думаю, что она начнет свою работу в ноябре. И сегодняшние соглашения по развитию туристического кластера "Архыз" в Карачаево-Черкессии, развитие агропромышленного комплекса в Кабардино-Балкарии, поддержка промышленности стройматериалов в Дагестане, эти соглашения в общем свидетельствуют о том, что потенциал региона достаточно большой. И Внешэкономбанк, и другие банки, в том числе с государственным участием, на мой взгляд, имеют все шансы поддержать регион крупными инвестициями и заметным образом улучшить социально-экономическую обстановку здесь.


ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, о каких суммах идет речь? Это десятки миллиардов, или сколько это рублей?


Владимир ДМИТРИЕВ: Ну, если говорить о  туристическом рекреационном кластере на Северном Кавказе, он объединяет практически все республики Северного Кавказа. Речь идет о 450 миллиардах рублей. Это крупные горнолыжные объекты, это объекты инфраструктуры. Важно, что они реализуются на принципах государственно-частного партнерства. Важно, что в них участвует и инвестиционный фонд, и особые экономические зоны, и частные инвесторы, и, разумеется, Внешэкономбанк, который удовлетворен тем, что вместе с нами, и это не первый проект, который мы совместно реализуем, вместе с нами над этой темой будет работать Сбербанк России. Так что, цифры впечатляют. А если в целом говорить о тех планах, по поводу которых мы сегодня подводили итоги или намечали новые проекты, если говорить о Сочи, то это порядка 150 миллиардов рублей, только олимпийские объекты, при участии Внешэкономбанка в размере 80 миллиардов рублей. Мы уже открыли финансирование по 6-ти проектам на 15 миллиардов рублей. И, в общем, примерно сопоставимые суммы инвестиций могут пойти в республики Северо-Кавказского федерального округа.


ВЕДУЩИЙ: О другой деятельности Внешэкономбанка. В частности, вы активно поддерживаете малый бизнес. Об этом, кстати, тоже сегодня много говорилось, о том, что у нас есть проблемы в этом направлении. Здесь ни для кого это не секрет. Что Внешэкономбанк делает в этом направлении?


Владимир ДМИТРИЕВ: Мы считаем, и сегодняшнее утреннее обсуждение темы поддержки малого и среднего бизнеса подтвердило это, мы считаем, что регион, и Кубань, и Северный Кавказ, весьма перспективен для того, чтобы здесь масштабно разворачивать малый и средний бизнес при поддержке российских коммерческих банков и нашей корпорации развития - Внешэкономбанка. Безусловно, это использование максимально потенциала региона. Это и житница, и здравница...


ВЕДУЩИЙ: И кузница.


Владимир ДМИТРИЕВ: И кузница. Ну, если уж говорить о кузнице, то исключительно серьезная задача стоит по воспитанию профессиональных кадров. Они нужны и для гостиничного и  туристического бизнеса, они нужны для спортивных кластеров. Они нужны, кстати, и в сельском хозяйстве. Потому что, к сожалению, многие компетенции мы просто утратили, а некоторыми, в общем-то, и не обладали. Я имею в виду горнолыжные курорты. Поэтому большая работа предстоит в этом плане. Здесь есть много, в регионе я имею в виду, есть много крупных производств и крупных предпринимательских структур. Суть поддержки малого бизнеса состоит в том, чтобы их не в чистом поле выращивать, а максимально опираться на уже существующую промышленную и агропромышленную инфраструктуру. Вот в этом мы видим наше призвание. И программа масштабная, которую мы развернули через "Российский банк развития", в том числе опирается на потенциал и Кубани, и Северо-Кавказского федерального округа.


ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, несколько вопросов, буквально уже не касающихся к форуму, несколько направлений. Это, во-первых, ситуация с образованием и работой "Почтового банка". Здесь есть какие-то изменения вашей позиции, и вообще, как там идут дела в последнее время?


Владимир ДМИТРИЕВ: Позиция наша не претерпела никаких изменений. Мы идем по реализации этой задачи. 15 сентября два банка-претендента - "Номос-банк" и "Русский стандарт" - представили уточненные, в соответствии с требованиями и Внешэкономбанка, и Связьбанка, финансовые планы, и бизнес-планы, и бизнес-модели. У нас есть время для того, чтобы их еще раз серьезным образом изучить и, если нужно, провести очередные переговоры по корректировке. Мы находимся в графике, и рассчитываем, что со следующего года начнется ребрендинг Связьбанка, запущен будет процесс по расгосударствлению "Почты России". Соответственно, будет определен инвестор, и мы приступим к практической реализации этой программы.


ВЕДУЩИЙ: Еще один вопрос. Внешэкономбанк выдавал кредиты крупным российским компаниям. Многие из них их уже вернули. Во времена кризиса я имею в виду. Ну, есть некоторые проблемы. В частности, с Русалом. Как там ситуация сейчас развивается, и что будет с блокпакетом ГМК?


Владимир ДМИТРИЕВ: Действительно, в кризис Внешэкономбанк, опираясь на поддержку государства, в частности Центрального Банка, использовал средства, полученные от Центрального Банка, на рефинансирование внешней задолженности крупных российских заемщиков. Мы направили на это чуть более 11-ти миллиардов долларов. К настоящему моменту все кредиты, за исключением одного кредита Русалу, погашены. Это говорит о том, что заемщики находятся в хорошем финансовом устойчивом состоянии, что дает им возможность либо самостоятельно гасить задолженности, либо прибегать к длинным кредитам коммерческих банков, что, в общем-то, и стояло, в общем, во главе угла решения правительства. То есть в тот момент, когда критическая ситуация была не только у корпоративных партнеров, но и у российских банков, кроме Внешэкономбанка, опять-таки, использовавшего поддержку государства, не было источников для рефинансирования этой внешней задолженности. Сейчас ситуация и в банковской системе, и финансовое состояние заемщиков позволяет им эту задолженность рефинансировать на условиях не худших, по сравнению с кредитами Внешэкономбанка. Я бы не назвал ситуацию с Русалом проблематичной. Она вполне планово развивается.


ВЕДУЩИЙ: Рабочее состояние.


Владимир ДМИТРИЕВ: Она находится в рабочем состоянии. Русал готов погасить эту задолженность, прибегнув, и это тоже не секрет, к ресурсам Сберегательного банка. Мы серьезные переговоры проводили и с Русалом, и со Сбербанком по поиску приемлемой для всех модели рефинансирования. Ключевым моментом в этой модели и в структуре сделки является то, чтобы ни при каких обстоятельствах залог ГМК не был отчужден от государства. Разумеется, при выполнении Русалом всех своих обязательств уже по новому соглашению рефинансирования, по урегулированию задолженности вопрос с блокпакетом акций Норникеля будет снят с повестки дня.


ВЕДУЩИЙ: Спасибо, Владимир Александрович, что вы нашли для нас время! Я напомню, это был Владимир Дмитриев, глава Внешэкономбанка.


Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо!

Назад

Приветствуем проекты, где энтузиасты пытаются сохранить конкурентоспособность - зампред ВЭБа

16 сентября 2010 года
#Публикации
Назад

 
http://www.finmarket.ru/z/nws/interview.asp?id=1697040&;rid=1" target=_blank>Финмаркет
16.09 16:44


Внешэкономбанк уже два года активно вовлечен в реализацию антикризисных мер. Это привело к некоторому снижению темпов реализации инвестиционных проектов, так как сотрудникам банка наряду с выполнением своих основных обязанностей пришлось исполнять также несвойственные им функции. Тем не менее, ВЭБ продолжил наращивать кредитный портфель как банк развития. О новых инвестиционных проектах, в финансировании которых ВЭБ принимает участие, о проекте БЭМО, о мебельном производстве и инновациях рассказал агентству "Интерфакс-АФИ" заместитель председателя Внешэкономбанка Анатолий Балло.


- Внешэкономбанк уже два года занимается реализацией антикризисных мер. Как сильно это отразилось на его деятельности как банка развития?


- Внешэкономбанк с 2008 года является инструментом правительства в реализации антикризисных мер. В последние месяцы 2008 года и в начале 2009 года акценты в деятельности ВЭБа были смещены в сторону поддержки финансовой системы, что привело к некоторому снижению темпа реализации инвестиционных проектов. Это было связано с тем, что специалисты банка, осуществляющие экспертизу инвестиционных проектов, одновременно занимались структурированием кредитов в рамках антикризисных мер. Наряду с выполнением своих основных обязанностей им пришлось исполнять также несвойственные им функции. Напомню, что объем финансовой поддержки, оказанной Внешэкономбанком в рамках антикризисных мер, составил более 964 млрд рублей. Это и рефинансирование внешних долгов российских компаний, и субординированные кредиты, и санация банка "Глобэкс" и Связь-банка. Кроме того, в рамках отдельных решений наблюдательного совета мы поддерживаем такие системообразующие предприятия, как ОАО "Амурметалл", концерн "Тракторные заводы", ОАО "ПО "Севмаш".


- Отразилось ли все это на финансировании инвестиционных проектов? Сколько новых инвестпроектов появилось в портфеле ВЭБа в этом году?


- В определенной степени - да, так как реализацией антикризисных мер и инвестиционных проектов занимались одни и те же люди. Все вышеперечисленные направления изначально не фигурировали в приоритетах нашей деятельности.


Тем не менее, в 2009 году мы участвовали в реализации 78 инвестиционных проектов, а с начала 2010 года органами управления банка принято решение об участии в финансировании еще 20 новых проектов. Объем участия банка в них составляет порядка 144 млрд рублей. При этом по ряду из этих проектов уже открыто финансирование. Объем предоставленных средств - свыше 41 млрд рублей, но у нас длительные сроки использования ресурсов, мы не выдаем всю сумму сразу. С одной стороны, можно сказать, что 20 новых проектов - это не так много. С другой стороны, необходимо помнить, что подготовка каждого проекта зачастую занимает не меньше года. Объем нашей инвестиционной, кредитной и гарантийной деятельности, именно как банка развития, находится на уровне 360 млрд рублей. У нас уже сформирован перспективный портфель по более 100 проектам. В добавление к этому в проработке, на разных стадиях экспертизы, находится более 200 проектов.


- Это достаточно серьезные цифры. Каков все же эффект для российской экономики?


- Работая в этой области, мы выполняем важную институциональную роль, потому что, в конечном итоге, мы формируем ту российскую клиентуру, которая стремится реализовывать долгосрочные проекты, например, на принципах проектного финансирования. ВЭБ, можно сказать, не только пионер классического проектного финансирования, когда кредитные ресурсы предоставляются без нагрузки на другие активы или материнскую компанию, но и инструмент внедрения проектов государственно-частного партнерства (например, концессионные проекты, проекты BOT - Build-Operate-Transfer).


В целом по нашим оценкам от реализации инвестиционных проектов налоговые поступления в бюджеты различных уровней составят свыше 222 млрд рублей за период их реализации, будет создано более 60 тысяч рабочих мест.


- Кстати, ведь проект БЭМО будет реализовываться на принципах проектного финансирования. Набсовет ВЭБа в конце июля принял решение о предоставлении на него средств, в то время как "РусГидро" и "РусАл" ждали этого решения с марта. Почему потребовалось столько времени?


- Богучанская ГЭС - уникальный проект. Подобного рода проекты в нашей стране всегда финансировались за счет бюджета. В России это первый опыт проектного финансирования в области большой гидроэнергетики. Рассмотрение проекта такого масштаба, тем более структурированного на принципах проектного финансирования, занимает в любом инвестиционном банке около года. Мы неоднократно тестировали финансовую модель проекта. Сейчас практически все вопросы решены. Мы находимся на стадии подписания документации.


- ВЭБ, предоставляя средства на этот проект, получает в залог акции проектных компаний. Предусмотрено ли еще какое-то обеспечение?


- Это проектное финансирование, и в обеспечение банк получает акции проектных компаний, но по гидроэлектростанции мы получим еще и ограниченное поручительство "РусГидро" (в качестве организации, ответственной за стройку и эксплуатацию ГЭС). Оно вступит в силу только в случае изменения графика, сметы строительства или нарушения в эксплуатации станции. Связано это исключительно с тем, что проектного финансирования в области гидроэнергетики в нашей стране еще не было. По алюминиевому заводу поручительства нет.


- Какова общая стоимость строительства ГЭС, алюминиевого завода? Какую часть средств предоставит ВЭБ?


- Общая стоимость строительства Богучанской ГЭС составляет 72,5 млрд рублей, из которых ВЭБ выделит порядка 28 млрд рублей. На строительство алюминиевого завода банк предоставит 22 млрд рублей, стоимость всего проекта - 33 млрд рублей.


На самом деле, банк в рамках инвестиционной программы "Комплексное развитие Нижнего Приангарья" финансирует три крупномасштабных проекта. Есть еще Богучанский лесоперерабатывающий комплекс, на строительство которого мы планируем выделить более 40 млрд рублей. Все эти проекты осуществляются на принципах государственно-частного партнерства. Государство за счет Инвестфонда выделяет порядка 30 млрд рублей на инфраструктуру, в то время как частные инвесторы, с учетом кредитных ресурсов ВЭБа, должны предоставить порядка 150 млрд рублей.


- А в какой стадии находится проект строительства Богучанского ЛПК?


- Компания "Краслесинвест" выступает инвестором по этому проекту. Он очень сложный потому, что в нашей стране с советских времен новые ЦБК полного цикла не строились. Сейчас мы привлекаем ведущего производителя целлюлозы в мире - шведскую компанию Sodra, с помощью которой будет разработана окончательная концепция по "целлюлозной" части. Проект глубокой переработки древесины начался, мы ожидаем, что в следующем году этот этап уже будет реализован. А вот "целлюлозная" часть будет запущена в следующем году после того, как будет реализована комплексная механическая переработка древесины. Банк открыл финансирование по проекту и предоставил уже порядка 2 млрд рублей.


- Набсовет Внешэкономбанка тогда же, когда принял решение по БЭМО, одобрил рефинансирование Сбербанком кредита "РусАла" на $4,5 млрд, привлеченного у ВЭБа. Что вообще с оставшимися кредитами, привлеченными у ВЭБа на рефинансирование долга перед иностранными кредиторами?


- Все компании, кроме "РусАла", погасили задолженность. Наши представители из всех советов директоров компаний-заемщиков, кроме "РусАла" вышли. У алюминиевой компании срок погашения кредита - до 29 октября, и мы не ожидаем каких-либо проблем с его погашением.


- ВЭБ не так давно подписал соглашение о предоставлении кредитов на $1,4 млрд для "Тобольск-Полимера". В сделке участвовали западные банки и экспортные агентства. На каких условиях предоставляются эти средства? Какое обеспечение по кредитам?


- Мы долго шли к этому проекту, более года. Комплекс полипропилена мощностью 500 тыс. тонн в год станет крупнейшим в мире заводом подобного рода. ВЭБ задействовал здесь только заемные средства и не использовал свой капитал. Все средства предоставлялись по линии зарубежных экспортных агентств и банков. При этом финансирование, на наш взгляд, осуществляется на очень хороших условиях. Я не могу назвать конкретную ставку, но она гораздо ниже среднерыночных кредитных ставок, предоставляемых по коротким заимствованиям стандартным заемщикам.


Важно, что в рамках этого проекта есть еще ряд уникальных субпроектов. Например, для доставки оборудования нестандартного размера строятся специальные суда и расширяются портовые сооружения на реке Тобол. Кроме того, реализация проекта позволит задействовать на стадии строительства до 4,5 тыс. человек, будет создано 3,5 тыс. новых рабочих мест. Также, предполагается, что налоговые поступления за период реализации проекта пополнят бюджет на 45,5 млрд рублей.


- ВЭБ также предоставляет средства компании "Мекран" на организацию мебельного производства в Красноярске. Какие особенности у этого проекта? Каков срок предоставления кредита?


- Банк уже открыл финансирование. Общая стоимость проекта составляет 5,6 млрд рублей, из которых мы даем 4,3 млрд рублей. Срок кредитования - более 10 лет, то есть компании предоставлена возможность за счет своей операционной деятельности погасить кредит.


В России важно повысить конкурентоспособность отечественных производителей. Вы вот, придя в магазин, много встречаете российской мебели? Добиться того, чтобы покупали меньше иностранной мебели, можно через налаживание глубокой переработки сырья. Мы вообще приветствуем такие проекты, где российские энтузиасты пытаются сохранить у нас хотя бы какие-то конкурентные вещи.


- Российское правительство уделяет большое внимание развитию Северного Кавказа. В финансировании каких проектов в этом регионе ВЭБ планирует участвовать? Поступали ли в банк инвестиционные заявки от инициаторов проектов?


- Северный Кавказ для нас - абсолютный приоритет. Перед нами поставлена задача присутствия там, сейчас мы открываем представительство. На Северном Кавказе у нас в различных стадиях находятся более 10 проектов, общий объем которых превышает 60 млрд рублей.


Хотел бы отдельно выделить проект создания всесезонного горноклиматического курорта "Архыз" в Карачаево-Черкессии, инициатором которого является компания "Синара". Общая концепция проекта предусматривает строительство четырех комплексов-поселков для размещения более 25 тыс. человек и сеть из 69 механических подъемников и канатных дорог. В этот проект мы привлекли инжиниринговую компанию Egis - дочернюю компанию французского банка развития CDC.


- ВЭБ не раз говорил о том, что будет увеличивать долю инновационных проектов в кредитном портфеле. В финансировании скольких подобных проектов ВЭБ сейчас принимает участие? Что это за проекты?


- У нас большинство проектов носит инновационный характер. Будь то проект строительства цементного завода или выращивания индейки в промышленном масштабе.


Не скрою, что высокотехнологичные проекты реализуются достаточно сложно. Например, таким был проект создания первого в России производства субмикронных полупроводниковых компонентов. Мы также, например, планировали принять участие в проекте создания Глонасс/GPS навигационных приемников, реализуемом "М2М телематика". Уже были готовы открыть финансирование, когда у компании произошли корпоративные изменения. Сейчас структура проекта несколько изменилась: в него вошла АФК "Система". Таким образом, в настоящий момент у нас на экспертизе находится крупномасштабный обновленный проект ЭРА Глонасс, реализуемый компанией "Навигационно-инновационные системы", включающий в себя создание Глонасс/GPS навигационных приемников и абонентских терминалов, а также создание на их основе системы экстренного реагирования при авариях. Запрашиваемый объем финансирования - 3,1 млрд рублей.


Еще в ближайшее время мы должны вынести на рассмотрение наблюдательного совета проект по созданию суперкомпьютеров. Название компании, реализующей проект, раскрывать не буду, но скажу, что это ведущий игрок на российском рынке.


 

Назад

ВЭБ готов к регулярным заимствованиям на рынке капитала

13 июля 2010 года
#Публикации
Назад

РИА НОВОСТИ
14:58 13/07/2010


Внешэкономбанк, впервые среди российских эмитентов дебютировавший с 10-летними еврооблигациями на 1 миллиард долларов, готов продолжить заимствования на рынке капитала, сказал РИА Новости председатель ВЭБа Владимир Дмитриев.


ВЭБ разместил в начале июля первый выпуск евробондов из программы на 30 миллиардов долларов с доходностью US Treasuries плюс 4%, что соответствовало доходности примерно 393 базисных пункта к среднесрочным свопам.


"Одной из основных целей дебютного размещения было создание положительного имиджа Внешэкономбанка, как эмитента, планирующего дальнейшие регулярные заимствования на международных рынках капитала и выстраивающего долгосрочные стратегические взаимоотношения с инвесторами, - сказал Дмитриев. Он отметил, что на данный момент еврооблигации ВЭБа торгуются выше номинала", - сказал Дмитриев.


Глава госкорпорации напомнил, что ВЭБ, став первым среди российских заемщиков эмитентом 10-летних дебютных облигаций, выпущенных по правилу 144А, т.е. доступных американским инвесторам, "подтвердил свой статус государственного института развития, способного привлекать длинный ресурс под финансирование долгосрочных инвестиционных проектов".


ВЭБ сразу прирос доходностью


Традиционно еврооблигации - инструмент, который используют в своей работе банки развития, например KfW и Банк развития Китая.


"Наша база фондирования достаточно диверсифицирована. Мы, например, являемся лидерами по привлечению связанного финансирования. Но основной инструмент – еврооблигации - до сих пор использован не был. Он предполагает введение новых процедур, внедрения стандартов раскрытия информации и т.д. Этим выпуском мы делали benchmark, чтобы в дальнейшем иметь, от чего отталкиваться",- рассказал в интервью РИА Новости зампред ВЭБа Петр Фрадков.


"С самого начала 10-летние бонды были для нас приоритетом”, - рассказал Фрадков.


"Мы «не отжимали» инвесторов. И поэтому показательно, что через минуту после размещения, наши бумаги стали расти. По состоянию на пятницу, 9 июля, наши бумаги торговались на уровне 101, 5 от номинала", - добавил он.


Говоря о деталях программы, Фрадков сообщил, что она позволяет выпускать бумаги в пяти валютах – рублях, евро, долларах, йенах и швейцарских франках. "То, что мы использовали 144А, позволяет предлагать наши бумаги широкому кругу инвесторов – американским, европейским, азиатским, и не означает, что всю программу необходимо делать в США", - пояснил он.


Достойный спрос


Еще в январе глава ВЭБа Владимир Дмитриев говорил, что первый транш еврооблигаций может составить 1 миллиард долларов.


По словам Фрадкова, спрос на бумаги ВЭБа составил 2,4 миллиарда долларов. "Мы взяли 1 миллиард, оставили аппетит. Нашей задачей было создать имя. И нам удалось создать бенчмарк. Потенциал есть, будем продолжать работать по нашей стратегии", - заверил Фрадков. В госкорпорации будет создано подразделение по работе с инвесторами.


Как рассказал зампред ВЭБа, в структуре покупателей преобладали управляющие компании фондами - 50 %, страховые и пенсионные фонды - 16%, банки (включая private banking) и хедж фонды –по 14%, ритейл – 5%. В размещении приняли участие все основные группы инвесторов, всего порядка 150.


"При этом наряду с крупными инвесторами, есть счета по 500 и 100 тысяч долларов. Это правильная, настоящая ликвидная рыночная сделка", - сказал собеседник агентства.


Что касается географии размещения, то основной спрос пришелся на инвесторов из США- 40%, Великобритании – 29%, континентальной Европы - 14%, Швейцарии - 12%, на другие страны, включая Россию - 5%.


Небольшим объемом представлена и Азия. "Но азиатские страны обычно неохотно идут в дебютные выпуски, к тому же, волатильность была высокой", - объясняет Фрадков. Сейчас на вторичном рынке Азия представлена хорошо.


Давайте знакомиться. ВЭБ


По словам Фрадкова, Внешэкономбанк – новое имя для fixed-income инвесторов, несмотря на то, что банк – заметный игрок на международном рынке связанного и синдицированного кредитования, поэтому первое, что их интересовало на презентациях – статус банка, его цели и миссия, связь с государством.


Инвесторов в ходе презентаций интересовали показатели банка, в частности, чем будет обеспечен рост активов. "Наш ответ – за счет роста кредитного портфеля", - сказал Фрадков.


Кроме того, инвесторы спрашивали об объемах и сроках реализации антикризисных мер. Власти РФ наделили ВЭБ специальными полномочиями докапитализировать банковскую систему (госкорпорация выдала субординированные кредиты на 400 миллиардов рублей), а также рефинансировать российских заемщиков, не способных погасить внешние долги. В залоге у западных кредиторов были акции компаний и по margin call (требование довзноса активов) они требовали увеличить обеспечение, так как цена самого актива падала, а кредита – росла из-за девальвации рубля. Помимо этого ВЭБ получил 175 миллиардов рублей на поддержку фондового рынка, купил на них акции и потом вернул эти средства, заработав прибыль. Он также занялся санацией двух крупных российских банков – Связь-банка и "Глобэкса", сильно пострадавших в кризис.


Вопросы потенциальных покупателей евробондов касались также методики принятия решений в банке, объема непрофильных активов и планов в отношении них. "В целом была интересна логика принятия решений, можем ли мы принимать решения по потенциально убыточным проектам (loss- making project)", - рассказал Фрадков.


ВЭБ выполняет функции института развития, и инвесторы интересовались финансированием Олимпиады, трассы Москва - Санкт-Петербург, инфраструктурными проектами и т.д.


"Политических вопросов почти не было”,- сообщил Фрадков.


Во время роуд-шоу ВЭБа в России активно обсуждался вероятный дефолт Межпромбанка по евробондам на 200 миллионов евро. Фрадков говорит, что ВЭБу вопросы от инвесторов на тему банка сенатора Сергея Пугачева не поступали.


Следующий шаг


Отвечая на вопрос, когда ВЭБ может вновь выйти на рынок заимствований, Фрадков сказал, что госкорпорация с этим не торопится.


"Необходимо понять, что будет с кривой (доходности – ред.), с рынком, и в сентябре посмотреть. Надеюсь, что мы будем постоянным заемщиком и будем поддерживать свой статус партнера на зарубежных рынках", - добавил он.


Для размещения следующего транша, во-первых, нужна потребность самого банка в ресурсах, во-вторых, понятные условия рынка относительно российских заемщиков, и третье - понимание, где ВЭБ находится на вторичной торговле.


Отвечая на вопрос, рассматривает ли ВЭБ возможность выхода на рынок двух своих крупнейших "дочек" – Связь-банка и "Глобэкса", Фрадков сказал, что он находится в стадии обсуждения. "Согласовываются специальные подходы, которые должны будут соблюдаться в рамках Группы Внешэкономбанка при выходах на внутренние и зарубежные рынки заимствований", - пояснил он.


 

Назад

Интервью заместителя Председателя Внешэкономбанка Михаила Копейкина телеканалу «Россия 24»

12 июля 2010 года
#Публикации
Назад

«РОССИЯ 24»,
ИНТЕРВЬЮ,
12.07.2010, 21:42


 


ВЕДУЩИЙ: Почему в России так слабо развит малый и средний бизнес, почему банки дают кредиты предпринимателям под такие высокие проценты, как государство будет поддерживать бизнесменов - об этом заместитель Председателя Внешэкономбанка Михаил Копейкин рассказал в интервью моей коллеге Ирине Матюшенко.


Репортаж Ирины Матюшенко


КОРР.: Сейчас в России доля малого и среднего бизнеса в экономике страны явно недостаточна. Если сравнивать, например, с европейскими странами, то там доходы в бюджет от предпринимательства могут достигать 60 процентов или даже 80 в ряде стран. Скажите, почему у нас так плохо развит малый и средний бизнес, в чем причины?


Михаил КОПЕЙКИН, заместитель Председателя Внешэкономбанка: Основная причина, связана с тем, что малому бизнесу у нас всего 22 года. Я напомню, что только в 1988 году был принят закон о кооперативах, который, в общем-то, и дал возможность развиваться кооперативному движению, а затем и малому и среднему предпринимательству. За эти 22 года количество малых и средних предприятий и индивидуальных предприятий достигло более 5 миллионов 600 тысяч. Таким образом, общее количество их увеличилось более чем в 40 раз. И я считаю, что за этот период это довольно хорошая динамика.


КОРР.: Внешэкономбанк направляет деньги на поддержку малого и среднего бизнеса, в том числе это деньги Фонда национального благосостояния. Скажите, а в 2010-м какая это будет сумма?


Михаил КОПЕЙКИН: Начну с 2009-го года, потому что считаю, что в этом плане он был переломным, и государство направило значительную часть средств на реализацию государственной поддержки программ предпринимательства. В частности, 30 миллиардов рублей Внешэкономбанк получил из Фонда национального благосостояния, и еще 10 миллиардов рублей Внешэкономбанк направил в уставной капитал Российского банка развития. 30 миллиардов были также предоставлены Российскому банку развития на реализацию программы поддержки предпринимательства. Таким образом, только вот по этим двум источникам сумма средств, которая была направлена на поддержку предпринимательства, составила 40 миллиардов рублей.


КОРР.: А если говорить о 2010-м?


Михаил КОПЕЙКИН: Мы планируем, что только по программе государственной поддержки предпринимательства к концу 2010-го года будет направлено порядка 55 миллиардов рублей. Если посмотреть на всю сумму средств, которая будет предоставлена по этому направлению, то к концу 2010-го года мы планируем выйти на сумму 100 миллиардов рублей.


КОРР.: Вот эта сумма, вы сказали 100 миллиардов - это много или мало, если посчитать, скажем, в масштабах страны?


Михаил КОПЕЙКИН: Вы знаете, по сравнению с тем, что было, как я уже говорил, в позапрошлом году или два, три года назад - это очень много, в разы больше, чем было ранее. Если говорить, конечно, вообще о поддержке малого и среднего бизнеса, то эта сумма небольшая. По разным оценкам, это порядка 2-3 процента от той суммы средств, которая идет на финансирование субъектов малого предпринимательства. Мне кажется, что цель института развития как раз заключается не в том, чтобы весь рынок занять, или значительную часть рынка занять, а, например, простимулировать именно те сектора развития малого бизнеса, которые не совсем интересны коммерческим банкам и где риски более высокие. Поэтому одно из основных направлений в последнее время - это, конечно, поддержка малого и среднего бизнеса, который выпускает продукцию инновационного характера и работает в сфере высоких технологий и так далее.


КОРР.: А кому предназначены эти деньги, в конечном счете? Вот вы говорили про инновационный бизнес. А если говорить в общем, какие малые предприниматели могут получить деньги, прежде всего? Кто это у нас в стране, торговля или, может быть, строительные компании?


Михаил КОПЕЙКИН: Если говорить о малом и среднем бизнесе в целом, то основная доля - это оптовая торговля и торговля. В последние годы порядка 40-42 процентов от общих объемов кредитования направляются в этот сектор. При этом я хочу подчеркнуть, здесь работают все-таки 3,5 миллиона человек. Таким образом, обеспечивается рабочими местами, доходами вот такое количество людей. Обрабатывающий сектор занимает порядка 10 процентов. Там работает 2 миллиона человек. Вот такая структура несколько лет уже является постоянной, и она кредитуется банками.


КОРР.: А под какой процент предприниматели получают кредиты?


Михаил КОПЕЙКИН: Я могу сказать, что если 2 года назад ставка для конечного заемщика была порядка 19 процентов, в прошлом году это было 17 процентов, в этом году по ряду регионов, не по отдельным заемщикам, эта ставка составляет от 13 до 15 процентов. При этом мы понимаем, что наибольшие риски возникают у тех малых предприятий, которые либо начинают новое дело, либо реализуют проекты, связанные с инновациями, высокими технологиями или сопровождением этих проектов. В этой связи часть средств мы направляем именно на эти цели. Подготовлено несколько банковских продуктов. Один из них называется: "Инновация и модернизация". Это очень привлекательный, на мой взгляд, банковский продукт. Средства конечному заемщику по нему представляются в пределах 10 процентов годовых. Я хочу обратить внимание, что это действительно востребованный ресурс, потому что срок предоставления кредитов - до 5 лет. Это - значительный срок, на который предоставляются средства, в настоящий момент это - привлекательные условия для того, чтобы малые предприятия развивались в инновационной сфере.


КОРР.: 15 процентов - это же очень много, вам не кажется?


Михаил КОПЕЙКИН: Мне кажется, что 15 процентов - это немало. Но я могу сказать, очень многое зависит не только от Внешэкономбанка, но и от региона, заемщика, и многих других условий. Со своей стороны, во-первых, мы рекомендуем Российскому банку развития устанавливать минимальную маржу, которая связана в основном с сопровождением кредитного продукта. С другой стороны, мы ограничиваем маржу региональных банков-партнеров при предоставлении им заемных средств по линии финансовой поддержки малого предпринимательства в диапазоне порядка 3-4 процентов.


КОРР.: У бизнес-сообщества свой взгляд на кредитование. Например, такие организации как "Деловая Россия" или ОПОРА РОССИИ не раз говорили о том, что коммерческие банки, если говорить в данном случае о коммерческих банках, очень плохо кредитуют малый бизнес, а если и кредитуют, то под грабительские проценты, и что, может быть, имеет смысл не выделять такие огромные суммы на кредитование, а создать мягкий налоговый режим, налоги снижать для предпринимателей?


Михаил КОПЕЙКИН: В значительной степени очень многое зависит от состояния заемщика. Вы вот высказали точку зрения ОПОРЫ и точку зрения "Деловой России", потому что они являются выразителями интересов малого и среднего бизнеса. А я могу высказать точку зрения банков. Они с удовольствием бы прокредитовали на очень хороших условиях значительное количество заемщиков. Только они считают, что заемщиков хороших нет. И речь зачастую идет не о том, что какой-то банк устанавливает какую-то маржу, хочет под 25 - 30 процентов, скорее всего, это говорит о качестве самого заемщика. Если непонятно, вернет он деньги или не вернет, то понятно, что ему откажут. А если вероятность есть, что он не вернет, ему, конечно, могут дать, но при этом будет установлен высокий процент.


КОРР.: То есть банки считают, что риски очень высокие и деньги могут не вернуться?


Михаил КОПЕЙКИН: Да. Особенно в кризисный период риски достаточно высокие. Более того, то, что связано с модернизацией и большей частью с инновациями, тоже связано с высокими рисками. Кредиты даются, как я сказал уже, до 5 лет, и не всегда понятно, что будет с этим проектом через 3-4 года, и будет ли спрос в конечном итоге на ту продукцию, которую это инновационное предприятие будет выпускать.


КОРР.: А когда у нас уже будут такие проценты по кредитам, как, например, в Европе - 3-4 процента? И какие условия для этого нужно создать?


Михаил КОПЕЙКИН: Я думаю, когда у нас будут такие условия, как в Европе, тогда и кредиты будут именно по тем же процентам, которые сейчас выдаются малому и среднему бизнесу в Европе.


КОРР.: Михаил Юрьевич, спасибо вам большое за это интервью.


Михаил КОПЕЙКИН: Спасибо вам.

Назад

Финансирование для инноваций и модернизации

2 июля 2010 года
#Публикации
Назад

Журнал DF, июль 7 (44),
2010


 


Задачи программ поддержки инновационных проектов Внешэкономбанка в соответствии с приоритетами государственной политики


Обращение к деятельности Внешэкономбанка по вопросам инвестиционной и инновационной политики уместно не только в связи с тем, что банк занимает ведущие рейтинговые рыночные позиции. ВЭБ сейчас – один из государственных институтов развития, официально ставший таковым несколько лет назад, когда в соответствии с Федеральным законом «О банке развития» был наделен особым статусом и стал именоваться как Государственная корпорация «Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)». Программы поддержки малых и средних предприятий (МСП) при посредничестве дочерней структуры Внешэкономбанка – Российского банка развития (РосБР) – успешно осуществляются уже несколько лет. Недавно стало известно о новых программах банка по поддержке инновационных проектов. Было заявлено также о создании в структуре ВЭБа нового департамента по инновациям и высоким технологиям. Для комментариев по вопросам инновационной политики банка редакция DF обратилась к члену правления – заместителю председателя Внешэкономбанка Михаилу Копейкину.


 


– Благодаря реализуемой программе поддержки малого и среднего бизнеса Внешэкономбанк стал еще полнее отвечать задачам банка развития, реально подтверждая такой статус. ВЭБ воспринимается сейчас не только институтом, связанным с крупными инвестиционными проектами, межгосударственными экономическими соглашениями, но и антикризисным инструментом поддержки отечественной экономики вообще, включая и субъектов МСП. Готовы ли Вы подвести итоги такой деятельности по линии поддержки МСП за прошедший 2009 год и уточнить планы на текущий 2010-й? Какой общий объем произведенного и планируемого финансирования, какова статистика субъектов МСП, профинансированных через схемы, выстроенные Внешэкономбанком при посредничестве дочерних структур и региональных партнеров?


–Активнее всего работа шла по нашему традиционному направлению: поддержка субъектов МСП через банки-партнеры Российского банка развития. За год к нашей Программе присоединился 91 банк, в результате чего было заключено соглашений на общую сумму в 25,3 млрд. рублей. К настоящему моменту субъектам МСП через банки выдано 3 278 кредитов.


По новому для ОАО «РосБР» направлению поддержки субъектов МСП через организации инфраструктуры были достигнуты хорошие результаты: 66 организаций инфраструктуры стали нашими партнерами, сумма заключенных соглашений составляет 8,7 млрд. рублей. Благодаря активной совместной работе организациями инфраструктуры было заключено 1 390 договоров с субъектами МСП.


Принимая во внимание поставленные Правительством Российской Федерации задачи по развитию инновационной сферы экономики, в 2010 году планируется увеличение объемов Программы финансовой поддержки МСП до 100 млрд рублей и дальнейшее совершенствование инструментов оказания поддержки в целях перехода на инновационный и модернизационный путь развития экономики страны.


– Как стало известно, в новой стратегии, которую Внешэкономбанк принимает на 2010–2014 годы, коренным образом пересмотрено отношение к проектам, которые носят модернизационный и инновационный характер. Планируется уделить особое внимание не только проектам, связанным с модернизацией производств и импортозамещением, но и имеющим прямое отношение к инновациям. Имеются в виду также субъекты малого и среднего бизнеса, но задействованные в инновационной сфере? Каким образом ВЭБ собирается выстраивать схемы финансирования таких проектов – используя уже существующие каналы при посредничестве дочерних структур и региональных партнеров, наработанные при финансировании программы МСП, или предусмотрена иная схема?


– В этом году дочерним банком Внешэкономбанка – ОАО «РосБР» – была запущена программа «Финансирование для инноваций и модернизации». По данной программе будет обеспечено кредитование как инновационных проектов (связанных с коммерциализацией собственных разработок МСП), так и модернизационных (предусматривающих усовершенствование или обновление машин, оборудования и технологических процессов).


Программа будет реализовываться по двухуровневой схеме – через сеть банков-партнеров Российского банка развития. Информация о программе еще в марте доведена до сведения 97 банков-партнеров, в настоящее время идет анализ поступивших от банков-партнеров предложений по реализации конкретных проектов.


На сегодняшний день ответы получены от 40% банков, при этом только 46% из ответивших заявили о наличии у них на рассмотрении соответствующих проектов или готовности их представить в ближайшее время. Большую часть из представленных проектов (всего получена 71 проектная заявка) представляют модернизационные проекты, для которых банки-партнеры хотели бы получить льготные условия рефинансирования. Только 8 проектов имели признаки инновационных, то есть соответствующих критериям отбора в виде действующих патентов. Это выявляет важную проблему российских коммерческих банков – они пока не обладают достаточными клиентскими и кредитными технологиями для финансирования инновационных проектов.


– Каковы главные задачи программы «Финансирование для инноваций и модернизации»? О каких условиях финансирования инновационных проектов идет речь?


– Программа «Финансирование для инноваций и модернизации» ориентирована на поддержку малых и средних предприятий, деятельность которых соответствует приоритетным направлениям развития науки, технологий и техники или приоритетным направлениям модернизации экономики.


Чтобы не финансировать «вечные двигатели» и разного рода «прожекты», отбираются проекты, как минимум переходящие со стадии раннего развития (стартап) на стадию расширения и роста. При этом критерием инновационности выступают наличие действующих патентов, данные испытаний, доказывающих экономичность, экологичность, энергоэффективность, безопасность технологии или продукции.


Двухуровневая система финансирования предполагает доведение средств РосБР до МСП через банки-партнеры, которым РосБР предоставляет финансовые ресурсы по ставке, равной ¾ ставки рефинансирования ЦБ РФ (сейчас – чуть менее 6% годовых) на срок до семи лет. При этом пилотные инновационные проекты могут рассчитывать даже на ½ ставки рефинансирования.


Структура финансирования проекта выглядит так. РосБР предоставляет банку-партнеру 100-процентное рефинансирование его кредита МСП, при условии, что софинансирование проекта за счет собственных средств МСП должно составить не менее 15%, что является дополнительной гарантией серьезности намерений заемщика.


РосБР при этом работает на будущее: российские банки, привыкшие принимать в залог прежде всего недвижимость, постепенно приучаются работать с более сложным обеспечением, например таким, как интеллектуальная собственность.


Банковское кредитование важно для инновационных МСП тем, что позволяет значительно ускорить вывод их продукции на рынок, что в условиях значительного сокращения цикла разработки новых продуктов в мире может оказаться критически важным не только для установления приоритетов, но и для выживания предприятия.


– Заслуживает большого внимания и другая инициатива Российского банка развития – создание фонда прямых инвестиций, когда РосБР сам будет входить в проекты малого и среднего бизнеса в инновационной сфере, тем самым минимизируя риски и создавая привлекательность этим проектам со стороны других инвесторов. Какие ресурсы планируется привлечь в фонд и как планируется организовать его работу?


– Создание фонда предусмотрено Стратегией ОАО «РосБР» в целях дополнительной, некредитной поддержки инновационных МСП через специально создаваемый Фонд прямых инвестиций. Конкурентным преимуществом данного Фонда является тесное взаимодействие в поиске и сопровождении проектов для инвестирования с сетью банков-партнеров РосБР. Фонд будет осуществлять долгосрочные вложения в инновационные и модернизационные проекты, в рамках действующего (развивающегося) бизнеса, в том числе для формирования капитала второго уровня. Срок инвестирования составляет 5–7 лет. По условиям продукта банк-партнер предоставляет заемное финансирование клиенту Фонда на всем протяжении инвестиций (до момента выхода Фонда из капитала инновационного МСП) в размере до 60% от объема проекта. При этом структура финансирования проекта включает инвестиции со стороны Фонда в размере до 25% от объема проекта; доля собственных средств, инвестируемых инициатором проекта, – не менее 15%. ОАО «РосБР» может рассмотреть вопрос об одновременном вхождении в капитал и предоставлении банку-партнеру ресурса для долгосрочного кредитования инновационного МСП.


Планируется, что размер Фонда составит 600 млн рублей, в том числе РосБР инвестирует 260 млн рублей. Завершение организационных мероприятий и начало деятельности Фонда состоится до конца 2010 года.


– Какие области инноваций являются приоритетными для Российского банка развития? Каковы требования к проектам предъявляет банк при кредитной схеме финансирования и при финансировании со стороны Фонда прямых инвестиций?


– На данном этапе реализации программы жестких отраслевых ограничений устанавливать мы не планируем. Основным критерием отнесения проекта к инновационным, как я говорил выше, является наличие у предприятия действующих патентов, на базе использования которых планируется организация серийного производства. Для модернизационных проектов приоритет отдается проектам, которые направлены на приведение технологических процессов и оборудования к общемировым техническим стандартам и показателям качества, например стандартам ISO или GMP (Good Manufacturing Practice).


Цели кредитования – финансирование организации серийного производства, покупки нового оборудования, технологий, а также сертификации технологических процессов на предмет соответствия упомянутым стандартам.


Предпочтительная стадия реализации проекта – переход со стадии раннего развития (стартап) на стадию расширения и роста. Средний объем финансирования проекта – 70–100 млн рублей, при этом инициатор проекта должен инвестировать не менее 15% собственных средств от общей стоимости проекта.


На текущую дату РосБР приступил к реализации первых пилотных проектов инновационных и модернизационных клиентов ряда средних региональных банков в Воронеже, Чувашии, Якутии, Тольятти, Нижнем Новгороде, Башкортостане и Татарстане. В настоящее время одобрено для финансирования 3 первых проекта, еще 16 находятся на рассмотрении.


– Какой кредитной ставки следует ожидать в итоге для конечных пользователей кредитом?


– Кредитная ставка для конечного заемщика, как мы ожидаем, будет не выше 10% годовых в рублях. Однако для достижения такого результата должен быть решен вопрос о стоимости фондирования операций в рамках Программы. Программа «Финансирование для инноваций и модернизации» создает условия для повышения качества труда и роста производительности в реальном секторе МСП. Таким образом, МСП вступают в конкуренцию с иностранными производителями – импортерами. Чтобы стимулировать проекты, РосБР должен представлять финансирование по минимальным ставкам, так как инновационные проекты очень чувствительны к стоимости фондирования.


– Также известно, что в вопросах поддержки инновационного сектора Внешэкономбанк взаимодействует с другими институтами развития, как финансовыми, так и профильными. Среди них «Роснано», Российская венчурная компания, Фонд поддержки малых предприятий в научно-технической сфере, Федеральное агентство по делам молодежи, Московская межбанковская валютная биржа, а также «ОПОРА России» – все они в той или иной степени задействованы в поддержке малого и среднего предпринимательства в инновационной сфере. В чем суть подписанного соглашения о взаимодействии между этими организациями? Какие задачи предполагается решать в рамках заседаний рабочих групп по реализации соглашения о взаимодействии этих институтов, первое из которых состоялось в мае текущего года?


– Суть подписанного соглашения – в создании организационного механизма, который позволит оперативно осуществлять обмен информацией по реализуемым проектам и выбирать для каждого проекта инструмент поддержки, наиболее подходящий для данной стадии развития инновационной компании.


Подобное взаимодействие осуществляется и сейчас – многие из участников соглашения сотрудничают друг с другом на двусторонней основе. Соглашение позволит систематизировать эту работу, выстроить оптимальные процедуры взаимодействия и сформировать единые подходы к отбору, экспертизе и структурированию инновационных проектов.


Рабочая группа создана из числа представителей организаций – участников соглашения для оперативной координации действий сторон. На первом заседании рабочей группы были рассмотрены вопросы, связанные с обеспечением оперативного информационного обмена по реализуемым проектам между организациями – участниками соглашения. Также была достигнута договоренность о формировании перечня пилотных проектов, которым может быть оказана финансовая поддержка в рамках реализации соглашения.


Планируется, что на заседаниях рабочей группы, которые будут проходить ежемесячно, будут рассматриваться в том числе вопросы «передачи» конкретных проектов от одного института развития к другому с учетом имеющихся инструментов поддержки, а также вопросы совместного участия в реализации проектов.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24" ( Петербургский международный экономический форум)

19 июня 2010 года
#Публикации
Назад

 


ВЕДУЩИЙ: Мы продолжаем рассказывать о событиях Петербургского экономического форума и знакомить вас с его участниками. На прямой связи со студией Дмитрий Щугорев. Он готов представить своего очередного собеседника.


КОРР.: Доброе утро. Продолжаем дискуссионную площадку у нас здесь, на стенде "Россия-24", и прямо сейчас в это утреннее время, пока еще не начались очередные дискуссии, мы приветствуем Владимира Александровича Дмитриева, Председателя Внешэкономбанка.


Здравствуйте, как настроение во второй день?


Владимир ДМИТРИЕВ, Председатель Внешэкономбанка: Замечательное.


КОРР.: За тот день, который уже прошел, удалось ли о чем-то договориться, каких-то принципиальных моментов достичь?


Владимир ДМИТРИЕВ: Удалось, как всегда, поскольку этот форум - уникальная возможность не только встречаться, обсуждать текущие проблемы, а их сейчас достаточно много, но и договариваться о конкретных вещах. И нынешний форум - не исключение. Мы вышли на подписание нескольких соглашений, некоторые были подписаны вчера. Сегодня также предстоит целый ряд договоренностей оформить в виде соглашений. Поэтому мы и я лично удовлетворены результатами этого форума для Внешэкономбанка.


КОРР.: Нужно сказать, что вообще работа банковского сектора будет очень активно помогать процессу инноваций, процессу модернизации, который запущен в России. Известно, что Внешэкономбанк подписал соглашения с рядом госкомпаний, общественных структур о поддержке инновационных проектов. Но в законе пока определения, что такое инновация, собственно, нет. И как же в этой ситуации отбирать нужные проекты и какую поддержку им оказывать?


Владимир ДМИТРИЕВ: Для нас задача упрощена тем, что в наблюдательный совет нашего банка входят руководители профильных министерств - это и Министерство экономики, Министерство промышленности, Министерство транспорта. Поэтому все проекты, которые представляются нам на экспертизу, особенно имеющие инновационное начало или претендующие на то, чтобы называться инновационными, проходят экспертизу в профильных министерствах, и им, как специалистам, определять, относятся они к категории инновационных или нет. А мы уже, руководствуясь их рекомендациями, рассматриваем чисто финансовые аспекты тех или иных сделок.


Но с другой стороны, конечно же, важно иметь универсальное представление о том, к какой категории относится тот или иной проект. Понимаю, что задача сложная, но не случайно Внешэкономбанк стал инициатором объединения усилий ключевых компаний и организаций, имеющих отношение к инновационной деятельности. У нас подписано соглашение с 9-ю компаниями, в числе которых Роснанотех, Фонд содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере, Российская венчурная компания и так далее, которые в рамках подписанных договоренностей определяют, какие проекты принимать к финансированию, насколько они соответствуют инновационному направлению деятельности. И, конечно же, ключевое значение имеет открытие финансирования со стороны Внешэкономбанка.


КОРР.: То есть, к слову, к бизнес-плану, который обычно предоставляют в банк, нужно теперь доказательство, что бизнес-план имеет инновационную направленность?


Владимир ДМИТРИЕВ: Безусловно. Если речь идет об инновационных проектах. Но именно такую задачу перед нами поставил Председатель наблюдательного совета, Председатель Правительства Владимир Владимирович Путин, говоря о том, что в кредитном портфеле Внешэкономбанка должна быть выделена определенная квота для инновационных проектов. Уже сейчас, кстати, порядка 15 процентов нашего кредитного портфеля мы относим к инновационной сфере, пусть даже четко не определенной, но это действительно современные прорывные технологии.


КОРР.: Мы знаем, что уже примерно год во Внешэкономбанке работает программа по поддержке малого и среднего бизнеса. Около года примерно, да?


Владимир ДМИТРИЕВ: Она работает, действительно, около года, хотя формально была запущена в начале прошлого года, но реально деньги поступили в августе. Речь идет о 30 миллиардах рублей, полученных нами из Фонда национального благосостояния. Эти средства были на возвратной, но беспроцентной основе предоставлены Российскому банку развития, нашей дочерней организации, которая, собственно, и занимается реализацией программы поддержки малого и среднего предпринимательства, кредитуя региональные банки, которые, в свою очередь, предоставляют кредитные ресурсы субъектам малого и среднего предпринимательства. На эти цели уже выделено 40 миллиардов рублей, из них 30 миллиардов, а мы ситуацию контролируем и постоянно мониторим, дошли до конечных получателей этих средств, то есть до малого и среднего бизнеса. Мы работаем в 72 субъектах Федерации. Рассчитываем в этом году все субъекты Федерации охватить этой программой. Более 150 региональных банков вовлечены в этот проект. Мы считаем, что программа развивается успешно.


КОРР.: Владимир Александрович, понятно, что сейчас, спустя год, говорить о каких-то промежуточных результатах еще, наверное, рановато, но все-таки очень хочется спросить у Вас как раз о промежуточных результатах. О конечных, естественно, годы должны пройти.


Владимир ДМИТРИЕВ: Мне кажется, результаты, если мы говорим о малом и среднем бизнесе, говорят сами за себя. Я уже сказал, что это 72 субъекта Федерации, это порядка 100 миллиардов рублей оборота предприятий, вовлеченных в программу поддержки, это 10 миллиардов рублей налогов, это более 100 тысяч занятых в субъектах малого и среднего бизнеса, которые пользуются поддержкой Внешэкономбанка через сеть банков, о которых я сказал. Мы рассчитываем, что до конца года эта программа может быть доведена до 100 миллиардов рублей, то есть то, под чем мы подписывались, то обязательство, которое мы брали на себя. Поэтому даже промежуточные результаты свидетельствуют, во-первых, об эффективности программы, с точки зрения доступности средств, и во-вторых, о ее востребованности.


КОРР.: Одно из направлений, по которому идет какая-то стратегическая мысль не только у банкиров, - это проекты в рамках стран БРИК: Бразилия, Россия, Индия и Китай. Внешэкономбанк реализует какие-то проекты, есть ли уже какие-то практические решения?


Владимир ДМИТРИЕВ: Да, действительно, мы стали инициаторами создания некоего объединения банков развития в рамках взаимодействия стран БРИК и на недавнем саммите в Бразилии подписали соглашение о сотрудничестве с Госбанком развития Китая, с бразильским банком BNDES и Эксимбанком Индии о сотрудничестве и взаимодействии. О конкретных результатах говорить преждевременно, но, тем не менее, мы опираемся на наш опыт сотрудничества с банками, представляющими страны Шанхайской организации сотрудничества. Мы также инициировали создание межбанковского объединения. Безусловно, наибольший прогресс достигнут на двустороннем уровне. Об этом говорят наши устойчивые отношения и конкретные контракты, финансово поддерживаемые Госбанком развития Китая. Мы активно работаем с Банком развития Казахстана.  Мы считаем, что и в странах БРИК, если говорить о межбанковском взаимодействии, мы, прежде всего, будем опираться на двусторонние связи. О китайских наших коллегах я уже сказал. У нас давние, теперь уже формально оформленные отношения с Банком развития Бразилии. Мы, безусловно, будем использовать опыт этой организации по финансированию проектов развития в ключевых отраслях. Не секрет, что авиационная промышленность Бразилии развивалась благодаря поддержке Банка развития Бразилии, и сейчас является одной из конкурирующих в этом глобальном секторе.


КОРР.: Теперь Клуб долгосрочных инвесторов, достаточно перспективная организация, судя по тому, какие мы изречения слышали накануне. Вас избрали в оргкомитет этой организации. Что это за организация, как она вообще поможет инновационному процессу?


Владимир ДМИТРИЕВ: Главное, чтобы не пугало наше участие в различного рода международных форумах. Это действительно не для отписки и не для галочки. Мы рассматриваем такого рода участие как важный элемент нашей работы по привлечению иностранных инвестиций в российскую экономику. Кстати говоря, не мы были инициаторами вхождения в эту элитную организацию - Клуб долгосрочных инвесторов. Инициаторами создания этого объединения являлись такие уважаемые институты, как KFW в Германии, ведущий и, наверное, самый крупный банк развития, это Европейский инвестиционный банк, Депозитная касса - звучит так банально, но на самом деле это одно из старейших финансовых учреждений Франции, 150 лет ему. Аналогичный институт есть в Италии. Вот эти четыре ключевых национальных и международных финансовых институтов явились инициаторами формирования Клуба долгосрочных инвесторов. Он сейчас объединяет в себя представителей 10 стран. Это в основном институты развития, в том числе честь оказана нам, мы от России представляем интересы в этой организации. Это уже третья международная организация банковского взаимодействия, где мы вместе работаем с Госбанком развития Китая. Так вот, основная цель создания этого Клуба долгосрочных инвесторов состоит в том, чтобы, объединив усилия, финансировать проекты инфраструктурного характера, прежде всего проекты в инновационной сфере, то есть того, что, безусловно, является альтернативой привлечения спекулятивных капиталов, которые, как теперь уже всем понятно, послужили в том числе причиной крупного глобального экономического и финансового кризиса. Поэтому девиз этой организации: вкладывать средства в реальные сектора экономики, в инфраструктурные проекты, в те направления, которые безусловно могут представить интерес для международных инвесторов.


КОРР.: Но речь идет о, так называемых, длинных инвестициях. Насколько перспективно это направление, и самое главное, насколько охотно идут наши западные партнеры на это?


Владимир ДМИТРИЕВ: Вопрос исключительно важный и в общем животрепещущий, потому что, действительно, денег свободных достаточно на мировых финансовых рынках, рынках капитала, но важно соотносить желания инвесторов с рисками, которые они сегодня на себя берут. И в этом смысле участие государственных институтов развития и, если говорить о финансовом секторе, банков с государственным участием является для западных инвесторов своего рода гарантией успешности проектов и возврата средств.


Именно поэтому мы подключились к реализации амбициозного, но вполне реального проекта - создание крупного туристическо-рекреационного кластера на Северном Кавказе. Вчера состоялось пленарное заседание, на котором выступил президент нашей страны и, по сути дела, политически поддержал этот проект. А это исключительно важно и для российских, и для иностранных инвесторов. Не случайно в панельной дискуссии принимали участие и я, и Герман Греф и иностранные инвесторы, которые, по сути дела, комфортными письмами, переданными Ахмеду Белалову, подтвердили свое намерение финансово поддерживать этот проект. И, разумеется, в кулуарных беседах они подчеркивали мысль о том, что они войдут в проект, понимая, что, во-первых, его политически поддерживает руководство страны, во-вторых, в этот проект идут банки с государственным участием, такие как Сбербанк, Внешэкономбанк. Это для них серьезная гарантия, это для них серьезная страховка.


КОРР.: Ахмед Белалов был у нас в прямом эфире, рассказывал о всех перспективах этого проекта. Действительно, очень завораживающе сейчас звучит. Спасибо, что ответили на наши вопросы.


 

Назад

«Удовлетворить всех невозможно», — Владимир Дмитриев, председатель «Банка развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)»

3 июня 2010 года
#Публикации
Назад

Евгения Письменная
Ведомости
03.06.2010, http://www.vedomosti.ru/newspaper/2010/06/03">100 (2618)


 


«Удовлетворить всех невозможно», — Владимир Дмитриев, председатель «Банка развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)»









Фото: С. Николаев

Как изменился Внешэкономбанк после кризиса? Зачем банк покупал акции UC Rusal? Сохранит ли он статус госкорпорации? Об этом «Ведомостям» рассказал председатель банка Владимир Дмитриев.


В мае у ВЭБа был праздник: три года назад приняли закон «О банке развития», по которому наследник советского Внешэкономбанка превратился в государственную корпорацию. Так что интервью «Ведомостям» Владимира Дмитриева началось с воспоминаний о недавней годовщине. Правда, по его словам, выходило, что особых торжеств в госкорпорации не устраивали: «Жизнь настолько динамична, что о праздниках стали забывать. Так много проблем и новых вводных… Так что посидели по-простому, по-домашнему. Никакого пафоса».


— Да уж, кризис сделал вашу жизнь очень динамичной. Но сейчас, похоже, ВЭБ ждет обратная реинкарнация: из банка спасения в банк развития. Такие перемены наверняка от вас требуют новой стратегии?


— Действительно, кризисное напряжение спадает. ВЭБ как антикризисный инструмент теряет свою актуальность, мы лишь реализуем те меры, которые были приняты раньше. Мы продолжаем работать с заемщиками — UC Rusal, ECO Telecom и «Газпром нефтью» в рамках рефинансирования внешней задолженности. Субординированные кредиты общим объемом свыше 404 млрд руб., которые ВЭБ предоставил 17 банкам и АИЖК, рассчитаны до 2019 и 2020 гг. Мы продолжаем участвовать в программе предоставления госгарантий банкам по кредитам приоритетным предприятиям. Их объем в этом году увеличен со 100 млрд до 175 млрд руб. Продолжаем развивать и повышать капитализацию двух банков — «Глобэкса» и Связь-банка, которые мы уже вывели на безубыточный формат развития. Мы остаемся кредитором субординированных кредитов и участником в ипотечной программе с АИЖК. Но вы правы, мы задумываемся о корректировке нашей деятельности, уже начали готовить новую стратегию госкорпорации.


— Будете вписывать в стратегию антикризисные функции?


— Конечно, некоторые антикризисные функции мы зафиксируем. Но в основном речь не об этом. Кризис поставил под угрозу реализацию многих программ наших потенциальных заемщиков. Сужаются объемы финансирования инвестфонда, в том числе по проектам, которые мы должны были софинансировать. Поэтому будем пересматривать прежние приоритеты, формировать новые.


— Новые приоритеты — инновации? На прошлой неделе вы об этом рассказывали президенту.


— Наша нынешняя стратегия заканчивается 2012 г., у новой удлиним срок — сделаем до 2014 г. И главное в стратегии, вы правы, — акценты на модернизацию и инновации. Будут изменены стратегические показатели деятельности. Мы сократим их количество и введем два новых показателя — объем поддержки национальной экономики и доля инновационных проектов в кредитном портфеле Банка развития.


К тому же в кризис у нас появилось много дочерних структур: не только «Глобэкс» и Связь-банк, но и «ВЭБ-инжиниринг», «ВЭБ капитал» и Проминвестбанк. Выполнение планов и соответствие стратегии развития наших шести дочерних банков мониторит специальный департамент, который так и называется — департамент дочерних банков.


У ВЭБа появилась новая компетенция — инжиниринг. Совместно с канадской инжиниринговой компанией SNC-Lavalin создали совместную компанию «ВЭБ-инжиниринг», где нам принадлежит 51%. Выросли масштабы нашего бизнеса, а параллельно усложняются задачи, решаемые Банком развития. Будет формироваться компетенция сопровождения инвестпроектов, совершенствоваться мониторинг технологического соответствия и целевого использования средств.


Новая стратегия ВЭБа отразит выход на совершенно другой уровень стратегического развития корпорации на постсоветском пространстве с учетом того, что мы контролируем системообразующие банки Белоруссии и Украины, требуется переосмысление нашей роли с точки зрения интеграционных процессов. ВЭБ плотно вплетается в ткань межгосударственных отношений на пространстве ШОС.


— Кризис ВЭБ хорошо закалил. Рассказывают, что в особо острые кризисные моменты ваши сотрудники не спали ночами, занимались кредитами. Но ведь это испытание пошло вам на пользу. Из кризиса вы выходите сильнее, мощнее и богаче.


— Это правда, мы выходим из кризиса сильно окрепшими. При создании Банка развития в июне 2007 г. его уставный капитал был сформирован в сумме 180 млрд руб. С тех пор он пополнялся правительством пять раз и сейчас составляет 383,5 млрд руб.


За прошлый год, по предварительным подсчетам, чистая прибыль составила 31 млрд руб., более чем в три раза превысив показатель 2008 г. А за I квартал текущего года мы получили чистую прибыль по РСБУ в размере 23,1 млрд руб., что в 20 раз выше, чем за тот же период 2009 г.


Конечно, когда мы создавались, мы и не думали, что будем заниматься антикризисной деятельностью, как, впрочем, никто не знал, что грянет кризис такого масштаба. Но за время кризиса жизнь показала, что если бы ВЭБа не было, то его стоило бы придумать.


— ВЭБ был инструментом быстрого реагирования правительства.


— Мы оказались востребованными, но самое главное — состоявшимися. Ведь как структура мы могли быть востребованы, но не готовы. К счастью, сотрудники банка подтвердили свой высокий профессионализм.


— Штат увеличился?


— Нет, наблюдательный совет еще в 2008 г. решил, что количество сотрудников увеличивать не будем. Кадровые проблемы в основном решали за счет перегруппировки внутри корпорации. Только теперь мы ставим вопросы о необходимости набора новых людей. И речь идет только о наборе людей на новые направления. Например, мы создали новый департамент по инновациям и высоким технологиям.


— Трудно было говорить «нет» богатым и известным бизнесменам, которые в кризис к вам выстраивались в очередь?


— Моя участь в этом смысле была облегчена. Все должно соответствовать 173-му закону «О дополнительных мерах по поддержке финансовой системы РФ», закону «О банке развития» и меморандуму. Очень просто, ссылаясь на эти документы, говорить «нет». К тому же все решения об антикризисных мерах принимались коллегиально — сотрудниками профильных министерств и ведомств, коммерческих банков, независимыми экспертами, профессиональными аудиторами. Только после такой широкой экспертизы решения выносились на наблюдательный совет.


— А вот те, кому не одобрили заявки, все время говорили о несправедливости. ПИК — дали, жаловались другие девелоперы, а им — нет. UC Rusal выделили громадный кредит, несмотря на то что она зарегистрирована в офшоре, а другим из-за иностранной юрисдикции отказали.


— Удовлетворить всех невозможно. Ничего страшного нет, что отсеянные обижены. Все наши решения исходили из четких критериев, принятых наблюдательным советом: угроза потери активов, ущерб региональным экономикам и др. Этот перечень для нас как иконостас.


— У ВЭБа — устойчивая репутация кошелька власти. Чиновники вам сгружают проекты для кредитования, хотите вы этого или нет. Вспомнить хотя бы о том, как вы сопротивлялись навязанному вам предложению о выкупе конвертируемых в акции облигаций «АвтоВАЗа» на 40 млрд руб.


— К сожалению, похожие примеры есть. Чего греха таить, существует соблазн рассматривать ВЭБ как некий квазибюджет. Но я уверенно могу сказать, что такого рода предложения до наблюдательного совета не доживают. Любое участие в капитале, независимо от того как оно формируется — напрямую или за счет конверсии долга, — прерогатива наблюдательного совета. Уже на стадии обсуждения инициатив на экспертном уровне все предложения подвергаются серьезной экспертизе. Наблюдательный совет и не может одобрить сомнительные проекты, потому что его члены понимают: любое отвлечение и мобилизация ресурсов ВЭБа на подобного рода сделки — это сокращение возможностей финансировать профильную для ВЭБа деятельность.


— А случай с Объединенной авиационной корпорацией (ОАК), когда ВЭБ выкупил на 21 млрд руб. дополнительную эмиссию акций? Разве это не пример, когда вы выступили квазибюджетом?


— Нет. Это была прямая бюджетная поддержка, а ВЭБ лишь выступил в роли посредника. Правительство искало способы расшивки долгов, решили, что поможет дополнительная капитализация компании. Поэтому нам увеличили на 21 млрд руб. капитал, а мы, в свою очередь, выкупили допэмиссию акций ОАК.


— Вы хотите сказать, что ВЭБ не кредитует сделки, лоббируемые чиновниками, подобные истории пресекаются на корню?


— Я бы сказал так: в любых случаях здравый смысл и экономический расчет довлеют над желаниями отдельных людей.


— Как у вас обстоят дела с достаточностью капитала?


— Здесь как раз все в порядке: около 20% при норме в 10%.


— Вы сейчас довольно активно берете валютные кредиты . В нынешней нестабильной экономической ситуации это довольно рискованное дело. Ведь вы берете кредиты в валюте, а даете в рублях и на длинные сроки. Как страхуете эти риски?


— Действительно, мы являемся активным заемщиком и в плане клубных сделок, двусторонних кредитов, синдицированных кредитов. Наши валютные заимствования корреспондируются с теми кредитами, которые мы даем в валюте, и, как правило, экспортоориентированным предприятиям. К тому же, хотя и в меньшей степени, мы хеджируемся, проводя валютные свопы. Все это существенно минимизирует наши валютные риски . Мы также активно заимствуем и в рублях. Мы надеемся, что скоро будет утверждена программа рублевых заимствований, которая будет реализована несколькими траншами облигаций. Поэтому все это, что называется, бьется между пассивной и активной частью.


— А что с размещением на внешнем рынке? Известно, что вы собирались размещать еврооблигации, после того как разместится Российская Федерация. Страна разместилась неплохо, предоставив вам удачный бенчмарк. Но, судя по ситуации на мировом рынке, при размещении Российская Федерация села в последний вагон уходящего поезда. Сбербанк, похоже, собирается ждать лучшей ситуации для размещения. А вы?


— Эмитент всегда, когда выходит на рынок, смотрит на его текущее состояние. Если нет острой необходимости в заимствовании, он, разумеется, принимает решение, исходя из целесообразности: выходить на рынок с премией в несколько сот базисных пунктов к суверенному выпуску просто нет никакого смысла.


— Почему ВЭБ участвовал в январском IPO UC Rusal , да еще и стал крупнейшим инвестором в этой сделке (приобрел 30% из размещенных бумаг, 3,15% акций компании за $663 млн, второй по величине покупатель — Libyan Investment Authority, 1,43% акций за $300 млн)? Кто инициировал это решение — сам ВЭБ или предложила UC Rusal? Почему был куплен такой большой пакет?


На какой срок сделана инвестиция? Не опасаетесь, что ВЭБ пришел в UC Rusal «всерьез и надолго», так как акции компании с момента размещения подешевели в 1,5 раза?


— На самом деле именно такая величина пакета — предложение компании. Мы посмотрели, прикинули, что это достаточно взвешенный пакет. Да, он действительно не гарантирует участия представителя банка в органах управления UC Rusal, но у нас есть действующее кредитное соглашение с компанией, по которому такая мера — введение представителя банка в состав совета директоров — предусмотрена.


Что касается снижения биржевых котировок акций после проведенного размещения, то мы достаточно трезво оцениваем происходящее. Тот факт, что акции компании подешевели за время, прошедшее с момента IPO, не значит, что вложения в бумаги UC Rusal — неверная инвестиция, данная ситуация связана не с конкретными акциями компании, а с общей ситуацией на рынке. Текущие же колебания стоимости акций не являются показательными. Мы оцениваем текущую, а главное, средне- и долгосрочную ситуацию на рынке алюминия как неплохую, понимаем, какие процессы происходят в компании, и видим, что они улучшают положение дел в целом.


— Еще в прошлом году для управления активами ВЭБ создал специализированную компанию ООО «ВЭБ капитал». Как там обстоят дела?


— В свое время для работы с активами, которые были выкуплены у «Глобэкса» при санации, была создана компания «ВЭБ-инвест», где ВЭБу принадлежит пакет в размере 19%. Но создание этой компании было обусловлено необходимостью реструктуризации проблемных кредитов отрасли строительства и девелопмента. Например, достаточно крупный объект на территории бывшего часового завода «Слава» и коттеджный поселок «Золотые купола » в Солнечногорском районе Московской области, несколько объектов в Новосибирске. Но по мере погружения ВЭБа в антикризисные мероприятия, когда к нам стали приходить разные залоги и мы стали выкупать на условиях репо по условной цене серьезные промышленные активы, например «Амурметалл», мы начали понимать, что нужна более сложная система управления активами. К тому же у наших дочерних банков (в основном, у Связь-банка) помимо строек тоже оказывались промышленные активы — либо в виде залогов, либо в виде кредитов, требовавших серьезной работы и реструктуризации. Управление этим хозяйством является непрофильным видом деятельности для банков. ВЭБ готов передать в «ВЭБ капитал» целый ряд участий.


— Какие?


— Например, в той же «Ильюшин финанс». Может быть, будем не просто передавать участие в этой компании, а будем ставить вопрос о консолидации всей лизинговой деятельности. Еще целый ряд профильных и непрофильных активов, которыми целесообразно профессионально управлять.


— Кто будет управлять?


— Будем набирать команду менеджеров, в том числе привлекая их с рынка. Работать в ней будут примерно 100 человек. Руководство и основные подразделения уже сформированы. Будет строительный дивизион, в него войдет «ВЭБ-инвест», будет промышленный дивизион. Последний может быть разбит на несколько отраслей.


— Какова оценка «ВЭБ капитала»?


— Для начала деятельности компании выделено 400 млн руб. Сейчас завершается оценка активов, которые будут проданы либо переданы в управление «ВЭБ капиталу». По решению наблюдательного совета 31 марта в «ВЭБ капитал» предполагается передача ряда активов более чем на 7 млрд руб. Но в настоящее время идет процесс юридического оформления передачи активов, среди которых акции промышленных предприятий, объекты недвижимости и финансовые инструменты . Надо признать, что по некоторым активам мы пока даже не представляем, что именно с ними предстоит делать. Например, концерн «Тракторные заводы» нужно вывести в нормальное рабочее состояние. У концерна огромная долговая нагрузка, которую надо реструктурировать, а сами активы требуют модернизации. Но ведь «Тракторные заводы» — это сотни предприятий, и не только в России, но и в Европе, и в Юго-Восточной Азии. Все это надо оценить, причесать и только потом делать вывод о сроках продажи.


— «ВЭБ капитал» будет продавать активы?


— Смысл деятельности «ВЭБ капитала» состоит в том, чтобы, профессионально управляя этими активами, повышать их капитализацию и в конечном итоге избавляться от них, с тем чтобы закрывать взятые ранее ресурсы.


— Значит, скорых продаж не ждать?


— Нет, конечно. Только в среднесрочной, пятилетней, перспективе. Взять, например, тот же проект на «Славе»: сначала надо в рамках одобренного градостроительного проекта существующие площади снести, потом составить новый проект, утвердить его в правительстве Москвы, построить и только после всего этого благополучно продать.


— Так, может, сразу продать объект на «Славе», не гнаться за прибылью?


— Дело в том, что эта тема нами рассматривается в контексте санации банка «Глобэкс». Напомню, что на санацию «Глобэкса» и Связь-банка ВЭБом было выделено 212 млрд руб., прежде всего за счет привлеченных от ЦБ России депозитов, и их надо вернуть. Мы ежегодно тратим на их обслуживание более 10 млрд руб. Поэтому мы ставим задачу повышения капитализации банка «Глобэкс» и продажи его через несколько лет либо стратегическому инвестору, либо через IPO при одновременной реализации строительных активов. По нашим расчетам, это позволит нам рассчитаться с депозитом Центробанка. Надо максимально капитализировать активы, которые будут в управлении или собственности «ВЭБ капитала», с тем чтобы потом закрыть баланс.


— Это значит, что вы не будете продавать «Глобэкс» сейчас?


— Мы исходим из решения наблюдательного совета, одобрившего стратегию и санацию дочерних банков и их последующий выход на рынок . Решение предполагает пятилетний горизонт. На этой дистанции мы рассчитываем серьезным образом укрепить капитальную базу банков. Сейчас капитал «Глобэкса» составляет 17,5 млрд руб. В нынешней сложной рыночной ситуации никаких слияний и поглощений, а уж тем более приобретений не происходит.


— Вы даже не рассматриваете предложений покупателей?


— Нет. А их просто нет. К тому же я исхожу из того, что в этой ситуации любой банк будет недооценен. Нет возможности применять мультипликаторы к капиталу, которые работали до кризиса. Но есть основания полагать, что ситуация вернется или станет схожей с докризисной. И тогда гораздо выгоднее будет продать коммерческие банки . А пока будем просто развивать «Глобэкс»: наращивать филиальную сеть, капитальную и клиентскую базу. Перед нами стоит задача вывести его в прежнее состояние сильного игрока на рынке банковских услуг. Вести разговор о продаже «Глобэкса» сейчас, не решая задачу возврата депозита, бессмысленно.


— А как обстоят дела со Связь-банком, который должен превратиться в Почтовый банк в кооперации с ФГУП «Почта России»?


— Пока ждем 15 июня, когда три претендента — «Русский стандарт», «Юникредит банк » и «Номос» — представят свои уточненные бизнес-планы, в которых определят формат и объем своего участия в проекте. Их отобрали среди пяти участников. Надо сказать откровенно, что идеальных предложений не было.


— Рассказывают, что два участника, «Юникредит» и «Номос» с «ХКФ банком», уже сошли с дистанции. Причина — в их иностранных корнях. Дескать, такой стратегически важный объект, как «Почта России», не следует отдавать иностранцам. Это так?


— Нет. Хотя я не исключаю, что этот тезис принимается во внимание. Но, с другой стороны, ни у одного из российских банков нет опыта создания Почтового банка. Я уверен, до июля фаворит выбран не будет. Сейчас идет очень большая работа по этому вопросу: создана специальная рабочая группа , с банками постоянно встречаемся.


— А концепция создания Почтового банка за это время не изменилась?


— Концепция осталась прежней. «Почта России» должна стать акционером Почтового банка. Но для начала ФГУП сам должен акционироваться либо получить право на участие в капитале других организаций. Наличие более чем 40 000 отделений почтовой связи позволяет существенно увеличить объем предоставляемых банковских услуг и объем выручки. Для этого необходимо дифференцировать продуктовый ряд в зависимости от формата отделения и в ряде случаев включить персонал отделений почтовой связи в продажу банковских услуг на комиссионных началах. Требуется хорошая технологическая проработка и создание современной IT-платформы, максимального IT-сопровождения банковских услуг.


— Что принесло участие в капитале Проминвестбанка (ПИБ) и Белвнешэкономбанка?


— Если говорить системно, то оба банка являются опорными для банковских систем своих стран. И Белвнешэкономбанк, и Проминвестбанк входят в своих странах в число шести крупнейших банков по основным показателям. Но в отличие от Белвнешэконбанка Проминвестбанк в большей степени пострадал от кризиса. Летом — осенью 2008 г. он стал объектом серьезной рейдерской атаки на Украине. Можно сказать, что вмешательство России спасло не только сам Проминвестбанк, но и во многом сохранило стабильность банковской системы Украины.


— Интересно, а как вы решили купить Проминвестбанк? Украинцы сами попросили или наблюдательный совет ВЭБа принял решение о покупке самостоятельно?


— Фамилий я называть не буду. Скажу только, что коллеги из Проминвестбанка сделали нам предложение, которое после определенной доработки оказалось привлекательным. Для вхождения в ПИБ и его дальнейшего оздоровления мы потратили $750 млн в прошлом году. Платежеспособность была восстановлена, с середины 2009 г. банк выполняет все нормативы Нацбанка Украины. Но мы покупали ПИБ исключительно из прагматических соображений. У множества российских предприятий есть давние деловые партнеры на Украине и солидные коммерческие интересы. Им надежнее осуществлять операции через банк с российским участием. Чтобы укрепить позиции ПИБа, мы предоставили ему кредит в размере $1 млрд. Сегодня банк является шестым по размеру капитала и шестым по размеру активов среди украинских банков.


— Сейчас у России с Украиной период политического оживления. Значит ли это, что ВЭБ будет усиливать работу на Украине?


— Безусловно. Ясный политический вектор дан, мы, как госбанк, воспринимаем его как руководство к действию. Нас, конечно, не может не радовать, что украинское руководство, по сути дела, радикально поменяло отношение к России, к российско-украинским отношениям, к участию российского бизнеса в инвестиционных процессах на Украине. Если сравнивать с отношением прежнего руководства страны — это как ночь и день. Мы оказались в совершенно другой ситуации, роль банков в этих процессах увеличилась. Но это приятная нагрузка и даже облегчение.


— Прежнее руководство Украины, наверное, считало ВЭБ засланным казачком, а нынешнее — развивающим экономику элементом.


— Отношение руководства Украины к банкам и компаниям с российским капиталом — оселок, на котором будет проверяться твердость намерений в развитии отношений и поощрении взаимных инвестиций. Кстати, мы сейчас много делаем для улучшения технологической оснащенности Проминвестбанка. Например, ввели бездокументарную систему расчетов. В конечном итоге все это выводит нас на реализацию очень актуальной задачи — перехода на расчеты в национальных валютах. Некоторые российские и украинские предприятия через ПИБ уже перешли на обслуживание в национальных валютах. Прежде всего, конечно, в рублях, потому что они более устойчивы, чем гривны. Проминвестбанк выдает гарантии в рублях. Если говорить о Белоруссии, то у ВЭБа есть соглашение с кабинетом министров, где прямо говорится о необходимости перехода на расчеты в национальных валютах. Это серьезный шаг на пути к формированию международного финансового центра в Москве. Формируя расчетные механизмы в рублях, мы делаем более привлекательным рубль как таковой и Москву как международный финансовый центр, прежде всего за счет подключения к нему соседних стран.


— И сколько процентов платежей сейчас в этих банках проходит в рублях?


— Мы только начали осуществлять такие расчеты. Нельзя говорить о каких-то масштабных расчетах. Это требует создания серьезной инфраструктуры. Собственно, для этого и создавался межгосударственный банк, который как клиринговый центр обслуживал бы в национальных валютах торговлю стран СНГ. Белвнешэкономбанк и ПИБ могут быть приводными ремнями такого механизма.


— Как вы относитесь к возможному снижению ставки по субординированным кредитам? Кажется, правительство действительно готово ставку снижать, пока, правда, неизвестно на сколько.


— Я тоже не знаю на сколько. Есть пример того, каким образом была снижена ставка по кредиту АИЖК, когда скостили нашу маржу — с 1 до 0,25%. Как я могу к этому относиться? ВЭБ — банк, который выполняет государственные функции и задачи. Если государство считает необходимым снижение ставок, в том числе и снижение нашей маржи, — значит, это нужно делать. Стало быть, просто-напросто уменьшится наш доход.


— Кстати, один из вариантов снижения — как раз уменьшение маржи ВЭБа с 1 до 0,25%.


— Да, я знаю. Это значит, что наш ежегодный доход снизится на 3 млрд руб.


— И что, вы не будете бороться за свой доход?


— Один процентный пункт доходности по субордам включал в себя риски того времени, когда никто не знал, как будет развиваться экономическая ситуация. Мы отчасти в этот процент закладывали и административно-хозяйственные расходы, связанные с присутствием наших сотрудников в советах директоров, мониторингом соответствующих обязательств, которые брали на себя банки, в том числе сохранение ставки по выдаваемым реальному сектору кредитам не выше 3 процентных пунктов к ставке рефинансирования. Очевидно, что ситуация изменилась: кредиты стали доступнее, у банков высокий уровень ликвидности. ЦБ снизил ставку рефинансирования до 8%. Правда, это короткие деньги, но их банки могут привлекать. Поэтому, считаю, со стороны банков оправданы вопросы о снижении ставки по субордам, особенно в контексте ипотеки, когда конечные заемщики должны платить не больше 11%. Мы, конечно бы, приветствовали сохранение на прежнем уровне маржи ВЭБа, но, если анализ покажет, что снижение ставки поможет обеспечить рост кредитов в приоритетных областях, мы — только «за».


— Почему не создаете агентство по страхованию экспорта? Уже все сроки прошли: сначала говорили, что будет создано в конце 2009 г., потом — в марте, апреле. Сейчас на дворе лето, агентство так и не создано. В чем дело?


— До сих пор существует два подхода на этот счет. Первый: надо создавать полноценную, комплексную поддержку промышленного экспорта. Это значит, что наряду с банковской структурой существует и агентство страхования экспортных кредитов. Суть деятельности этих двух институтов разная: один (Росэксимбанк в данном случае) становится банком — агентом по обслуживанию госгарантий, которые используют коммерческие банки. У агентства иная деятельность, которая основана на страховом рынке и соответствующих рыночных законах. Агентство страхует риски, а не гарантирует кредиты. Во многих странах двухуровневая система поддержки экспорта. Больше скажу, мы на практике сталкиваемся с проблемой, связанной с отсутствием у нас агентства по страхованию экспорта. Всем известный проект Sukhoi SuperJet более чем наполовину связан с поставкой компонентов из-за рубежа и компонентами, которые создаются совместными предприятиями. Прежде всего, партнеры в этом проекте — итальянские и французские компании. С ними есть договоренность о продвижении самолета на рынки третьих стран, а экспорт туда невозможен без государственной поддержки. Нам итальянцы и французы говорят, что их агентства по страхованию экспорта работают только с идентичными институтами, обеспечивающими страховку от коммерческих и политических рисков. А у нас такой структуры просто нет. Итальянское и французское агентства подписали, конечно, меморандум о взаимопонимании, но продолжают настаивать на том, чтобы все-таки работать с агентством, а не с ВЭБом или Росэксимбанком.


— Вы говорили о второй концепции. Какая она?


— Очень простая — есть Росэксимбанк, который призван выполнять агентские функции по обеспечению гарантийной поддержки экспорта, и этого достаточно.


— Министр экономического развития Эльвира Набиуллина сказала недавно, что положение об агентстве подготовлено. Это значит, что она придерживается первой концепции.


— Мы тоже так считаем.


— И премьер Владимир Путин публично призвал поторопиться с принятием решения по агентству.


— Исключительно важно, что председатель наблюдательного совета, председатель правительства тоже придерживается мнения, что должна быть создана комплексная система поддержки промышленного экспорта, включающая банк и агентство по страхованию экспортных кредитов.


— Значит, на ближайшем наблюдательном совете должны утвердить эту концепцию?


— В повестке ближайшего наблюдательного совета этого вопроса нет. Но мы продолжаем работу с заинтересованными министерствами для выхода на консолидированную позицию. При этом следует понимать, что средства на создание и запуск работы агентства предусмотрены в бюджете ВЭБа и согласованы наблюдательным советом.


— По графику Минэкономразвития ВЭБ должен поменять форму собственности. Вы должны превратиться в юридическое лицо публичного права. Раньше вы были скептически настроены по отношению к этим изменениям. Настроения не изменились?


— В рамках выполнения правительственного поручения мы направили свое мнение по поводу акционирования ВЭБа в правительство. Наша позиция остается прежней: если будет принято решение менять форму собственности — изменим, но нужны будут гораздо более серьезные преобразования, чем просто смена организационно-правовой формы. Надо будет решать, что делать со многими нашими подразделениями. Акционирование предполагает соблюдение ВЭБом банковских нормативов ЦБ. У нас есть по некоторым моментам серьезные отклонения, прежде всего связанные с нормативом лимита на одного заемщика. Еще мы выполняем функции в контексте антикризисных мер, которые коммерческим банкам несвойственны. Например, выдача субординированных кредитов — и ни много ни мало, а на 10 лет. Мы с цифрами в руках показываем, что акционирование возможно, но при определенных условиях. Еще один момент, оказывающий влияние на сроки трансформации ВЭБа, — это долгосрочный характер финансируемых банком проектов. Саммит АТЭС пройдет в 2012 г., проекты по Олимпиаде будут реализовываться еще дольше. Наконец, ВЭБ выполняет некоторые агентские функции — например, по управлению государственным внутренним и внешним долгом, осуществляет полномочия государственной управляющей компании по доверительному управлению пенсионными накоплениями. Постановлениями правительства установлен срок передачи этих полномочий — соответственно 2015 и 2014 гг. Значит, надо решать вопросы, кому передавать эти функции, менять нормативные акты, создавать новые структуры. Так что вопрос реорганизации ВЭБа не такой простой и быстрый. К примеру, Банк развития Китая недавно акционировался. Был в течение нескольких лет неким специальным учреждением, а теперь уже два года как функционирует в формате АО со 100%-ным государственным участием.


— С цифрами в руках — это 1 трлн руб. вам нужен в уставном капитале?


— Да, примерно так.


— Очевидно, что сейчас, когда правительство борется с дефицитом бюджета, выделение такой огромной суммы невозможно. Но предположим, что это случилось, много времени уйдет на преобразования?


— Сами преобразования можно будет сделать быстро — за год, думаю. Это в случае передачи некоторых функций банка другим организациям. Но есть и другой сценарий. Минэкономразвития говорит, что ВЭБ и АСВ — это особые организации, которые могут быть преобразованы в юридические лица публичного права. Это уже новелла, требующая изменения законодательства.


— Так, значит, у вас есть шанс остаться госкорпорацией?


— Во всяком случае, до тех пор пока не определят, что такое юридическое лицо публичного права.


— На последнем наблюдательном совете была утверждена новая система оплаты труда сотрудников ВЭБа и бонусы. Расскажите о ней.


— Мы при поддержке PricewaterhouseCoopers разработали новую систему оплаты труда и стимулирования работников. Действующая система оплаты труда характеризуется большим количеством выплат краткосрочного характера.


Новая система предполагает фиксированную и премиальную части заработной платы. Первая основана на градации должностей и зависит от места должности работника в иерархии должностей по определенным критериям. Базовая зарплата будет позиционироваться на уровне медианы референтного рынка труда. Вторая часть — годовое вознаграждение — основана на зависимости размера премии от выполнения ключевых показателей эффективности. Годовая премия будет позиционироваться на уровне нижней границы годовой премии, предлагаемой коммерческими банками.


— АФК «Система» подписала договор о продаже 25% плюс 1 акция «Связьинвеста » «Ростелекому ». Ранее предполагалось, что этот пакет приобретет ВЭБ. Почему этого не случилось? Интересует ли ВЭБ вообще блокпакет «Связьинвеста»?


— И слава богу, что не случилось. Ведь это значило бы вновь отвлекать немалые средства — в размере 26 млрд руб. на не совсем профильную деятельность.


— В 2008 г. ВЭБ открыл кредитную линию зеленоградскому производителю микроэлектроники «Ангстрем-Т» на 815 млн евро, из которых компания успела воспользовалась 292 млн евро. Затем наступил кризис, и «Ангстрем-Т» не смог обслуживать кредит. В результате ВЭБ стал рассматривать возможность забрать в собственность акции «Ангстрем-Т» (заложенные по кредиту). Как обстоит ситуация сейчас?


— Будем забирать в собственность. Уже прошли соответствующие совещания в правительстве, где решено ради сохранения проекта и его консолидации, что ВЭБ станет акционером или, по сути дела, собственником этого проекта. Проект знаковый и амбициозный. Прямо скажем, он затянулся из-за кризиса и не в полной мере по вине инвестора. Мы сейчас находимся в активной переговорной фазе с «Ангстремом-Т». Но когда это случится — прогнозировать не берусь.


— «Связьинвест» и ВЭБ — два крупнейших совладельца «Ростелекома» — ведут переговоры об акционерном соглашении, по которому «Связьинвест» через какое-то время выкупит долю ВЭБа (9,8%) по цене не ниже 230 руб. за акцию, а ВЭБ взамен будет голосовать по ключевым вопросам консолидированно со «Связьинвестом». Договорились ли вы? Если да, то по какой цене будет выкупаться пакет ВЭБа в «Ростелекоме», через какое время и по каким вопросам ВЭБ и «Связьинвест» договорились голосовать консолидированно?


— Пока мы такого соглашения не имеем. Но не забывайте, что законом предусмотрено, что деятельность ВЭБа безубыточна, поэтому акции, которые нами приобретались по цене 230 руб. за акцию, должны быть проданы так, чтобы для нас эта операция была безубыточной.


— Почему через полгода после расширения пенсионной инвестдекларации пенсионные средства почти полностью остаются в госбумагах?


— Доля госбумаг в расширенном портфеле, что видно и по данным нашей квартальной отчетности, сократилась с более чем 90 до 61%. В отношении корпоративных и ипотечных облигаций у нас есть своя стратегия, и мы не торопимся инвестировать все сразу, а стремимся принимать грамотные, взвешенные инвестиционные решения . К тому же у нас уже есть обязательства по инвестированию средств в рамках утвержденной наблюдательным советом программы инвестиций Внешэкономбанка в проекты строительства доступного жилья и ипотеку в 2010-2012 гг., а это 160 млрд руб. Кроме того, за эти полгода мы участвовали практически во всех первичных размещениях эмитентов, соответствующих требованиям инвестиционной декларации и нашей системы управления рисками, а таких размещений действительно было немного. Надеюсь, что во второй половине года число и объемы размещений существенно увеличатся и мы сможем нарастить долю новых для нас инструментов, обеспечивая при этом достойные уровни доходности при инвестировании пенсионных накоплений граждан.

Назад