Интервью члена Правления, заместителя Председателя Внешэкономбанка Александра Иванова телеканалу "Россия 24"

22 марта 2013 года
#Публикации
Назад
 

Телеканал "Россия 24",
КУРС ДНЯ,
22.03.2013, 20:34


 


ВЕДУЩИЙ: У нас сегодня в студии Александр Иванов. Александр, предлагаю вернуться к Китаю, все-таки такое значимое событие - Си Цзиньпин выбрал Россию в качестве своего первого направления. Может ли это как-то простимулировать развитие России и Китая, и способствовать более тесным отношениями или торговым, или инвестиционным, или в том и другом направлении?


Александр ИВАНОВ, член правления, заместитель председателя Внешэкономбанка: На мой взгляд Китай является соседом России, обладает огромным инвестиционным потенциалом. Как известно, у КНР самые большие в мире золотовалютные резервы. Плюс, в последнее время Китай достаточно сильно продвинулся в разработке и внедрении новых технологий. На мой взгляд, вот такая вот энергия, такие отношения между двумя странами, конечно, приведут к дальнейшему росту товарооборота, к увеличению числа инвестиционных проектов, которые финансируются совместно двумя сторонами. Хотел бы также отметить и важное значение программы по финансированию Дальнего Востока России, где много проектов.


ВЕДУЩИЙ: То есть как раз тот регион, который интересен обеим странам, хотя бы просто по географическим причинам.


Александр ИВАНОВ: Безусловно. И здесь на мой взгляд очень много возможностей для дальнейшего совместного сотрудничества.


ВЕДУЩИЙ: Какие это возможности?


Александр ИВАНОВ: Это, прежде всего, инфраструктура, туристические кластеры, строительство промышленных предприятий, которые могут быть ориентированы как на экспорт в КНР, так и на удовлетворение внутреннего спроса на российской территории. Это могут быть и портовые зоны, аэропорты. Здесь существует масса возможностей.


ВЕДУЩИЙ: Представители российского Фонда прямых инвестиций сообщают, что совместно с Внешэкономбанком, CIC (Китайская инвестиционная корпорация) и РКИФ подписан меморандум о взаимопонимании, который позволит увеличить совместные инвестиции на десятки миллиардов долларов. О каком временном горизонте идет речь, и о каких конкретных инвестициях?


Александр ИВАНОВ: Вы абсолютно правы. Сегодня это соглашение было подписано в присутствии лидеров двух стран. Предполагается, что Китайская инвестиционная корпорация и ее дочерняя структура Российско-китайский инвестиционный фонд с одной стороны, Внешэкономбанк и его дочерняя структура Российский фонд прямых инвестиций будут совместно отбирать, идентифицировать, анализировать и предлагать к финансированию проекты в области инфраструктуры. Конечно же, речь идет о длительных, значимых, капиталоемких проектах. Горизонт инвестирования составляет от семи лет и выше. Как правило, это десять-пятнадцать лет. Естественно, все эти проекты должны иметь интеграционное значение и способствовать как развитию экономики России, так и экономики КНР.


ВЕДУЩИЙ: Александр, а во Внешэкономбанке есть уже какое-то понимание по конкретным объектам?


Александр ИВАНОВ: У Внешэкономбанка есть так называемый пайплайн проектов. Мы, как известно, достаточно активно финансируем проекты, связанные с поставкой китайского оборудования в Россию, с модернизацией предприятий. Кроме того, нами основан соответствующий Фонд развития Дальнего Востока и Забайкалья. У этого фонда сейчас в проработке находятся порядка десятка значимых проектов. Ну, я не хотел бы вдаваться в детали, поскольку экспертиза еще не завершена. Как известно, решение может быть принято только позже, после того, как все внутренние процедуры будут соблюдены.


ВЕДУЩИЙ: В ЮАР начинается саммит стран БРИКС, он будет проходить на высшем уровне. Александр, не могли бы вы вкратце рассказать, какие темы находятся на повестке дня, что будут обсуждать?


Александр ИВАНОВ: Саммит БРИКС, пятый саммит, который состоится в Дурбане в начале следующей недели, пройдет под лозунгом "Партнерство БРИКС и Африки для развития, для модернизации, для индустриализации". Будет обсуждаться широкий спектр тем, начиная от международной безопасности, от экологической ответственности и заканчивая финансовым сотрудничеством. Ключевые темы это, конечно же, финансирование инфраструктуры, это переход к расчетам в национальных валютах. Также будет обсуждаться создание Банка развития БРИКС. Как известно, решение было принято в прошлом году. И мы ожидаем, что в этом году в ходе саммита будет озвучена и согласована некая "дорожная карта", которая определит основные этапы создания Банка развития БРИКС.


ВЕДУЩИЙ: В чем могут быть его функции, когда он может начать действовать?


Александр ИВАНОВ: Конечно, начало его деятельности будет зависеть от того, как быстро страны-участницы переведут необходимый уставный капитал. Этот вопрос находится в компетенции минфинов соответствующих стран. Если говорить о его функциях, то основные функции это: обеспечение расчетов в национальных валютах, содействие и продвижение национального экспорта, и в целом интеграционные процессы на территории всех пяти стран-участниц.


ВЕДУЩИЙ: Со следующего месяца на ММВБ пара юань-рубль начинает котироваться в обычном режиме, в стандартном режиме наиболее ликвидных пар. Видите ли вы смысл в том, чтобы сделать что-то похожее с другими валютами стран БРИКС: бразильским реалом, индийской рупией, может быть даже южноафриканским рэндом?


Александр ИВАНОВ: Безусловно. То, что началась торговля парой рубль-юань, я считаю, что очень важный шаг как раз на пути к переходу в расчеты в национальных валютах. Более того, я могу вам сказать, что Внешэкономбанк заинтересован в размещении своих долговых обязательств, которые могут быть номинированы в юанях. И такой биржевой механизм позволит нам собственно конвертировать эти поступления в рубли.


ВЕДУЩИЙ: Очень интересный момент. То есть тот факт, что начинаются торги юанем на нашей площадке, облегчает доступ для вас на долговой рынок Китая в юаневый инструмент? Я правильно понял?


Александр ИВАНОВ: Безусловно. Для нас облегчается доступ на рынок капитала. Рынок, который очень емкий, который имеет огромную перспективу к росту.


ВЕДУЩИЙ: Как регулируется этот доступ? Потому что в Китае есть масса различных программ и везде есть свои некоторые объемы. Для для российских инвесторов будет какой-то?


Александр ИВАНОВ: Безусловно будет, поскольку рынок капиталов в Китае по-прежнему еще регулируется, эти ограничения постепенно снимаются. Сейчас уже институциональные инвесторы могут инвестировать в долговые обязательства российских компаний и банков. Мы ожидаем, что китайские монетарные власти пойдут по пути дальнейшего снятия этих ограничений. И в конце концов, в том числе и розничные инвесторы смогут инвестировать в такие долговые обязательства. В таком случае, конечно, рынок получит колоссальный потенциал для роста. И российские компании смогут привлекать ресурсы в гораздо большем объеме.


ВЕДУЩИЙ: Александр, не могу не спросить. Будут ли обсуждать Кипр на следующей неделе?


Александр ИВАНОВ: На саммите БРИКС?


ВЕДУЩИЙ: Конечно.


Александр ИВАНОВ: Я думаю, да, конечно. Это тема горячая. Тем более там соберутся лидеры пяти стран. Тех стран, которые производят порядка сорока процентов мирового ВВП. Те страны, где растет благосостояние среднего класса, где растут рынки, развиваются экономики. Поэтому, конечно же, этот вопрос будет обсуждаться, безусловно, на всех уровнях.


 

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24"

15 февраля 2013 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
15.02.2013, 17:45


 


ВЕДУЩИЙ: В Красноярске продолжает работу X ежегодный экономический форум. О первых итогах работы и перспективах российской экономики моя коллега Ирина Матюшенко поговорила с Председателем Внешэкономбанка Владимиром Дмитриевым.


Интервью


КОРР.: Здесь, в Красноярске, форум проходит под девизом "Россия - карта перемен". По-вашему, какие перемены сейчас нужны России, чтобы российская экономика активно развивалась, чтобы мы добились тех темпов роста в 5 процентов, тех задач, которые поставлены?


Владимир ДМИТРИЕВ, Председатель Внешэкономбанка: На мой взгляд, перемены, которые необходимы России, вытекают из планов правительства и безусловного их выполнения. Вот тогда у нас будут перемены, у нас будет экономический рост в заданных параметрах, увеличение производительности труда, инфраструктура и другие структурные перемены, о которых мы так давно говорим. Уверен, что мы достаточно динамично реализуем планы в контексте этих задач.


КОРР.: В какие сектора экономики будет инвестировать Внешэкономбанк в первую очередь в 2013?


Владимир ДМИТРИЕВ: Мы будем продолжать кредитовать профильные для нас сектора экономики. Это прежде всего сектора, связанные с производством высокотехнологичной продукции: энергетика, транспорт, авиация, автомобилестроение. Мы будем направлять большие ресурсы на инфраструктуру, продолжим финансировать олимпийские проекты, тем более, что меньше года осталось до Олимпиады в Сочи, малый и средний бизнес также находятся в фокусе нашей деятельности. Конечно же, с учетом начала уверенной и, на мой взгляд, весьма результативной работы наших дочерних структур, таких, как Агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций, Российского фонда прямых инвестиций, мы будем уделять особое внимание и привлечению иностранных инвестиций, созданию позитивного инвестиционного имиджа России и поддержке российского экспорта.


КОРР.: Вы сказали об инфраструктуре. Сегодня на форуме Дмитрий Медведев говорил, что действительно одна из задач - развивать инфраструктуру, в том числе транспортную. Такие задачи поставлены, что через 5 лет нужно увеличить перевозки грузов на 40 процентов, перевозки людей в 1,8 раза. Задачи серьезные, амбициозные. По-вашему, получится, хватит ли денег на это?


Владимир ДМИТРИЕВ: Если говорить о бюджете, то скорее всего не хватит, но мы должны из этой старой прежней парадигмы выйти и искать внебюджетные источники финансирования.


КОРР.: То есть частные инвестиции?


Владимир ДМИТРИЕВ: Частные инвестиции. Но частные инвестиции придут в инфраструктуру прежде всего тогда, когда будут четко определены и узаконены права и обязанности участников этого процесса, то есть государства, частных инвесторов и финансирующих институтов. Примеров этому уже достаточно - это концессионные соглашения по строительству платных автодорог Москва - Санкт-Петербург, «Северо-западный скоростной диаметр» в Петербурге, обход Одинцово. Поэтому заделы есть и я уверен, что если мы будем уверенно продвигаться в этом направлении, все у нас получится.


КОРР.: В 2014 заканчиваются полномочия ВЭБа по управлению пенсионными средствами так называемых "молчунов". И в последнее время активизировались разговоры о том, что эти полномочия у Внешэкономбанка надо все-таки забрать. Что можете ответить на такие разговоры?


Владимир ДМИТРИЕВ: Я считаю, что мы вполне успешно справляемся с возложенными на нас задачами. Внешэкономбанк, по итогам прошлого года, показал наилучший результат по управлению накопительной частью пенсионных средств. Мы рассчитываем, что в этом году будут запущены первые инфраструктурные облигации, инвестируемые средствами из пенсионных накоплений, объем которых может достигать 200-300 миллиардов рублей. Мы уже инвестировали в корпоративные облигации высоконадежных эмитентов порядка 100 миллиардов рублей. Так что, мы с этой задачей справляемся успешно. Если возникнет структура, которая в состоянии обеспечить столь же эффективную работу, связанную с управлением пенсионными деньгами и использованием пенсионных средств для нужд реальных секторов экономики, разумеется, мы весь свой опыт передадим новой структуре. Но, мне кажется, это как раз тот случай, когда лучшее - враг хорошего, если, вообще, можно представить сейчас лучшее по сравнению с деятельностью Внешэкономбанка в этом направлении.


КОРР.: На форуме очень много говорят о том, что в России нужно улучшать инвестклимат, инвестимидж. Вы входите в рабочую группу по улучшению инвестиционного имиджа в России. Даже здесь, на форуме, разговаривая с иностранными участниками, они признаются, что действительно имидж России скорее негативный, чем позитивный. Что делать в этой ситуации?


Владимир ДМИТРИЕВ: Я думаю, что в этой ситуации нужно прежде всего работать, работать активно, работать так, как работает руководство Калужской области, как работает руководство Татарстана и ряда других субъектов Российской Федерации, которые не нанимают иностранных консультантов, а открыты для иностранных инвестиций и своим собственным примером, примером привлекательности инвестиционного климата в данных регионах, демонстрируют возможность привлечения как иностранных, так и российских инвестиций. Поэтому надо, во-первых, работать, во-вторых, работать надо над собой. Инвестор никогда не пойдет в регион, если руководство региона не заинтересовано в этом и не знает, как это делать. Пример, который я привел, говорит не только о том, что создается привлекательный инвестиционный климат, но и о том, что создается он руками руководства региона. Руководство региона знает иностранные языки, не гнушается тем, что проходит соответствующее обучение, регулярно работает с инвесторами и мобильный телефон руководства регионов известен всем тем, кто хочет инвестировать в этот регион. Вот пример того, как надо работать с инвесторами. В этом смысле и Внешэкономбанк, и структуры Внешэкономбанка готовы содействовать тому, чтобы тем регионам, которые нуждаются в соответствующей помощи и поддержке, такую помощь и поддержку оказывать.


КОРР.: На форуме также очень много говорят о так называемой "зеленой экономике". Как один из примеров, ситуация вокруг Байкальского комбината - БЦБК. Внешэкономбанк стал контролирующим кредитором предприятия, выкупив у Альфа -банка долги. Между тем, "зеленые", экологи говорят, что комбинат нужно срочно закрывать, что он очень вредный для окружающей среды. Будете закрывать?


Владимир ДМИТРИЕВ: Безусловно, все, я думаю, и региональные власти, и специалисты, и федеральные власти склоняются к тому, что предприятие, да и, вообще, жизненный уклад этого моногорода надо перепрофилировать. Нет в мире технологий, которые бы обеспечивали замкнутый цикл без нанесения ущерба для окружающей среды. Разумеется, речь не идет о том, чтобы предприятие было закрыто немедленно, ведь шламовые отстойники и очистные сооружения - все это работает при действующем комбинате. Поэтому надо инвестировать приличные деньги для того, чтобы без ущерба для окружающей среды предприятие закрыть и эту зону перепрофилировать.


КОРР.: Вы будете инвестировать?


Владимир ДМИТРИЕВ: А перепрофилирование как раз и связано с тем, чтобы максимально использовать чистейшую воду Байкала, максимально использовать экологическую чистоту этого региона. И один из проектов, но все проекты именно в этом направлении мыслятся, - это создание туристической рекреационной зоны, использование байкальской воды для розлива и продажи, по сути дела, дистиллированной воды, с добавлением соответствующих минералов. Это привлечение иностранных туристов в зону Байкала, естественно, при создании там особой экономической зоны туристического рекреационного направления. То есть, планы есть. Мы, разумеется, с учетом профильности для нас такого направления работы, готовы инвестировать в эти проекты, но, опираясь при этом на поддержку государства.


КОРР.: Владимир Александрович, спасибо вам большое за интервью.


Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.


 


 


 

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24"

29 декабря 2012 года
#Публикации
Назад

 


Телеканал "Россия 24",
29.12.2012, 16:41


ВЕДУЩИЙ: Каковы результаты управления накопительной частью пенсии, как развивается инвестиционный климат на Дальнем Востоке, сколько продлится программа стимулирования ипотечного кредитования, как идет поддержка автопрома и других отраслей? На эти и другие вопросы в эксклюзивном предновогоднем интервью нашему телеканалу рассказал глава Внешэкономбанка Владимир Дмитриев.


Интервью


Ведущая Эвелина Закамская


ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, здравствуйте.


Владимир ДМИТРИЕВ, председатель Внешэкономбанка: Добрый день.


ВЕДУЩИЙ: Сфера интересов Внешэкономбанка - это вся экономика России. Практически все секторы, все отрасли экономики. Что показал уходящий год? Какие направления были в приоритете? И сколько проектов вам удалось профинансировать?


Владимир ДМИТРИЕВ: Приоритеты нашей политики определяются и законом, и Меморандумом о финансовой политике Внешэкономбанка. И перечень приоритетных направлений постоянно растет. Совсем недавно были внесены новые изменения, касающиеся кредитования среднего бизнеса, и прежде всего проектов в монопрофильных образованиях, моногородах, где порог кредитования снижен до полумиллиарда рублей при условии, что проект составляет не менее одного миллиарда рублей. В то время как мы кредитуем проекты размером не менее двух миллиардов рублей, и собственное участие банка составляет миллиард рублей. Для нас по-прежнему приоритетным остается, конечно же, инфраструктура во всех ее ипостасях: транспортная, энергетическая, коммунальная, социальная. Причем, целый ряд этих проектов уже реализуется на принципах государственно-частного партнерства. Другим направлением остается машиностроение, транспортная, авиационная промышленность. Мы активно финансируем российские автопредприятия. Это и Ford Sollers, и АвтоВАЗ, и КАМАЗ. Вы знаете, что в этом году буквально на одном из последних заседаний Наблюдательного совета была утверждена программа поддержки инвестиционной деятельности АвтоВАЗа в объеме 60 миллиардов рублей. Мы активно работаем с крупными предприятиями авиапрома. Это и "Сухой", и "Иркут", и Комсомольск-на-Амуре. Причем важно, что мы поддерживаем целый ряд направлений еще на стадии научно-исследовательских и конструкторских работ. Так было с современным военным самолетом "Сухой" Су-35. Мы поддерживаем российский гражданский авиапром. И важно, что мы приступили к комплексной поддержке экспорта российской авиационной продукции за рубеж. Для нас исключительное значение с точки зрения приоритетных направлений нашей деятельности имеет комплексное развитие территорий, создание территориально-производственных кластеров. Мы вносим весомый вклад в развитие сельского хозяйства. Вот, пожалуй, ключевые направления нашей деятельности, если при этом еще иметь в виду, что через наш дочерний банк, Банк поддержки среднего и малого предпринимательства, мы реализуем масштабную программу поддержки малого и среднего бизнеса в нашей стране.


ВЕДУЩИЙ: Инфраструктурные проекты должны развиваться с помощью длинных денег. Это за последние годы стало уже аксиомой. А длинных денег в экономике России и так мало, а станет еще меньше в силу того, что государство приняло решение сократить отчисления в накопительную часть пенсии. Что это означает для Внешэкономбанка?


Владимир ДМИТРИЕВ: Внешэкономбанк является, помимо всего прочего, и государственной управляющей компанией по управлению накопительной частью пенсионных средств. У нас сейчас под управлением находится почти полтора триллиона рублей. К сожалению, шестьдесят процентов этих средств размещены в государственные ценные бумаги. И лишь 17 процентов работает на реальную экономику, имею в виду вложения в облигации российских эмитентов. Да и собственно и этих эмитентов не так много. И часть средств, процентов 15, размещена на депозитах в российских банках. Можно говорить о том, что эти деньги тоже работают на экономику, пусть это короткие деньги, мы выдаем их банкам на год, но так или иначе они идут в экономику нашей страны. То обстоятельство, что большая часть средств находится в государственных ценных бумагах и, разумеется, из-за волатильности рынка невозможно их реализовать с хорошей доходностью и направить деньги в реальный сектор, конечно, ограничивает нас в нашем маневре. Но, с другой стороны, даже имеющийся у нас свободный ликвидный ресурс мы можем вполне уверенно вкладывать в облигации российских эмитентов. Мы понимаем и осознаем, что изменения взносов в накопительную часть с шести до двух процентов серьезным образом повлияет на объем ресурсов, которые Внешэкономбанк, да и негосударственные пенсионные фонды и управляющие компании, смогут вкладывать в реальные сектора экономики. Мы рассчитываем, что вектор в принятии решений будет формироваться, в том числе, и в пользу формирования длинного рублевого ресурса, который пойдет в реальный сектор экономики. Но и мы намерены серьезным образом, работая вместе с негосударственными пенсионными фондами, воздействовать на ментальность нашего населения. Люди должны понимать, что вложенные в шестипроцентную часть накопительные средства идут в реальные сектора экономики.


ВЕДУЩИЙ: Помочь россиянам принять правильное решение могут обнадеживающие результаты управления пенсионными средствами. Какие результаты показывает Внешэкономбанк?


Владимир ДМИТРИЕВ: Внешэкономбанк показывает устойчивые результаты, выше инфляции. Мы не столь волатильны как негосударственные пенсионные фонды и управляющие компании. Мы все-таки, имея консервативный подход к формированию нашего инвестиционного портфеля, и имея большую часть вложений в государственные ценные бумаги, демонстрируем устойчивый, выше инфляции, показатель. За девять месяцев этого года по расширенному инвестиционному портфелю показатель доходности составил 8,2 процента. Причем и по портфелю, который сформирован из государственных ценных бумаг, у нас показатель выше инфляционных. То есть в целом, если говорить о сохранности пенсионных средств, в последние годы мы работаем выше инфляции.


ВЕДУЩИЙ: В 2012 году государство признало, что Дальний Восток необходимо развивать в самое короткое время и самыми интенсивными темпами, а Внешэкономбанк будет принимать, уже принимает в этом активное участие. Вы одобрили создание агропарков на Дальнем Востоке, вы намерены поддерживать инфраструктурные проекты. Кроме того, что это нужные инвестиции, можно ли их назвать перспективными? Есть ли к ним интерес со стороны других инвесторов кроме Внешэкономбанка, который это делать обязан?


Владимир ДМИТРИЕВ: Я не знаю показатели других банков. Знаю, что они активно работают на Дальнем Востоке. Мы на Дальнем Востоке уже реализуем проекты объемом порядка девяносто миллиардов рублей при участии Внешэкономбанка более чем пятьдесят миллиардов рублей в этих проектах. Естественно, Дальний Восток привлекателен. Но для того, чтобы обеспечить эту инвестиционную привлекательность для российских и иностранных инвесторов, партнеры российских коммерческих банков должны понимать, что их риски разделяет государство, либо снижает эти риски. А эти риски можно снизить лишь за счет того, чтобы обеспечивать инфраструктурой, создавать нормальные инвестиционные условия, в том числе и социального порядка. В этом смысле формирование соответствующих институциональных предпосылок для инвесторов имеет исключительное значение. Я говорю о Фонде развития Дальнего Востока и Забайкалья, который мы создали в конце прошлого года и который уже развернул свою работу. Я говорю о Российском фонде прямых инвестиций. И если принимая решение о создании Фонда развития Дальнего Востока и Забайкалья мы исходили из того, что его капитал будет сформирован в размере 500 миллионов рублей, а Внешэкономбанк за счет кредитных ресурсов будет предоставлять субординированные кредиты в размере 70 миллиардов рублей, таким образом привлекая российские коммерческие банки к инвестпроектам в этом регионе и обеспечивая в общей сложности ресурсы порядка 900 миллиардов рублей, то сейчас ситуация кардинальным образом поменялась. Принято решение, и вот мы буквально сегодня ожидаем поступления средств из Министерства финансов в размере 15 миллиардов рублей в капитал банка, которые пойдут на капитализацию Фонда развития Дальнего Востока и Забайкалья. Работаем с иностранными инвесторами. И, кстати, Российский фонд прямых инвестиций, именно ориентируясь на проекты на Дальнем Востоке и Забайкалье, сформировал совместный с Китайской инвестиционной корпорацией фонд в размере двух миллиардов долларов, который будет использоваться для капитализации российских компаний в этом регионе. Так что, ситуация динамично и позитивно развивается.


ВЕДУЩИЙ: Еще одна российская беда - это квартирный вопрос пресловутый. Будет ли продлена государственная программа ипотечного кредитования, которую поддерживал Внешэкономбанк, поскольку не все банки успевают выполнить условия Внешэкономбанка и получить доступ к льготному финансированию?


Владимир ДМИТРИЕВ: Это действительно так, вы хорошо информированы. Программа развивается. И у нас нет и очевидно не будет другого выхода, кроме как продлить ее реализацию. Потому что, во-первых, из 50 миллиардов рублей, которые выделены на выкуп облигаций и выдачу кредитов населению, порядка 80 процентов уже прокредитовано. Но из 11 банков, которые включены в эту программу, лишь один банк ВТБ-24 и АИЖК смогли выпустить ипотечные облигации и таким образом секьюритизировать выданный кредит. В чем проблема? Проблема в регистрации прав собственности на новое жилье.


Проблема в формировании пула однородных кредитов. Проблема в оформлении прав собственности на жилье, которое строится за счет, в рамках этой программы и которое потом, собственно, становится объектом обеспечения выпускаемых облигаций. Поэтому мы рассчитываем, что таким ударным годом станет 2013-й, и, соответственно, программу, очевидно, придется продлевать еще на год. Но она работает, она работает уверенно, и даже если, скажем, мы, имея средства, не направляем их на выкуп облигаций, мы, тем не менее, предоставляем льготные кредиты коммерческим банкам, которые включены в эту программу, за счет средств Внешэкономбанка в том числе. Вы помните, в 2009 году, когда Внешэкономбанк получил 175 миллиардов рублей на депозит из Фонда национального благосостояния для поддержания российского фондового рынка, мы получили премию в размере 100 миллиардов рублей. И порой слышу разговоры о том, что "ну зачем Внешэкономбанку средства ФНБ давать? - он неплохо заработал". А средства ФНБ предназначаются совершенно для других целей. Да, мы заработали, но при этом из 100 миллиардов рублей 50 миллиардов мы используем на ту самую ипотечную программу, предоставляя ресурсы под 3 процента годовых. Таких ставок на российском рынке нет. 50 миллиардов. А 30 миллиардов были направлены на капитализацию Агентства по страхованию экспортных кредитов и инвестиций. Остальные деньги пошли на развитие программ поддержки малого и среднего предпринимательства. Я думаю, что в этом смысле уместно говорить о том, что не банк заработал, а государство заработало на профессионализме сотрудников банка, которые смогли, в общем-то, в достаточно неустойчивой ситуации на фондовом рынке заработать приличные деньги и направить их на реализацию приоритетных для государства задач.


ВЕДУЩИЙ: Спасибо! Желаю вам успехов!


Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо, Эвелина! Всего доброго вам!


 


 

Назад

Александр Иванов: ВЭБ запускает финансирование экспорта SUKHOI SUPERJET-100

13 декабря 2012 года
#Публикации
Назад

ПРАЙМ, Москва,
13 декабря 2012 12:37:00


 


Россия вступает в конкурентную борьбу на глобальном рынке гражданских самолетов. Внешэкономбанк готов профинансировать по льготной ставке экспорт первых шести машин в Индию и Лаос. О программе госкорпорации по поддержке экспорта российской высокотехнологичной продукции в интервью агентству "Прайм" рассказал заместитель председателя ВЭБа Александр Иванов. Беседовала Елена Федорова.



Вопрос: В чем суть программы Внешэкономбанка по поддержке поставок российской высокотехнологичной продукции на внешние рынки?


Ответ: Основная идея – это оптимизировать механизм поддержки экспорта высокотехнологичной продукции: сократить сроки рассмотрения заявок, обеспечить конкурентоспособную ставку для экспортера, скоординировать работу всех участников группы ВЭБа.


На заседании наблюдательного совета 29 октября этого года был одобрен механизм взаимодействия участников группы Внешэкономбанка при кредитовании высокотехнологичного экспорта. Сейчас мы вместе с ЭКСАРом заканчиваем составление регламента работы по этой программе. Напомню, что в группе, помимо самого ВЭБа, еще три компании, задействованные в поддержке экспорта – это страховое агентство ЭКСАР, Росэксимбанк (банк-агент, осуществляющий государственную гарантийную поддержку экспорта) и "ВЭБ - лизинг" (специализированная лизинговая компания). Их работу необходимо скоординировать. И наша главная цель - дать экспортеру понимание того, что с момента, когда он подал заявку на поддержку экспорта с приложением всех необходимых документов, максимальный срок ее рассмотрения и принятия решения составит 3 месяца. Такое поручение нам дал министр экономики Андрей Рэмович Белоусов, поскольку рынок экспортных поставок высококонкурентен, контракты уходят моментально.


Вопрос: А каковы функции Росэксимбанка и "ВЭБ-лизинга"?


Ответ: Росэксимбанк является агентом Минфина по предоставлению госгарантий в рамках действующей государственной поддержки экспорта. Госгарантии могут предоставляться в том числе и по кредитам, в качестве заемщиков по которым выступают покупатели российской продукции с повышенным уровнем риска (например, 6 и 7 группы по классификации ОЭСР). Сейчас, на переходный период, Росэксимбанк способен такие риски закрыть. Гарантии могут предоставляться финансирующим банкам – ВЭБу или синдикату банков.


Есть ряд вопросов по этому инструменту в связи со вступлением России в ВТО. Нет единого мнения, могут ли госгарантии дальше использоваться, потому что сейчас они бесплатны. А по нормам ОЭСР, гарантии экспортерам бесплатными быть не могут. Может быть, эта система будет пересмотрена, но на данный момент действует переходный период.


"ВЭБ-лизинг" выступает оператором в лизинговых схемах. Например, при продаже воздушных судов Sukhoi Superjet-100 используются по большей части кредитно-лизинговые схемы, и "ВЭБ-лизинг" в этом случае структурирует лизинговую часть сделки – передает самолеты в лизинг, создает SPV в различных юрисдикциях.


Вопрос: Какие возможности и инструменты есть у Внешэкономбанка и его дочерних организаций для финансовой поддержки экспорта высокотехнологичной продукции?


Ответ: На первом этапе мы разрабатываем механизм так называемого "кредита покупателю". Это одна из самых "продвинутых" и сложных форм финансирования экспорта, когда нерезидент-покупатель российской продукции либо его банк обращается к нам за кредитом на поставку того же Superjet. Мы рассматриваем заявку, оцениваем риски, предоставляем кредит покупателю, а ЭКСАР страхует соответствующие риски. По предпринимательским рискам они могут страховать до 90% от суммы кредита, по политическим рискам – до 95%. А Внешэкономбанк готов предоставлять до 85% от стоимости экспортного контракта в виде кредита. Оставшиеся 15% должны быть профинансированы заемщиком из других источников, в основном за счет собственных средств. Это требование ОЭСР. Рано или поздно Россия вступит в эту организацию. При разработке своих инструментов мы сразу ориентируемся на опыт стран ОЭСР, на ВТО.


У нас уже есть успешные примеры предоставления "кредита покупателю". Единого стандарта пока нет, хотя порядок мы уже фактически разработали и вскоре утвердим его на правлении. Дальше будем другие продукты разрабатывать. Это могут быть и кредиты продавцу, и кредиты банку покупателя, и различного рода аккредитивные, гарантийные операции.


Вопрос: Не будет ли ВЭБ пересекаться с аналогичной программой Сбербанка?


Ответ: Внешэкономбанк в силу своего меморандума все-таки больше ориентирован на те проекты, которые коммерческие банки по разным причинам не готовы принимать к финансированию. Как правило, это проекты с длительными сроками окупаемости либо с повышенными рисками. Сбербанк и другие коммерческие банки правильно делают, что развивают это направление финансирования экспорта. Они должны взаимодействовать с тем же ЭКСАРом, получать от него страховое покрытие по кредитам, но на начальном этапе или в проектах с высоким уровнем риска эти банки, ориентированные в первую очередь на прибыль, вряд ли пойдут в такие проекты. Задача ВЭБа – запустить этот механизм на начальном этапе, дать импульс, а дальше, если коммерческие банки будут готовы нас замещать, то мы это будем только приветствовать.


Вопрос: ВЭБ готов предоставить иностранным покупателям Sukhoi Superjet-100 кредиты на 2,5 миллиарда долларов. Каким образом будет организовано финансирование международных продаж этих российских самолетов?


Ответ: Решением набсовета 29 октября текущего года было определено, что Внешэкономбанк откроет кредитные линии иностранным покупателям самолетов Sukhoi Superjet-100 с общим лимитом выдачи в 2,5 миллиарда долларов сроком до 12 лет. В решении набсовета зафиксирована максимальная ставка, которую имеет на выходе заемщик, с учетом как маржи ВЭБа, так и страховой премии ЭКСАРа. При этом каждая конкретная сделка в рамках этого лимита будет рассматриваться органами управления Внешэкономбанка и ЭКСАРа, будет предлагаться соответствующая структура сделки, в первую очередь кредитно-лизинговая схема, которая позволит минимизировать риски. Необходимо отметить, что указанное решение наблюдательного совета не предполагает автоматизма в принятии решений и Внешэкономбанк может отказать заемщику в финансировании в случае повышенного уровня риска по конкретной сделке.


ЭКСАР заключило соглашение о сотрудничестве со страховыми агентствами Франции и Италии Coface и SACE. В проекте Sukhoi Superjet-100 по трети приходится на Францию, Италию и Россию. Как только ЭКСАР получит суверенный рейтинг и встанет наравне с этими европейскими агентствами, большинство сделок будут структурированы таким образом: синдикат трех агентств Coface, SACE и ЭКСАР будет предоставлять соответствующее страховое покрытие, а синдикат банков – российских, включая ВЭБ, и иностранных – будет предоставлять соответствующее финансирование покупателям самолетов Sukhoi Superjet-100.


ВЭБ ни в коем случае не претендует на то, чтобы полностью закрыть потребности в финансировании, мы просто не сможем физически это сделать. Но в синдикате условия должны быть одинаковые, то есть российские банки должны будут предоставить те же условия, что и французские банки. С итальянцами это не сложно сделать, потому что стоимость заимствований итальянского государства выше, чем у российского, но с французскими банками сложнее будет сбалансировать условия.


И все же для банков будет интересно финансировать экспорт, поскольку полис ЭКСАР, например, позволит не создавать резервы под эти кредиты.


По информации ГСС, в их планах до 2025 года произвести свыше 800 воздушных судов. Естественно, значительная часть из них пойдет на экспорт. И экспорт планируется осуществлять в страны Европы, СНГ, Азии и Латинской Америки, то есть по всему миру.


Вопрос: Как долго Внешэкономбанк будет предоставлять кредиты по льготной ставке в рамках лимита в 2,5 миллиарда долларов на поставку 11 самолетов? 


Ответ: Пока действует решение набсовета, ставка синдкредита будет не выше 6,5%. Такая ставка была установлена, потому что банки основных конкурентов Superjet – Embraer и Bombardier – предоставляют кредиты на аналогичных условиях для стран с большим уровнем риска.


Сейчас стоимость привлечения ресурсов ВЭБом соответствует ставке купона размещенного летом выпуска 10-летних еврооблигаций, составляющей 6,025% годовых, то есть наша маржа минимальна. ВЭБ действует на принципах безубыточности, не располагает ресурсами на поддержку экспорта от государства, все средства мы привлекаем на рынке. То есть, имеем рыночный пассив и вроде как не совсем рыночный актив.


Набсовету все это было доложено и было принято следующее решение: схема с финансированием по ставке не выше 6,5% за счет собственных средств ВЭБа ограничена либо 11 самолетами, либо концом 2013 года.


Вопрос: Какой механизм поддержки экспорта Sukhoi Superjet-100 будет действовать в дальнейшем?


Ответ: В настоящее время в правительство РФ направлен на утверждение проект постановления и правил предоставления Внешэкономбанку субсидии на возмещение части затрат, возникающих в связи с предоставлением Внешэкономбанком кредитных средств по кредитным договорам иностранным покупателям на приобретение высокотехнологичной продукции, производимой на территории России, а также оплату включенных в указанные договоры сопутствующих работ и услуг. В первую очередь указанное выше постановление и правила будут касаться субсидирования проектов, связанных с финансированием международных продаж воздушных судов Sukhoi Superjet-100.


Вопрос: Можете рассказать о конкретных заявках на организацию финансирования поставок иностранцам самолетов Sukhoi Superjet-100?


Ответ: У нас есть ряд заявок. Например, мы получили заявку на финансирование поставки трех воздушных судов Sukhoi Superjet-100 в Республику Индонезия. Их планирует приобрести индонезийская авиакомпания PТ SkyAviation. Будет применяться кредитно-лизинговая схема с использованием специальной лизинговой компании в юрисдикции Швейцарии для передачи судов в операционный лизинг авиакомпании PTSkyAviation. Речь идет о кредитной линии Внешэкономбанка этой лизинговой компании сроком на 10 лет. Предполагается участие ЭКСАРа в этой схеме в отношении страхования части обязательств PTSkyAviation по договору лизинга.


Использование кредитно-лизинговых схем в такого рода сделках соответствует мировой практике. Поскольку основным залогом является воздушное судно, важно оставить его в собственности у подконтрольной Внешэкономбанку компании. Заемщик не получает в собственность судно, пока он не погасит все лизинговые платежи. Таким образом, если вдруг возникает дефолт и заемщик не сможет обслуживать обязательства по кредиту, воздушное судно просто будет изыматься и реализовываться на рынке. Основная проблема - отсутствие в настоящее время рынка Sukhoi Superjet-100, поэтому его проблематично будет продать. Соответственно, важна роль Внешэкономбанка, который принимает на себя этот риск, поддерживая отечественного производителя. Надеемся, что со временем будет создан рынок этих самолетов, тогда коммерческие банки будут более охотно участвовать в подобного рода сделках.


У нас есть еще одна заявка: мы сейчас рассматриваем возможность финансирования поставки трех судов Sukhoi Superjet-100 в Лаос, где их будет эксплуатировать лаосская авиакомпания LaoCentralAirlinesPublicCompany.


Эти две заявки находятся в глубокой степени проработки – полным ходом идет экспертиза. Есть ряд заявок и на самом раннем этапе.


Вопрос: Рассматривает ли ВЭБ заявки от иностранных партнеров на финансирование поставок других российских самолетов?


Ответ: Мы не ограничиваемся "Суперджетом", мы готовы поддержать любого российского производителя авиатехники. В Индонезии мы недавно выиграли тендер министерства финансов на финансирование поставки 6 истребителей Су-30МК2 российского производства для Министерства обороны Индонезии. ВЭБ будет финансировать поставки - кредитная линия на срок до 7 лет. Помимо самолетов, что очень важно, туда войдут и поставки оборудования, программы по обучению пилотов. Тендер мы выиграли, сейчас практически уже финализировали кредитное соглашение, в ближайшее время направим в Минфин Индонезии.


Это знаковая сделка, потому что здесь без каких-либо госгарантий мы финансируем Республику Индонезия. Эта страна по кредитному рейтингу находится на уровне России, а экономика там растет быстрее. Мы считаем, что это первоклассный заемщик – из всех стран, которые покупают нашу авиатехнику, наверное, лучший с точки зрения кредитоспособности.


Других заявок от иностранных государств в активной проработке нет. Конечно, к нам приходили с заявками и на другие самолеты – Ан-158, Ан-148. Мы рассматриваем их, но это ранняя стадия.


Вопрос: Какие машины Вы считаете наиболее перспективными с точки зрения экспорта?


Ответ: Безусловно, МС-21. Уже есть предварительные соглашения о намерениях по покупке этого самолета. Он должен заменить выходящие из эксплуатации самолеты в России и в других странах – в той же Индонезии.


Я уверен, что Внешэкономбанк будет готов поддерживать этот продукт ОАК. Конечно, финальное решение - за нашим наблюдательным советом, за правительством.


Вопрос: Имея дочерние банки в Белоруссии и на Украине, как в настоящее время ВЭБ поддерживает отечественных экспортеров продукции в эти государства? Предусмотрена ли поддержка экспорта высокотехнологичной продукции в эти государства в вашей общей программе?


Ответ: Это очень важные страны с точки зрения интеграции, поэтому в свое время было принято решение о приобретении двух банков – Белвнешэкономбанка и Проминвестбанка. Цель нашего присутствия там – это содействие внешней торговле, содействие интеграции и продвижению интересов российского бизнеса, в основном в форме экспорта и инвестиций.


Напомню, что правительства России и Белоруссии в ноябре 2011 года подписали соглашение о предоставлении государственного экспортного кредита в объеме до 10 миллиардов долларов для строительства атомной электростанции на территории Белоруссии. ВЭБ выступает здесь агентом Минфина России – кредит на строительство пойдет через нас.


Одновременно Минфин Белоруссии запросил во Внешэкономбанке кредит на финансирование авансовых платежей по этому проекту – до 500 миллионов долларов сроком до 10 лет. Мы рассмотрели кредитную заявку и, учитывая огромную значимость этого проекта для России, приняли положительное решение. Схема выглядит следующим образом: мы финансируем сделку вместе с Росэксимбанком. Доля ВЭБа составляет 460 миллионов долларов, Росэксимбанка – 40 миллионов долларов. Планируется предоставить госгарантию как обеспечение по этому кредиту, этим занимается Росэксимбанк. А расчеты по этому кредиту и мониторинг проекта будут осуществляться через наш дочерний банк в Белоруссии - БелВЭБ.


У нас в проработке есть аналогичная сделка на Украине. Два российских производителя – Новочеркасский электровозостроительный завод и "Уральские локомотивы" - планируют поставлять локомотивы Украинским железным дорогам. Здесь сделка находится в середине рассмотрения, потому что к поставке предполагается очень большой объем локомотивов, кроме того, это большая сумма и есть определенные страновые риски. Мы сейчас пытаемся предложить оптимальную структуру сделки, чтобы минимизировать эти риски. В частности, рассматривается возможность обращения в ЭКСАР с предложением проработать вариант участия в этом проекте. По этой сделке основным расчетным банком и залоговым агентом будет наш дочерний Проминвестбанк. И, кроме того, будет задействован "ВЭБ-лизинг".


Вопрос: Можете назвать предполагаемые объемы поставок и сумму кредитной заявки?


Ответ: Планируемая сумма лимита финансирования по проекту составляет до 2,2 миллиарда долларов. Конечно, не единовременно, а траншами – в зависимости от поставки. Речь идет о поставке 350 локомотивов, плюс опцион еще на 50. Поставка растянута на 5 лет.


Эта сделка обсуждалась летом на встрече премьер-министров, у ВЭБа есть определенные поручения, но директивных указаний нет. Мы финансируем возвратные проекты, мы гранты не выдаем.


Вопрос: Какие проекты поддержки высокотехнологичного экспорта рассматриваются помимо финансирования продаж Sukhoi Superjet-100?


Ответ: У нас в начальной стадии есть ряд сделок по продвижению экспорта высокотехнологичных услуг, в частности, коммерциализация проекта ГЛОНАСС. Есть ряд зарубежных заказчиков, которые готовы использовать услуги ГЛОНАСС – как навигации, так и сопряженных услуг по геопозиционированию, по мониторингу грузов и так далее. Российская компания и потенциальные заказчики находятся в самом начале переговоров, но мы уже в этот процесс вовлечены – рассматриваем платежные статьи предполагаемых контрактов. Если они будут подписаны, то ВЭБ подключится и будет готов рассматривать возможности предоставления финансирования. Речь идет о заказчиках из стран СНГ.


Кроме того, мы активно работаем с рядом крупных российских компаний – как из обрабатывающих отраслей, так и сырьевых – по африканским странам. Речь идет о доступе к источникам сырья, и в целом о поддержке деятельности российских компаний на африканском континенте. Внешэкономбанк создал около двух лет назад Координационный комитет по сотрудничеству к югу от Сахары, туда вошли известные российские компании.


Сейчас мы рассматриваем возможность создания специального фонда, который будет оказывать финансовую поддержку российским компаниям на африканском континенте. Внутренних решений пока нет, но у нас есть поручение правительства эту тему проработать. Концепцию такого фонда мы планируем начать разрабатывать.


ВЭБ может профинансировать определенную долю в этом фонде, но мы не будем единственным его участником. Мы ведем переговоры с рядом крупных российских банков, у которых клиенты в этом регионе, и с крупными российскими компаниями.


Объем фонда пока не готов назвать. Продукты – вхождение в акционерный капитал с небольшой долей, возможно, долговое финансирование, возможно, привлечение локальных инвесторов, поиск и отбор потенциальных проектов, мониторинг, работа с соответствующими госорганами. Перечень может быть расширен после обсуждения в правительстве. 


Вопрос: ВЭБ привлекает средства для своих программ на рынке, в том числе, в форме синдицированных кредитов. В какой стадии находится привлечение синдкредита на 800 миллионов долларов? Будете ли рефинансировать синдкредит на 2,45 миллиарда евро?


Ответ: Синдицированный кредит на 800-850 миллионов долларов мы привлекаем, чтобы рефинансировать истекающий кредит на 700 миллионов долларов и 100 миллионов евро, который мы привлекали в 2010 году. Мы находимся в стадии заключительной подготовки кредитного соглашения, то есть у нас уже есть пул банков, которые готовы нас поддержать. Кредитное соглашение мы планируем подписать до конца этого года. Все идет по графику. Выборка средств - в следующем году, потому что кредит, который мы рефинансируем, истекает сразу после январских праздников. Буквально день в день мы заместим его новым кредитом, но на лучших условиях, поскольку прежний кредит был привлечен на фоне посткризисных явлений.


Большой кредит на 2,45 миллиарда евро, который мы привлекли в апреле 2011 года на рекордных для российского рынка условиях, истекает в 2014 году. Конечно, у нас в планах его рефинансирование, но все будет зависеть от ситуации на рынках. ВЭБ сильно зависит от рынков капитала, и если к моменту погашения этого кредита мы поймем, что, например, синдицированный кредит мы на таких же условиях привлечь не можем или можем, но в меньшем объеме, то остающуюся часть мы заместим каким-то другим инструментом. Это могут быть еврооблигации или внутренние долларовые облигации.


Вопрос: Будут ли двусторонние кредиты до конца года?


Ответ: Из крупных нет. Процесс, естественно, идет – мы каждую неделю кредитные соглашения подписываем, но небольшие. Рынки уже закрываются, в ожидании Рождества.


Вопрос: Сохраняются ли планы евробондов в рублях?


Ответ: Сохраняются, конечно. Сейчас есть определенный спекулятивный спрос на ОФЗ (после получения Euroclear и Clearstream разрешения ФСФР на взаимодействие с центральным депозитарием – ред.). В июне ожидается доступ иностранных инвесторов не только к госбумагам, но и корпоративным облигациям. Поскольку сейчас иностранцы могут входить только в ОФЗ, возникает спекулятивно раздутый спрос: доходность по ОФЗ несколько снижена, а корпоратам и банкам, наоборот, сложнее сейчас получить рублевую ликвидность.


Мы на международные рынки капитала с рублевыми заимствованиями пойдем в том случае, если увидим, что с учетом более высоких расходов на еврооблигации заимствования для нас будут как минимум не дороже, чем на локальном рынке. И второе, мы понимаем, что объем имеет значение. Если объем недостаточен, то затевать все это дело с проспектом, с дорогостоящими юристами просто не имеет смысла, проще на локальном рынке занять.


Когда спекулятивный спрос упадет, когда нерезиденты перестанут покупать ОФЗ в таких объемах и будут смотреть на корпоратов и банки, думаю, условия по рублевым заимствованиям должны улучшиться.



 

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24" (Владивосток - деловой саммит АТЭС)

8 сентября 2012 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
08.09.2012, 06:43


 


ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, здравствуйте. Спасибо, что нашли для нас время. Владимир Александрович, можем ли мы уже подводить итоги делового саммита АТЭС, что он принес Внешэкономбанку?


Владимир ДМИТРИЕВ, Председатель Внешэкономбанка: На нынешний момент итоги подводить еще рано, поскольку предстоят еще деловые встречи и подписание целого ряда соглашений, но, в принципе, предварительные...


ВЕДУЩИЙ: Но вы же уже знаете, что это за соглашения?


Владимир ДМИТРИЕВ: Мы знаем, что мы будем подписывать, мы знаем наших партнеров и, тем более, мы знаем, что мы уже подписали и что мы сделали. Я имею в виду "мы" как Группа Внешэкономбанка. Наверное, впервые мы представлены так широко, поскольку речь не только о ВЭБе собственно, но и о тех структурах, которые созданы совсем недавно и которые в орбите ВЭБа существуют уже несколько лет, - это Банк поддержки малого и среднего предпринимательства, это Российский фонд прямых инвестиций, это наше Агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций и Фонд развития Дальнего Востока и Забайкалья. Все эти структуры активно принимают участие в саммите и подписывают соглашения, встречаются со своими партнерами. Отрадно то, что и сам Внешэкономбанк, и структуры, которые работают в нашей орбите, востребованы с точки зрения взаимодействия с иностранными партнерами.


ВЕДУЩИЙ: Подробнее о соглашениях. Можно назвать ключевые? На какие суммы, с кем, с какими партнерами?


Владимир ДМИТРИЕВ: Важно, что мы подписали соглашения и с конкретными партнерами, готовыми инвестировать в данный регион, и соглашения или меморандумы о взаимодействии, которые, конечно же, будут наполнены конкретным практическим содержанием. Я имею в виду вчерашнее соглашение с "Суммой Капитал" о строительстве на Дальнем Востоке большого терминала по перевалке зерна и соевых продуктов объемом в 10 миллионов тонн, на который мы выйдем вместе с ними к 2017 году. Это большие инвестиции - порядка 8 миллиардов рублей. Мы подписали соглашение с Приморским краем, которое предусматривает поддержку со стороны Внешэкономбанка крупных инвестпроектов, в том числе и в сельском хозяйстве. Это та отрасль, которая недооценена, но, в принципе, имеющая очень хорошие перспективы для развития. Мы подписываем соглашение с нашими малазийскими партнерами по поддержке малого и среднего предпринимательства, обмену опытом в этой сфере. И целый ряд других соглашений по линии и Внешэкономбанка, и наших структур. Российский фонд прямых инвестиций  обнародовал здесь первые проекты, в которые будут инвестированы средства и Российского фонда прямых инвестиций, и созданного вместе с китайской инвестиционной корпорацией совместного фонда (проект в области лесоперерабатывающей промышленности).


ВЕДУЩИЙ: Владимир Александрович, как ВЭБ представлен в АТЭС и каковы особенности работы банка именно в этом регионе?


Владимир ДМИТРИЕВ: Мне представляется, что и сам регион, и та часть России, которая сопряжена с этим регионом, наш Дальневосточный регион, исключительно нуждается в поддержке со стороны институтов развития. И мы сами, и, опираясь на взаимодействие с региональными институтами развития, а это Госбанк развития Китая, это Азиатский Банк развития, это институты развития в конкретных странах, входящих в АТЭС, рассчитываем на приток серьезных инвестиций в российский Дальневосточный регион. И тому подтверждение то соглашение и конкретные проекты, о которых я уже упомянул, имея в виду Российский фонд прямых инвестиций и Китайскую инвестиционную корпорацию, поддержка малого и среднего бизнеса, то есть то, в чем крайне нуждается Дальневосточный регион и Приморский край, в частности.


ВЕДУЩИЙ: Дальний Восток остро нуждается в строительстве новой инфраструктуры, в развитии транспортной инфраструктуры. Известно, что для этого нужны длинные деньги, которых так не хватает России и которые есть у ВЭБа. Возможно ли, что часть пенсионных средств будет направлена на строительство, на инвестирование этих проектов?


Владимир ДМИТРИЕВ: Безусловно, это один из источников, причем весьма существенный с точки зрения длинных и сравнительно дешевых денег. Мы ставим достаточно серьезно и остро вопрос о том, чтобы наша инвестиционная декларация и ряд законодательных нормативов были изменены с тем, чтобы больший объем средств пенсионных накоплений, находящихся под управлением Внешэкономбанка как государственной управляющей компании, были направлены на поддержание и развитие инфраструктуры в регионе и реализацию инфраструктурных проектов. Речь идет прежде всего о выпуске инфраструктурных облигаций. Мы выступили с целым рядом инициатив. Они, к счастью, были поддержаны и Пенсионным фондом, и Министерством финансов. Мы рассчитываем, что и на законодательном уровне, и на уровне соответствующих правительственных нормативных документов наши предложения будут поддержаны и мы будем финансировать инфраструктуру в России и в Дальневосточном регионе, в частности, в больших объемах.


ВЕДУЩИЙ: О каких объемах все-таки может идти речь? Понятно, что все пенсионные средства нельзя взять и перебросить на Дальний Восток.


Владимир ДМИТРИЕВ: Разумеется, это так, но, с другой стороны, у нас под управлением находится более 1,5 триллионов рублей. Из них в корпоративные облигации и на цели поддержания и развития проектов в реальных секторах экономики направлено, наверное, процентов 20, не более того. Конечно, этих сумм недостаточно для того, чтобы говорить о работе пенсионных денег на реальную экономику, причем с доходностью, которая выше инфляции. Мы рассчитываем, что несколько сотен миллиардов рублей вполне реально направить на поддержание и развитие отдельных секторов реальной экономики, но прежде всего инфраструктуры. Я думаю, что первые проекты появятся в сфере взаимодействия Внешэкономбанка и "Российских железных дорог".


ВЕДУЩИЙ: Как вы оцениваете предпринимательскую активность на Дальнем Востоке и потенциал развития программ поддержки малого и среднего бизнеса здесь?


Владимир ДМИТРИЕВ: Как говорится, чего греха таить, конечно же, предпринимательская активность оставляет желать лучшего. И это не потому, что бизнес пассивный, а потому что особенно в таких отдаленных регионах и при той инфраструктуре, о которой мы все прекрасно знаем и, слава Богу, открыто говорим о проблемах в этой сфере, при такой окружающей среде, разумеется, бизнес смотрит на власть. И, разумеется, бизнес и российский, а уж, тем более, иностранный готов идти в проекты реального сектора в Дальневосточном регионе тогда, когда он понимает, что риски, присущие подобного рода регионам, власть делит с ним поровну. И в этом смысле исключительно важным является инициативная позиция власти и тех структур, которые создаются государством, имеется в виду и Инвестиционный фонд, и Внешэкономбанк с его структурами, и Фонд развития Дальнего Востока и Забайкалья, которые должны реально работать и реально демонстрировать, что власть готова нести риски, делить риски с инвесторами и своей собственной активностью поддерживать предпринимательскую и инвестиционную инициативу в этих регионах. На мой взгляд, сейчас складывается вполне комфортная ситуация для инвесторов, и нынешнее АТЭСовское мероприятие тому наглядное подтверждение. Мы вчера провели серьезную и неформальную, инициированную нашим президентом встречу с деловыми кругами. Безусловно, звучал интерес к инвестициям в этот регион. Но одновременно высказывалась мысль о том, что, разумеется, зарубежный бизнес, зарубежные инвесторы готовы вкладывать в этот регион, рисковать вместе с российским государством и структурами, созданными для того, чтобы формировать правильный инвестиционный климат.


ВЕДУЩИЙ: Очень коротко, Владимир Александрович. Планируете ли вы в ближайшей перспективе улучшать условия для ваших партнеров, условия кредитования - удлинять кредиты или снижать процентную ставку, считаете ли вы это сейчас достаточно комфортным?


Владимир ДМИТРИЕВ: Вопрос крайне интересный, коль скоро он адресован Внешэкономбанку как институту развития. Я неоднократно уже говорил об этом и сейчас готов подтвердить, что условия кредитования для наших заемщиков со стороны Внешэкономбанка связаны исключительно с возможностью рынка, поскольку главный, если не единственный, источник фондирования наших операций - это рынок. Если рынок будет меняться в ту или иную сторону, соответственно, будут меняться и условия кредитования. В отличие от многих других институтов развития, где, как, например, в Германии, любые заимствовании у Банка развития опираются на гарантии со стороны государства, или Банк развития Бразилии, который фондируется за счет пенсионных средств по льготным ставкам, мы опираемся исключительно на рынок. Поэтому как бы кто нас не рассматривал, а порой есть искушение нас рассматривать в качестве квазибюджетного источника если не бесплатного, то по крайней мере весьма дешевого, ситуация, к сожалению, для наших заемщиков выглядит иначе. Поэтому будем пересматривать в зависимости от ситуации на рынках и российских, и международных.


ВЕДУЩИЙ: Будем надеяться, что ситуация на рынках будет благоприятствовать вашим заемщикам. Я благодарю вас за это интервью. Желаю успеха.


Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.


 

Назад

Чтобы расширить присутствие России на рынках АТЭС, нужно развивать азиатскую часть страны

28 августа 2012 года
#Публикации
Назад

http://www.interfax.ru/ftproot/textphotos/2012/08/28/vab.jpg" width=300 align=left>Председатель Внешэкономбанка Владимир Дмитриев рассказал "Интерфаксу" о том, как ВЭБ будет представлен на саммите АТЭС-2012 и какие соглашения планирует там заключить


Москва. 28 августа. INTERFAX.RU - Внешэкономбанк выступает одним из организаторов Саммита АТЭС, который состоится в сентябре во Владивостоке. В преддверии саммита "Интерфакс" задал несколько вопросов председателю ВЭБа Владимиру Дмитриеву.



- Как ВЭБ представлен на пространстве АТЭС, и каковы дальнейшие планы банка?



- ВЭБ реализует целый ряд проектов с партнерами из стран АТЭС. Полагаю, что Саммит АТЭС станет важным этапом на пути расширения такого сотрудничества.



В настоящее время ВЭБ задействован в реализации 17 инвестиционных проектов с участием финансовых институтов и компаний из стран АТЭС (Япония, Китай, Южная Корея, США) общей стоимостью свыше $11 млрд.



Задача ВЭБа как банка развития - повышение конкурентоспособности российской экономики, ее диверсификация, стимулирование инвестиционной деятельности. Мы нацелены, прежде всего, на реализацию проектов в России. Это - проекты по развитию инфраструктуры, инноваций, особых экономических зон, защиту окружающей среды.



У ВЭБа высокая репутация на международном уровне, многие институты развития стран, входящих в АТЭС - наши партнеры.



Один из новых механизмов соинвестирования - Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ), "дочка" ВЭБа. Фонд нацелен на реализацию крупных проектов вместе с зарубежными инвесторами, в том числе, из стран АТЭС.



В минувшем октябре РФПИ и Китайская инвестиционная корпорация (суверенный фонд благосостояния с активами $410 млрд) подписали меморандум о намерениях создать Российско-китайский инвестиционный фонд. Фонд создается для осуществления прямых инвестиций преимущественно на территории России и стимулирования экономического развития субъектов федерации, в том числе регионов Дальнего Востока и Забайкальского края. Капитал фонда составит $3-4 млрд.



Приоритетным азиатско-тихоокеанское направление является для недавно созданного агентства ЭКСАР. Уже сейчас на долю стран региона приходится значительная доля совокупных страховых обязательств, принятых агентством, а две из трех самых первых сделок ЭКСАРа по страхованию поставок продукции российского производства были заключены со странами-членами АТЭС - Китаем и Вьетнамом.



- Роль России на рынках АТЭС пока не соответствует ее потенциалу. Что нужно сделать, чтобы изменить ситуацию?



- Один из ключевых факторов расширения присутствия России на рынках АТЭС - экономическое развитие азиатской части страны, прежде всего, Дальнего Востока, Байкальского региона и всей Сибири. Увеличить торговый оборот России с АТЭС, привлечь дополнительные иностранные инвестиции поможет развитие транспортно-логистической инфраструктуры Сибири и Дальнего Востока.



У региона огромный потенциал для создания кластеров экономического развития: обширные запасы полезных ископаемых, разнообразие биоресурсов, квалифицированные кадры, туристическо-рекреационный потенциал. В то же время, несмотря на огромный потенциал, развитие этого макрорегиона - до сих пор нереализованная задача. Есть несколько объективных препятствий: экстремальные природно-климатические условия, отдаленность и труднодоступность территорий, неразвитая инфраструктура, моноотраслевой характер промышленного производства, специфичность условий ведения сельского хозяйства, очаговый характер расселения. Для коренных северных народов традиционные виды природопользования - основа и образ жизни.



ВЭБ активно участвует в процессе развития территорий. Уже сейчас общая стоимость проектов на территории ДФО, в которых участвует банк, превышает 93 млрд рублей, в том числе объем инвестиций ВЭБа - более 57 млрд рублей. Банк реализует проекты в транспортной инфраструктуре, авиастроении, нефтехимической промышленности, деревообработке, авиастроении, туризме.



Для решения основных проблем макрорегиона нами создан специализированный институт развития - ОАО "Фонд развития Дальнего Востока и Байкальского региона". На сегодня фонд провел работу по анализу и систематизации инвестиционных инициатив всех 12-ти регионов, сформировал предварительный перечень инвестпроектов.



К 2015 году кредитный портфель ВЭБа по проектам с участием фонда нарастающим итогом может составить 70 млрд рублей, что предполагает формирование и поддержку банком проектов общей стоимостью более 350 млрд рублей.



Территориально-производственные комплексы - единственная категория инвестпроектов, которая может обеспечивать развитие за счет внебюджетных источников. Для реализации этого подхода нужны соответствующие политические решения.



Важно избежать одностороннего подхода, когда превалирующим становится экспорт ресурсов. Мы отдаем предпочтение проектам, результатом которых станет создание экспортоориентированных производств с высокой степенью переработки и значительной долей добавленной стоимости. В дальнейшем такие производства смогут получить поддержку со стороны Экспортно-страхового агентства (ЭКСАР).



- Может ли АТЭС стать инструментом преобразования растущей экономической роли стран региона в политическую? И есть ли у саммита задачи такого рода?



- С самого начала АТЭС рассматривал себя не как политически сплоченную группировку стран, а как свободную "совокупность экономик". Это означает, что организация отдает приоритет экономическим, а не политическим вопросам. Главная долгосрочная цель организации - углубление внутрирегиональных экономических отношений путем устранения препятствий в торгово-инвестиционном и технологическом взаимодействии. Успешное экономическое развитие и интеграция стран АТЭС неизбежно приведет к тому, что их влияние на мировую экономическую повестку дня будет расти, это естественный процесс, и форсировать его нет необходимости.



Саммит АТЭС по своему географическому охвату и "президентскому" формату - самая представительная и не имеющая аналогов в Азиатско-Тихоокеанском регионе деловая площадка, на которой мировые эксперты ведут многосторонний диалог и взаимодействуют по ключевым вопросам торговли, инвестиций, экономического и технического сотрудничества, а также острейшим общемировым проблемам и вызовам.



При всей внешней мозаичности АТЭС как организации, проистекающей от несопоставимости уровней экономического развития и форм политического устройства стран-членов, это достаточно гомогенная с точки зрения интересов и вектора развития структура. В качестве "общего знаменателя" выступает регионализация, подразумевающая ставку на приоритетное развитие внутрирегионального сотрудничества и интеграции, создание зон свободной торговли и т.п. Это обеспечивает значительное единство взглядов эстеблишмента стран-участниц по ключевым вопросам не только внутрирегионального торгово-инвестиционного взаимодействия, но и мировой экономической повестки. Деловой саммит АТЭС фактически превратился в механизм выработки региональных правил ведения торговли и инвестиционной деятельности, формулирования единых принципов ведения бизнеса, обязательных для всех стран.



Изначально одним из принципов деятельности АТЭС закладывался принцип достижения консенсуса на основе консультаций. Главным движущим стимулом выступают позитивные примеры "соседей", стремление им следовать.



- Какие соглашения в рамках Делового саммита АТЭС-2012 планируют заключить организации, входящие в группу Внешэкономбанка?



- 7 сентября мы планируем заключить соглашение с администрацией Приморского края, предусматривающее долгосрочное сотрудничество в области инвестиционной деятельности. Будем взаимодействовать с регионом в организации финансирования инвестпроектов, в том числе, на условиях ГЧП, разрабатывать схемы их финансирования, сотрудничать в подготовке заключений по проектам, участвовать в организации финансовой поддержки малого и среднего предпринимательства. На данный момент ВЭБ уже финансирует в регионе три инвестпроекта на 12,7 млрд. рублей (участие Внешэкономбанка - 7,6 млрд рублей).



Кроме того, наш дочерний банк - МСП Банк - планирует подписать меморандумы о взаимопонимании с SME Bank Malaysia и с Министерством развития МСП Индонезии.

Назад

«Денег на всех не хватает»

31 июля 2012 года
#Публикации
Назад

Елена Шмелева
"Российская Бизнес-газета"
№ 857 (28), 31.07.2012



Около 40% малых и средних предприятий жалуются на недостаточность финансирования


Международный фонд поддержки предпринимательства должен заработать в первом квартале 2013 года. О целях и задачах новой структуры "РБГ" рассказал член правления - зампред ВЭБа Михаил Копейкин.


 - Что лежит в основе идеи создания фонда?


 - Основная цель фонда - предоставить дополнительные финансовые ресурсы, повысить доступность инвестиционного финансирования в основном для предприятий среднего бизнеса производственного сектора. По данным опросов, около 40% руководителей малых и средних предприятий жалуются на недостаточность финансирования либо на неприемлемость условий, по которым коммерческие банки готовы предоставлять кредиты. Особенно это актуально для производственной сферы, где есть серьезный разрыв между потребностями в инвестиционном финансировании и возможностями залогового обеспечения таких кредитов. При этом усилия государства были в последние годы в основном направлены на развитие малого бизнеса и крупных инфраструктурных проектов. Средний бизнес остался практически без поддержки.


 - Почему возникла такая ситуация?


 - Мы активно финансируем малый бизнес через программу финансовой поддержки малого и среднего предпринимательства (МСП), сейчас объем поддержки вырос до 185 млрд рублей. Но есть нормативное ограничение - максимальный размер кредита по программе составляет 150 млн рублей. А финансирование непосредственно от ВЭБа не может быть меньше одного млрд руб., при этом общий объем проекта не меньше 2 млрд рублей. Таким образом, в нашем инструментарии на данный момент существует определенный пробел, в который попадает как раз средний бизнес. И сейчас мы работаем над тем, чтобы этот пробел ликвидировать, учитывая, что быстрорастущие средние предприятия жизненно важны для экономического развития страны. Они генерируют спрос на инновации, создают новые рынки, имеют хорошую кредитную историю, но им недостаточно средств, чтобы профинансировать те проекты, которые они бы хотели реализовать.


 - Финансирование среднего бизнеса станет приоритетом для фонда?


 - Да, средний бизнес будет основным приоритетом. Фонд будет иметь возможность как прямого финансирования, так и целевого кредитования коммерческих банков. При этом прямое финансирование будет предоставляться только средним производственным предприятиям: в форме долгосрочных инвестиционных кредитов, "мезонинного" финансирования, возможно, участия в капитале. Мы будем поддерживать предприятия реального сектора. Это обрабатывающая промышленность, строительство, транспорт, связь. Спрос на такое финансирование достаточно велик. Мы проводили исследование, которое показало, что МСП производственного сектора нуждаются в дополнительных инвестиционных ресурсах на сумму примерно 900 млрд руб. в год. Значительную часть этого спроса генерируют именно средние предприятия. Может быть, это не так уж и много (общий объем кредитования МСП в прошлом году превысил 6 трлн руб.), но это потребность именно в "длинных" деньгах, которые предприятиям труднее всего привлечь.


 - Будут ли условия финансирования, предлагаемые фондом, отличаться от рыночных?


 - Мы предполагаем, что условия будут рыночными. Этого можно будет достигнуть за счет участия зарубежных институтов развития, у которых стоимость привлечения финансовых ресурсов ниже, чем у нас. Мы рассчитываем, что за счет этого можно будет предоставлять средства на более привлекательных условиях, чем если бы их предоставляли коммерческие банки. Сроки выдачи кредитов будут зависеть от финансового состояния предприятия, его профиля, проекта и выбранной формы финансирования.


 - Вы создаете еще одну структуру - Федеральный гарантийный фонд. Какова цель его создания?


 - Гарантийные механизмы создаются для того, чтобы решить проблему залогового обеспечения кредитов - когда "классического" ликвидного обеспечения, например, в виде недвижимого имущества, недостаточно. Такие механизмы активно применяются в Европе и США. Так, ресурсы европейских гарантийных организаций превышают 20 млрд евро, что обеспечивает покрытие кредитов на сумму около 70 млрд евро. Минэкономразвития за последние годы провело большую работу по созданию региональных гарантийных фондов для МСП. Эти фонды выступают поручителями перед банками, в которых заемщики берут кредит. Эффект только от этой меры очень серьезный. Например, если общий капитал гарантийных фондов по всей России составляет около 30 млрд руб., то гарантий и поручительств было выдано на сумму свыше 130 млрд руб., практически 1 к 4,5. В то же время в региональных гарантийных фондах есть определенные ограничения, так как они, как правило, не могут предоставить гарантии на объемы свыше 100 млн рублей. Поэтому поручительствами пользуются в основном только малые предприятия, а сектор средних предприятий опять проседает.


 Мы полагаем, что Федеральный гарантийный фонд дополнит ту гарантийную систему поддержки МСП, которую создало минэкономразвития, с финансированием не только средних, но и крупных проектов. Кроме того, параллельно с созданием такого фонда мы могли бы выполнять функцию координационного и методологического центра по отношению к системе региональных гарантийных фондов. Это позволило бы скоординировать инструментарий гарантийных фондов с программой финансовой поддержки МСП, внедрить единые стандарты работы фондов и повысить качество поддерживаемых проектов.


 - Каков размер капитала гарантийного фонда?


 - Он будет составлять почти 10 млрд руб. Это позволит выдавать поручительства и гарантии как минимум на 70 млрд руб. Мы предполагаем, что у фонда будут коммерческие банки-партнеры. Предоставление поручительств средним предприятиям - заемщикам банков партнеров - будет приоритетным. Но при этом фонд сможет также предоставлять банкам контргарантии по гарантиям региональных фондов, что позволит повысить их капитализацию.


 - Когда заработает фонд?


 - Принципиальная схема работы федерального гарантийного фонда должна быть подготовлена до конца этого года. Было бы также целесообразно увязать работу федерального и регионального гарантийных фондов с реализуемой программой поддержки предпринимательства. Необходимо также вовлекать банки-партнеры и организации инфраструктуры поддержки в систему предоставления гарантий, сформированную фондами.

Назад

«Мы учимся брать в залог интеллектуальную собственность»

10 июля 2012 года
#Публикации
Назад

 


Интервью директора Департамента инноваций и высоких технологий Внешэкономбанка программе "Проекты развития" (канал "Россия 24")


- Олег Юрьевич, в чем должна состоять роль государства, институтов развития, в том числе Внешэкономбанка, в стимулировании развития фармацевтической отрасли?


- Мы работаем с фармацевтикой достаточно недавно, это для нас новая отрасль, которая была включена в Меморандум о финансовой политике  банка развития всего два года назад, но, тем не менее, мы уже наработали ряд проектов, по которым идет активное взаимодействие. Роль ВЭБа я вижу в том, чтобы финансировать те проекты, которые не могут кредитовать обычные коммерческие банки вследствие достаточно длинных сроков окупаемости, необходимости внедрения новых технологий и пр. Замечу, что мы учимся брать в залоги интеллектуальную собственность -- то, что оценивается в рамках проекта. Это достаточно новая история для российского банковского сектора. Поэтому еще раз подчеркну, что роль институтов развития я вижу в том, чтобы финансировать интересные высокотехнологичные проекты, которые сами по себе носят инновационный характер, но при этом имеют достаточно длительные сроки окупаемости и требуют достаточно низких процентных ставок. Кроме того,  мы участвуем в подготовке технологических платформ совместно с Минэкономразвития, ведем работу по разработке законодательной базы.  


- Какие конкретно проекты реализует Внешэкономбанк в области инновационных биотехнологических и фармацевтических проектов, сколько на них выделяется средств и в чем состоит специфика подхода ВЭБа к финансированию проектов в данной сфере?


- Я бы выделил три основных проекта, которые мы в настоящее время активно развиваем и финансируем.


Первый из них -- это проект «Форт» в Рязанской области, предусматривающий строительство крупнейшего в Европе комбината по производству ряда лекарственных препаратов, в том числе инновационных, в первую очередь вакцин против гриппа и гепатита, причем россйской разработки. Этот проект осуществляется совместно с госкорпорацией «Ростехнологии» в рамках меморандума о взаимодействии, который мы подписали в 2011 году. Пуск завода намечен на 2013 год, стоимость проекта -- больше 4 миллиардов рублей.


Второй проект мы делаем с компанией «Сфера-Фарм» -- это производство диализных  растворов по стандартам GMP в Калужской области. Если раньше все диализные растворы смешивались в аптеках, то сейчас с введением новых требований и стандартов это запрещено, а потребности гигантские: фактически любое медицинское вмешательство связанно с вливанием инфузионных растворов.


Третий проект. Мы договорились с компанией «Биокад» о строительстве второй очереди фармацевтического предприятия по производству препаратов против онкологии в особой экономической зоне «Нойдорф» под Санкт-Петербургом.


В целом я оцениваю потребности отрасли в десятки миллиардов рублей. Нам еще предстоит пройти очень большой путь, поскольку процесс не ограничивается одной только фармацевтикой: нужно и производство медицинской техники (от самой простой до самой сложной), оборудования для протезирования. Есть перспективные проекты, связанные с производством стентов для операций на сердце и т.д. Как я уже говорил выше, для реализации именно таких проектов особенно актуальна роль банка развития, способного предоставить длинные дешевые ресурсы, и не ставящего во главу угла приоритет коммерческой эффективности. Да, каждый из поддерживаемых ВЭБом проектов, как и написано в нашем Меморандуме о финансовой политике, должен быть безубыточным, но при этом мы не стремимся зарабатывать большие проценты, наша деятельность в первую очередь направлена на развитие отрасли.


Хочу отметить, что Стратегия развития ВЭБа до 2015 года предусматривает, что как минимум 20% кредитного портфеля банка будут составлять инвестиционные проекты, связанные с инновационными и высокотехнологичными отраслями. Мы крайне заинтересованы в реализации подобного рода проектов, поскольку помимо коммерческой составляющей они влекут за собой и внедрение отечественных российских технологий, обучение молодых специалистов. Для нас очень важно и приятно, что, имея возможность предоставлять достаточно длинные и дешевые ресурсы, мы стимулируем инновационные проекты. Поэтому мы крайне заинтересованы в том, чтобы инициаторы проектов приходили к нам с подобного рода предложениями.


- На ваш взгляд, к какому сроку можно говорить о достаточной степени импортозамещения в российской фармацевтике и достижения страной сколько-нибудь ощутимого уровня разработки инновационных лекарственных препаратов.


- Процесс уже идет, может быть не такими быстрыми темпами как хотелось бы, но мы его ощущаем, видим своими глазами, как открываются очень хорошие перспективы. Нельзя забывать, что инвестиционный цикл в фармацевтике достаточно длинный: только стадия подготовки любого фармпроекта занимает как минимум год, а стадия финансирования – это еще не менее двух-трех лет. Думаю, что уже к концу десятых годов, где-то, наверное, в районе 2016-17 гг. мы сможем говорить о том, что достигнута достаточная доля импортозамещения, что страна может сама себя обеспечивать лекарственными средствами.


При этом ставится цель не только насытить российский рынок, но и создать для наших партнеров возможности выхода на внешние рынки для строительства заводов, экспорта технологий в других странах – перспективы, открывающиеся, прежде всего, благодарю тому, что отечественные  разработки абсолютно конкурентоспособны и очень высоко ценятся на рынке. И мы надеемся, что с помощью дочерней структуры Внешэкономбанка – Российского агентства по страхованию экспортных кредитов и инвестиций (ЭКСАР) -- сможем реализовать целый ряд проектов. Пока рано их называть, но для нас это очень перспективное и интересное направление.


- Каковы ожидаемые эффекты от реализации проекта, например, есть ли прикидочные оценки, насколько дешевле будут стоить лекарственные препараты «Биокад» по сравнению с зарубежными аналогами?


- Главный эффект -- инновационные лекарственные препараты, которые планирует выпускать «Биокад», будут на порядок дешевле импортных. Вообще говоря, лечение серьезных болезней, той же онкологии, это дорогостоящее дело. Те, кто с этим сталкивался, знают, что один укол может стоить несколько тысяч евро. Ситуация усугубляется, если страна  полностью полагаться на импорт: занимая монопольное положение на рынке, продавцы имеют возможность диктовать свои ценовые условия и устанавливать такие цены, которые зачастую нашим потребителям просто не по карману. Кроме того, поскольку бюджетные средства на закупку жизненно критичных препаратов, то есть лекарственных форм, которые реально поддерживают в человеке жизнь, ограничены, встает вопрос об их квотировании. Разумеется, такая ситуация недопустима. Мы хотим добиться того, чтобы всем людям хватало лекарств по тем ценам, которые они могут себе позволить, поэтому, собственно говоря, мы так нацелены на реализацию подобного рода проектов в фармацевтике. Поэтому при экспертизе инвестпроектов мы самым внимательным образом смотрим на их финансовую составляющую. Судя по финансовой модели, которую мы проработали совместно с компанией «Биокад» по ряду жизненно важных лекарственных средств, цены будут приемлемы для того, чтобы люди могли себе позволить лечить те заболевания, которыми они к несчастью заболели. В среднем данные препараты будут минимум в 2-3 раза дешевле зарубежных, при этом их качество будет уж точно не хуже, а зачастую и лучше, чем их импортных аналогов.

http://www.vesti.ru/videos?vid=429724" target=_blank>

Смотреть эфир программы "Проекты развития" >>>

Назад

"ВЭБ покажет еще более впечатляющие результаты, если не отвлекать его на непрофильную деятельность"

26 июня 2012 года
#Публикации
Назад

Общественно значимые инфраструктурные, промышленные, жилищные проекты финансируются институтами развития во всем мире. Пять лет назад Россия сделала ставку на такие институты, создав, в частности, банк развития на базе Внешэкономбанка СССР. Сегодня реализуются сотни крупных инфраструктурных проектов, проектов модернизации или создания новых импортозамещающих производств на всей территории страны. Большинство их них — при поддержке ВЭБа. Вместе с тем опыт работы банков развития Бразилии, Китая и Германии свидетельствует о том, что возможности Внешэкономбанка как банка развития еще используются не на 100% в силу ряда обстоятельств, рассказал в своей статье специально для "Ъ" председатель Внешэкономбанка ВЛАДИМИР ДМИТРИЕВ.


Логика активов и пассивов


В последние десятилетия банки развития все активнее и плотнее координируют свою деятельность друг с другом, продвигая парадигму устойчивого национального и наднационального развития, проектного финансирования, корпоративной и социальной ответственности. Для этого создаются международные объединения институтов развития, в частности, Международный клуб финансирования развития (International Development Finance Club, IDFC), в деятельности которого Внешэкономбанк принимает активное участие.


Постоянные контакты между банками развития различных стран помогают тщательно изучать наработанный ими опыт. Многое из того, что успешно используется нашими коллегами за рубежом, может быть эффективно применено и в российских реалиях.


Рассмотрим пример бразильского банка развития BNDES. Это ведущий финансовый институт страны, предоставляющий долгосрочное финансирование в рамках стратегических приоритетов правительства. По итогам 2010 года среди банков развития стран БРИКС BNDES занимал второе место (после Банка развития Китая) по размеру активов и капитала. При этом более половины его пассивов сформированы за счет ресурсов двух бразильских государственных фондов — Фонда поддержки трудящихся (FAT) и Объединенного фонда программы социальной интеграции и программы формирования доходов государственных служащих (PIS-PASEP). Источником средств этих фондов являются фиксированные отчисления налогов с фонда оплаты труда, уплачиваемых в бюджет работодателями. Фонды, в свою очередь, размещают значительную часть собранных средств по льготной, ниже рыночной ставке в виде депозитов в BNDES. Срочность таких депозитов составляет 30-40 лет, превышая срок любых рыночных источников фондирования и создавая тем самым базу для стабильной работы банка развития с самыми сложными проектами с длительными сроками окупаемости. Поэтому у BNDES нет проблем фондирования. Так, в 2010 году капитал BNDES был увеличен в 2,5 раза за счет ресурсов государственного бюджета. Ресурсы были выделены для поддержки инвестиционных проектов по Программе ускорения роста (РАС) и Программе устойчивых инвестиций (PSI).


Пример BNDES демонстрирует четкую логику соответствия между его пассивами и активами. Если направления вложения средств классическим банком развития по определению выходят за рамки чисто рыночных проектов, то логично и то, что источники финансирования банка не могут быть чисто рыночными.


Следует отметить, что у Внешэкономбанка подобная логика функционирования в настоящее время несколько нарушена, и он находится в другой ситуации: банк имеет значительную долю чисто рыночных пассивов. После взноса государства в уставный капитал прочих прямых бюджетных или квазибюджетных вливаний, не связанных с конкретными проектами, ВЭБ не получал. Депозиты Центробанка, размещенные в ВЭБе осенью 2008 года для санации Связь-банка и банка "Глобэкс", носят строго целевой характер и являются платными — банк перечисляет по ним ЦБ процентные платежи в размере более 8 млрд руб. в год. 


А вот активы ВЭБа по преимуществу нерыночные — это инвестиции в проекты, обладающие сроками окупаемости, существенно превышающими среднерыночные, зато обладающие высокими общественными эффектами. Во всем мире externalities, общественно значимые эффекты крупных инфраструктурных и хозяйственных проектов, финансируются налогоплательщиками.


В этом смысле Внешэкономбанк создал прецедент: череда успешных привлечений на внешних и внутреннем рынках позволяет банку развития реализовывать свои титульные функции, совмещая, казалось бы, несовместимое. В то же время тревожные сигналы, которые мы получили с рынка в конце 2011 года, свидетельствуют о том, что для обеспечения бесперебойного развития и финансирования инвестиционных проектов ВЭБу крайне важно иметь возможность для маневра. Одну из таких возможностей мы видим в расширении способов инвестирования средств пенсионных накоплений, управляемых ВЭБом как агентом правительства, а также средств Фонда национального благосостояния, о чем говорилось на коллегии Минфина РФ в апреле 2012 года. В частности, представляется целесообразным включить в инвестиционный портфель ВЭБа инфраструктурные облигации. Принципиально важным является строго целевое использование ресурсов, мобилизованных посредством эмиссии последних, а также наделение таких облигаций прямыми гарантиями Минфина.


Связать страну



Одна из наиболее логичных областей применения инфраструктурных облигаций — строительство железных дорог. В этом смысле удачным можно считать пример Китая и Банка развития Китая (БРК), задачей которого является кредитование под низкий процент ключевых объектов инфраструктуры и базовых отраслей экономики. Выбор объектов кредитования определяет Комитет развития и реформ Госсовета КНР. Одним из приоритетов финансирования БРК в последние годы является программа строительства сети высокоскоростных железных дорог, по протяженности которых (около 8 тыс. км) Китай сегодня вышел на первое место в мире. Объем средств, вложенных БРК в создание сети национальных железных дорог, достиг к концу 2010 года $25,7 млрд. Среди возведенных магистралей — трасса Гуанчжоу—Ухань протяженностью 1068 км, средняя коммерческая скорость движения поездов по которой составляет 350 км в час (максимальная — 394 км в час), что существенно превышает скоростные параметры ВСМ-линий в Японии и Франции. Ключевой источник фондирования этих, как, впрочем, и других отраслевых инвестиций БРК,— эмиссия специальных облигаций, так называемых policy banks financial bonds.

В России сегодня также существуют проекты строительства высокоскоростных магистралей, однако практическая их реализация упирается в трудности с привлечением финансирования. Дефицит инвестиционной программы ОАО РЖД только на ближайшие три года оценивается в 400 млрд руб., а схема закрытия этого дефицита путем выпуска инфраструктурных облигаций РЖД с государственными гарантиями не находит поддержки. В настоящее время оценочный объем инвестиций в проект ВСЖМ-1 — дорогу, которая соединила бы Москву и Санкт-Петербург, составляет 500-700 млрд руб., финансирование этого проекта в федеральном бюджете на 2012 и 2013 годы не предусмотрено. По нашему мнению, одним из источников покрытия дефицита финансирования этого проекта мог бы стать выпуск инфраструктурных облигаций.

Скептики утверждают, что в отсутствие прямой и полной государственной гарантии по таким бумагам их инвестиционная привлекательность будет невелика. Однако мировой опыт финансирования инфраструктурных проектов весьма богат. В частности, как представляется, в качестве обеспечения инфраструктурных облигаций вполне может быть задействован такой инструмент, как финансирование за счет налоговых приращений (tax increment finance), полученных в результате реализации проектов.

Потребность российских компаний—инициаторов проектов в финансировании крайне высока и явно превышает сегодняшние возможности Внешэкономбанка. В связи с этим считаем крайне важным максимальную концентрацию всех ресурсов банка на выполнении титульных функций и сокращение объема непрофильной, несвойственной банку развития работы. К сожалению, в настоящий момент мы нередко сталкиваемся с важными и ответственными задачами, которые, безусловно, должны быть выполнены, но которые не в полной мере соответствуют логике банка развития.

Фронтальный охват

В отличие от Внешэкономбанка, у бразильского BNDES практически нет отраслевых ограничений по направлениям вложения средств. Если Меморандум финансовой политики ВЭБа запрещает вкладывать кредитные ресурсы в нефтегазодобычу, то BNDES активно кредитует и бразильские нефтяные компании, в частности, Petrobras, и горнорудный гигант, компанию VALE, и проекты по производству биоэтанола, поддерживает мясное животноводство, ну и, конечно же, электроэнергетику и хай-тек.

Если наличие отраслевых ограничений в российских условиях оправдано, так как одна из задач, которая стоит перед страной,— преодоление сырьевой зависимости экономики, то другое действующее ограничение, которое отсутствует у BNDES, Внешэкономбанку представляется несколько излишним. Дело в том, что компании-реципиенты средств поддержки BNDES могут контролироваться даже иностранцами. Единственное принципиальное условие — они должны быть зарегистрированы в Бразилии, иметь штаб-квартиры и органы управления на территории страны. Вполне поучительный пример создания внятного стимула для отказа от офшорной прописки компаний, оперирующих национальными активами.

Этапы и последовательность снятия отраслевых и размерных ограничений на поддерживаемые ВЭБом бизнесы и проекты — предмет серьезного анализа и обсуждения. Внешэкономбанк уже выступил с инициативой снятия 25-процентного ограничения на участие иностранного капитала в тех МСП, которые получают поддержку от группы Внешэкономбанка, в том числе по линии нашего дочернего МСП-Банка. Соответствующая работа с законодателями уже ведется.

Другой аспект нашей деятельности, который требует внимательного изучения,— своеобразный "провал" для среднего бизнеса. Дело в том, что нижняя граница суммы кредитов, предоставляемых Внешэкономбанком напрямую конечным заемщикам, составляет сегодня 1 млрд руб. Одновременно верхняя граница кредитов МСБ, рефинансируемых в рамках программ нашего дочернего МСП-Банка — 150 млн руб. В результате вся "середина", кредиты размером от 150 млн до 1 млрд руб., нормативно исключена из области нашей экспертизы и поддержки, хотя в этом диапазоне величин фиксируется колоссальный дефицит кредитов, не покрываемый коммерческими банками.

Пути решения этой нормативной коллизии могут быть различными. Это и докапитализация за счет бюджета, и расширение функций МСП-Банка (притом что Внешэкономбанк уже принял решение направлять в МСП-Банк до 10% своей прибыли ежегодно). Вместе с тем мировой опыт подсказывает, что необходимо и создание особого механизма — специального "окна" — для поддержки быстрорастущих средних предприятий. Например, в BNDES действует программа предоставления автоматических кредитных линий — BNDES Automatico. Кредиты предоставляются через уполномоченные банки и организации на длительный срок со льготным периодом. Так что еще одна возможность, которую мы используем в своей практике,— создание специализированных структур по поддержке среднего бизнеса. ВЭБ в настоящий момент ведет предметные переговоры с немецкой корпорацией KfW по созданию фонда, который удовлетворял бы потребности среднего бизнеса в финансировании. Одновременно мы активно сотрудничаем с Агентством стратегических инициатив, поддерживающим средний бизнес. В то же время нет сомнений в том, что это направление может и должно быть усилено.

Крыша над головой

Ошибкой было бы считать, что деятельность банков развития сконцентрирована исключительно на мегапроектах в инфраструктурных отраслях и тяжелой промышленности. Важнейший аспект их деятельности — поддержка жилищного строительства и развития жилищного рынка. С этой точки зрения крайне поучителен опыт работы немецкого банка развития, Kreditanstalt fuer Wiederaufbau (активы на конец 2010 года — $591 млрд, второе место в мире). Уместно заметить, что KfW — крупнейший эмитент корпоративных облигаций в Европе, при этом по всем заимствованиям он обладает суверенной гарантией.

В настоящее время действуют десять программ KfW по поддержке и развитию жилищного фонда в Германии. Общий объем финансирования по ним в 2010 году достиг €18 млрд. Программы нацелены прежде всего на энергосберегающую модернизацию жилого фонда, приспособление жилья для пожилых людей, энергосберегающие строительство и ремонт, содействие приобретению долей в жилищно-строительных кооперативах.

Важно отметить, что финансирование всех этих программ KfW осуществляет не напрямую потребителям, а посредством рефинансирования коммерческих банков и специализированных финансовых институтов.

Поддержка ВЭБом развития рынка жилья сегодня ограничена сравнительно небольшими объемами выкупа облигаций АИЖК и облигаций коммерческих банков, обеспеченных пулами стандартных ипотечных кредитов с ограничениями по доходности соответствующих бумаг (средневзвешенная купонная доходность не выше 7% годовых). Острота жилищной проблемы в сегодняшней России, когда 60% населения не в состоянии улучшить свои условия проживания ни рыночным, ни нерыночным путем, а 15-20% домохозяйств вынужденно проживают под одной крышей, требует активизации работы Внешэкономбанка на данном направлении. Представляется оправданным расширение форм и смягчение условий рефинансирования ВЭБом программ ипотечного кредитования коммерческих банков.

Выстраданная победа

В ближайшие годы России предстоит масштабная реиндустриализация. В связи с этим очевидно, что банк развития будет играть существенную роль в этом процессе: у нас уже есть колоссальный опыт организации финансирования для крупных и очень сложных проектов, есть репутация, позволяющая организовывать заимствования на уникальных условиях, сформирована группа Внешэкономбанка, в рамках которой возможна реализация различных мероприятий, направленных на диверсификацию экономики.

В то же время для выполнения масштабных и амбициозных задач необходима предельная концентрация всех ресурсов и обеспечение максимальной эффективности нашей работы. Уверен, Внешэкономбанк может показать еще более впечатляющие результаты, если не мешать ему работать: не отвлекать на непрофильную деятельность, несколько смягчить законодательные ограничения в его деятельности и дать возможность максимально эффективно использовать денежные ресурсы, которыми на сегодняшний момент располагает государство. В этом случае последним слагаемым успеха станет приоритетизация: нам нужно выбрать несколько отраслей, в которых Россия не утратила конкурентных преимуществ, и сделать их основой новой реиндустриализации и модернизации. В связи с этим показателен опыт бразильской компании Embraer, которая с 1969 года пыталась войти в мировую элиту авиапроизводителей. Успех же к ней пришел лишь в середине 90-х, когда Embraer сконцентрировала свои усилия на создании небольших региональных самолетов, заморозив до поры до времени абсолютно все прочие направления разработок и производства. Выпустив свой первый региональный лайнер уже в 1996 году, компания начала активно осваивать национальный рынок, постепенно выходя за его пределы и открывая центры дистрибуции в США, Азии, Европе и даже Австралии.

Embraer находился в числе приоритетных проектов бразильского банка развития в течение многих лет, являясь одним из крупнейших получателей кредитов и главным бенефициаром программы поддержки. Более того, раскрутке Embraer BNDES помог не только деньгами. Жестко схлестнувшись с канадской Bombardier в борьбе за заказы авиаперевозчиков по всему миру, BNDES сумел отбить чреватые серьезными санкциями претензии канадцев в рамках ВТО, обвинивших Embraer в наличии экспортных субсидий со стороны государства. Расследование и переговоры сторон зашли в тупик после того, когда бразильцы предъявили обоснованные аргументы, что Bombardier пользуется аналогичными, хотя и хитро структурированными преференциями от своего правительства.

Сегодня воздушные суда Embraer работают в авиакомпаниях десятков стран, включая СНГ и Россию, являются серьезнейшими конкурентами нового российского регионального самолета SSJ-100, созданного при финансовой поддержке Внешэкономбанка.

История Embraer свидетельствует о чрезвычайной важности и ответственности процедур экспертизы финансируемых банками развития проектов на стадии их создания и дальнейшей поддержки экспортной экспансии уже созданных и зарекомендовавших себя промышленных образцов и является дополнительным подтверждением того, что для достижения успеха необходимо сконцентрировать свои ресурсы на развитии конкурентных преимуществ. В России есть ряд традиционно сильных отраслей — оборонная промышленность, авиапром, фармацевтика, энергетическое машиностроение, космические технологии. Уверен, поставив на них, мы добьемся успеха.

Особенности модели, или Пределы роста

Выбор модели, по которой функционирует банк развития, имеет свои плюсы и минусы. Выше я уже говорил о том, что, в отличие от ведущих национальных институтов развития, которым государство обеспечило постоянное пополнение ресурсов, ВЭБ поставлен в условия, когда ему для пополнения кредитных ресурсов необходимо привлекать средства с рынка. При этом у банка нет текущих счетов корпоративных клиентов и средств населения. Это требование "не конкурировать с коммерческими банками" было сформулировано изначально и зафиксировано в Меморандуме о финансовой политике Внешэкономбанка. Это значит, что финансовые возможности ВЭБа по решению приоритетных задач экономической политики в большой мере находятся в прямой зависимости от состояния мировых финансовых рынков, а сам банк проходит аудит международными компаниями, рейтингуется международными агентствами, а от того, как выглядит его баланс, зависит цена заимствований и их возможный объем. Да, ВЭБ каждый год заканчивает с прибылью, состояние его баланса довольно хорошее. Да, несмотря на тяжелую в последние четыре года ситуацию на рынке, ВЭБ успешно действует на рынке заимствований. Да, до сих пор банку удавалось проводить заимствования на условиях, существенно лучших, чем можно было ожидать, и фактически ВЭБ сумел занять на рынке капитала столько, сколько ему требовалось. Но очевидно, что заемные возможности банка, а значит, и его инвестиционный потенциал сильно зависят от конъюнктуры, и любое ухудшение ситуации в мировой экономике мгновенно спровоцирует усиление конкуренции за кредитные средства и более жесткую политику международных эмиссионных центров.

Часто приходится слышать, что одним из источников пополнения инвестиционного "кошелька" ВЭБа могла бы стать продажа ряда активов, в первую очередь непрофильных, доставшихся банку в период кризиса 2008-2009 годов. ВЭБу, например, предлагают экстренно избавиться от банка "Глобэкс" и Связь-банка, продав эти активы на рынке еще до конца текущего года. Мы, конечно, выйдем из капитала этих банков, но не ранее того момента, когда будем способны выручить средства — за них и за выкупленные с их балансов проблемные активы, по крайней мере не меньше тех, что были потрачены на их покупку, чтобы не допустить отрицательную бюджетную эффективность санационных процедур. Однако было бы недальновидно рассчитывать на эти операции в качестве существенных источников пополнения ресурсов ВЭБа. Более реалистичная цель — погасить депозит ЦБ, рассчитаться с государством. Реализовать эту цель на сегодняшнем вялом рынке представляется невозможным — не просматривается покупателей, готовых выложить за Связь-банк и "Глобэкс" устраивающие нас суммы. Да и активы это немаленькие — банки входят в тридцатку крупнейших по активам и обладают суммарным капиталом 44 млрд руб.

Другой момент. Консервативный подход к политике заимствований, используемый ВЭБом, предполагает, что объем средств, которые банк планирует привлечь на рынке капитала, составляет не более четырех рублей на один рубль уставного капитала. К 2015 году этот предел будет достигнут. И это тот минимум, который Внешэкономбанк сможет сделать для пополнения своих пассивов при нынешнем размере его уставного капитала. Объем активов ВЭБа уже превысил 2 трлн руб. Это немало, но в сравнении с рядом "коллег", например, немецким KfW (объем активов в 2010 году — €442 млрд) и BNDES (объем активов в 2010 году — $331 млрд), и в особенности в отношении нарастающих потребностей России в инвестициях в ближайшие годы, это немного.

Вместе с тем деятельность банков развития связана с серьезными рисками, а для того чтобы их принять на свой баланс, у таких институтов должен быть значительный капитал. Таким образом, на повестке дня стоит задача расширения базы фондирования ВЭБа, решение которой в условиях ограниченности возможностей маневра самого банка целиком находится в руках экономических властей.

Пожалуй, самый важный урок, который следовало бы вынести из анализа опыта банков развития за рубежом, состоит в том, что эффективность их деятельности напрямую связана со стратегическим целеполаганием хозяйственного и социального развития стран. Банки развития являются одним из важнейших звеньев выработки, экспертизы и реализации национальной экономической политики. Чем системнее и стратегичнее организована их деятельность, тем более амбициозных целей они способны достичь.

http://www.kommersant.ru/doc/1967036" target=_blank>

Источник: "Коммерсант"

Назад

«Реализация наших проектов позволит создать до 36 тысяч рабочих мест в моногородах»

20 июня 2012 года
#Публикации
Назад

Интервью заместителя Председателя Внешэкономбанка Ирины Макиевой программе "Проекты развития"


-- Расскажите о роли Внешэкономбанка в программе модернизации моногородов.


-- ВЭБ как государственный институт развития оказывает поддержку моногородам по двум направлениям. С одной стороны это деятельность правительственной рабочей группы по модернизации моногородов, которую я возглавляю. Задачей этой группы является отбор инфраструктурных объектов для финансирования из бюджета. Именно на площадке Банка Рабочей группой вырабатывались все решения по предоставлению господдержки моногородам. За 2010-11 год по этой программе было направлено порядка 25 млрд рублей. Часть этой суммы пошла на ремонт многоквартирных домов и переселение граждан из аварийного фонда. Дополнительно 2 млрд рублей было выделено на поддержку малого и среднего предпринимательства. И порядка 15 млрд рублей - на финансирование строительства инфраструктуры. Под инфраструктурой здесь я подразумеваю ЛЭП, водоводы, очистные сооружения. В каждом городе, при реализации каждого проекта был свой набор инфраструктуры.


Второе направление: Внешэкономбанк как кредитный институт формирует перспективный портфель инвестиционных проектов, планируемых к реализации в моногородах. Мы отбираем проекты, которые могут коренным образом повлиять на развитие территорий, стать точками индустриального роста. В нашем портфеле на сегодняшний момент 37 проектов моногородов на сумму более 350 млрд. рублей. Их реализация позволит создать до 36 тысяч рабочих мест.


-- Расскажите поподробнее о том, что это за проекты,  в чем их специфика, каковы критерии отбора, кто может обратиться за финансированием в Банк?


-- Структура портфеля проектов моногородов крайне разнообразна как по отраслям, так и по направленности. В портфеле Банка есть проекты, финансового оздоровления, глубокой модернизации традиционных градообразующих производств, повышения их конкурентоспособности (ОАО «КАМАЗ», ОАО «Вертолеты России»). Таких, правда, немного: 9 из 37. Большинство же проектов направлено на создание в моногородах альтернативных производств. 


Если посмотреть региональную структуру кредитного портфеля, то в лидерах Приволжский федеральный округ (63%), в частности, Республика Татарстан. В моногородах Татарстана, кстати, самые высокие показатели по готовности объектов инфраструктуры, которые были созданы за счет средств федерального бюджета в рамках поддержки моногородов.


Нужно отметить, что Банк поддерживает не только те проекты, на строительство инфраструктуры которых были выделены средства федерального бюджета (например, завод по производству солнечных модулей в г. Новочебоксарск), но и проекты в других моногородах. Это: строительство комплекса переработка аммиака в г. Менделеевск Республики Татарстан, проект в области энергетики в г. Тутаев Ярославской области.


Отдельно хочу рассказать об индустриальных- и технопарках, как об одной из продвинутых форм диверсификации экономики моногородов.


Опыт реализации госпрограммы показал, что из средств, выделенных моногородам, 30% было направлено на создание промышленных парков, причем, часто brownfield, то есть на базе пустующих площадей градообразующих предприятий. Такая форма реализации проектов оказалась менее рискованна и более выгодна, ведь инфраструктура, а часто и обслуживающие основное производства компании уже есть, нет проблем с электричеством, газом, водой. 


Привлечение в промышленный парк инвестора с якорным проектом дает развитие предприятиям малого и среднего бизнеса. Это дает ощутимый толчок повышению предпринимательской активности в регионе.


Пример: индустриальный парк «Мастер» в г. Набережные Челны Республики Татарстан, в котором собрано более 160 резидентов, в т.ч. и из соседних субъектов, и создано около 2 тысяч рабочих мест. Бюджетный эффект от деятельности компаний этого парка уже составил более 3,5 млрд. рублей. Другой пример - парк «Сокол» в Вологодской области. В 2010 году в рамках реализации государственной программы по модернизации моногородов. На строительство и реконструкцию объектов инженерной инфраструктуры этого парка были выделены федеральные средства в размере 109,2 млн рублей. При этом на его территории уже завершено строительство завода по производству биотоплива. Всего планируется размещение в парке более 20 резидентов.


Параллельно с финансированием крупных проектов, являющихся якорными, в комплексных инвестиционных планах модернизации моногородов, Внешэкономбанк через дочерние структуры – «Глобэксбанк», «Связь-Банк» и «МСП Банк» содействует развитию малого и среднего предпринимательства.


-- Моногорода, фактически свободная ниша для открытия производств альтернативных градообразующим. Иными словами эта сфера должна быть привлекательна для бизнеса  и частных инвестиций. Тем не менее институт развития ВЭБ активно участвует в подобных проектах, почему возникает такая необходимость?


-- Я бы не сказала, что моногорода – это наиболее привлекательные площадки. Более того, частные инвесторы зачастую не хотят туда идти. Что такое моногород? Многогород это старый локомотив экономики, это те города, на базе которых развивались такие крупные отрасли как оборонка, научно-технический, реализовывался научно-технический потенциал. Это такие города как Тольятти, Набережные Челны, Железногорск, Саров, бывший Арзамас-16. И задача Внешэкономбанка как государственного института развития заключается в том, чтобы найти в них площадки, куда можно было бы привести инвестора.

http://www.vesti.ru/videos?vid=426769" target=_blank>

Программа "Проекты развития" от 16.06.2012

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24"

17 мая 2012 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Россия 24",
МНЕНИЕ,
17.05.2012, 19:22


ВЕДУЩИЙ: 5 лет назад - 17 мая 2007 года - президент Путин подписал закон о Банке развития. Полномочия этого института были переданы Внешэкономбанку. Но прошло 5 лет и какие результаты имеются сейчас? Моя коллега Эвелина Закамская поговорила с Председателем  Банка Владимиром Дмитриевым.


Интервью


Корреспондент Эвелина Закамская


КОРР.: Здравствуйте, Владимир Александрович.


Владимир ДМИТРИЕВ, председатель Внешэкономбанка: Здравствуйте, Эвелина.


КОРР.: Спасибо, что пришли сегодня в нашу студию. Владимир Александрович, я очень хорошо помню заседание правительства и те неоднозначные оживленные дискуссии, которые шли в правительстве по поводу целесообразности создания такого института - института, в котором должны были быть аккумулированы серьезные государственные средства, - по-моему, тогда порядка 180 миллиардов рублей. Банк, не ориентированный на получение прибыли и наделенный возможностями кредитовать, субсидировать серьезные инвестиционные проекты. Как Вы поверили в идею создания этого банка и оправдала ли она себя за эти 5 лет?


Владимир ДМИТРИЕВ: Идея тогда казалась многим не просто несбыточной, а порой даже абсурдной.


КОРР.: Мы даже можем сказать, кто эти люди. Премьер Фрадков предложил, а Алексей Кудрин и Герман Греф тогда выступали против. Я очень хорошо это помню.


Владимир ДМИТРИЕВ: Действительно, нам приходилось  сталкиваться со многими оппонентами, убеждать, доказывать, говорить о целесообразности, даже о преимуществах. Ведь в то время Внешэкономбанк еще назывался "Банк внешнеэкономической деятельности СССР" и над ним висела реальная угроза превращения в обычное агентство по оказанию поддержки Минфину в обслуживании внешних долгов и требований в отношении иностранных государств. Но, для нас, вэбовцев, банк, образованный в 1924 году как банк для внешней торговли, за все годы своей деятельности уже стал банком развития.  Он привлекал инвестиции, он оказывал финансовую поддержку в строительстве крупных промышленных объектов и в нашей стране, и за рубежом, аккумулируя в себе и функции института развития для страны, и функцию поддержки промышленного экспорта. Банк был первым юрлицом в нашей стране, которое разместило в советское время еврооблигации. И, кстати, несмотря на дефолт Советского Союза, именно эти облигации вовремя и в полном объеме обслуживались уже в суверенной России. Таким образом, идея родилась сама по себе, исходя из опыта работы банка в течение всей его жизнедеятельности.


КОРР.: То есть, главное преимущество Внешэкономбанка - это его репутация. Потому что нужно сказать, что похожие институты были. Был Банк развития и в 2007 году он уже существовал.


Владимир ДМИТРИЕВ: Да, действительно, институты развития были. Был Российский Банк развития, правда, тогда он был ориентирован, в основном, на поддержку малого и среднего предпринимательства. Но, по своему объему, по своей организационно-правовой форме, равно как и Российский экспортно-импортный банк, это были банки, входившие в систему российских коммерческих банков. Соответственно, на них распространялись все нормативы Центрального Банка - это и резервирование, и лимит, что, конечно же, ограничивало их работу в качестве полноценных институтов развития, нацеленных на поддержку крупных промышленных проектов.


КОРР.: Чем руководствовалось государство, когда определяло правовой статус банка, - статус госкорпорации, а не акционерного общества? Ведь мы знаем примеры, когда аналогичные структуры за рубежом, в других государствах, существуют в других статусах. Китайский Банк развития, по-моему, как раз акционерное общество.


Владимир ДМИТРИЕВ: Надо помнить, что создавался Банк как специальное учреждение, и лишь по истечении нескольких лет, встал вопрос о его акционировании. Но даже при этом госбанк развития Китая является акционерным обществом, которым владеет государственная компания - инвестиционный фонд Китая. Есть и другие организационно-правовые формы. Например, Банк развития Германии функционирует в поле публичного права. Есть и другие формы. Поэтому мы, создавая Банк развития, конечно же, опирались на опыт иностранных государств и понимали, что в нашей банковской среде не должен появиться очередной государственный гигант, наделенный теми же полномочиями, что и коммерческие банки. Во-первых, если бы была сохранена форма, присущая обычным банкам, мы бы, конечно, конкурировали с ними. И мы, разумеется, не оставили бы места частным коммерческим банкам.


КОРР.: Вы бы не конкурировали, остальные бы с вами тоже конкурировать не смогли.


Владимир ДМИТРИЕВ: И самое главное, что конкуренция привела бы  к ликвидации других частных коммерческих банков. Да, у банка совершенно иная миссия, нежели миссия коммерческих банков. Поэтому в качестве организационно-правовой формы мы избрали ту, которая существует в нашем законодательстве, а именно некоммерческая организация - госкорпорация. В скором времени, я надеюсь, эти споры затихнут, потому что в отношении Внешэкономбанка, в отношении Агентства по страхованию вкладов принято однозначное решение, что они будут существовать в совершенно определенной, только им свойственной, организационно-правовой форме юридического лица публичного права.


КОРР.: Владимир Александрович, то, что банк не ориентирован на получение прибыли, не мешает развитию эффективного менеджмента? Получается, есть у вас деньги - и так хорошо, денег нет - и так хорошо.


Владимир ДМИТРИЕВ: На самом деле прибыль, которую мы получаем...


КОРР.: То есть прибыль вы все-таки получаете?


Владимир ДМИТРИЕВ: Прибыль мы получаем, более того, законом предусмотрено, что наша деятельность должна быть безубыточной. А нашу прибыль мы направляем на капитализацию банка, на капитализацию наших дочерних структур, таких, как, например, Банк поддержки малого и среднего предпринимательства. В стратегии этого банка предусмотрено выделение Внешэкономбанком ежегодно до 10% своей прибыли на его капитализацию. А это, соответственно, даст возможность кумулятивно увеличивать его кредитный портфель, поддерживать региональные банки, работающие с малым и средним бизнесом, поддерживать инфраструктуру малого и среднего предпринимательства. Не надо забывать, что прибыль направляется, в том числе и на мотивацию наших сотрудников. Хотя, честно признаюсь, по заработным платам мы находимся, в сравнении с коммерческими банками и с банками с государственным участием, на нижней шкале, что, несмотря на это, не отпугивает от работы в нашем банке профессиональных, грамотных банкиров.


КОРР.: Чтобы сотрудники не пугались, вы удваиваете бонусы топ-менеджерам, а прибыль снижается.


Владимир ДМИТРИЕВ: Речь идет на самом деле не об удвоении, а о реализации бонусной программы. Она стала реализовываться лишь с прошлого года, до этого ни о каких бонусах речь не могла идти. Наши сотрудники получали премии, но топ-менеджмент, прежде всего члены правления, не получали бонусов до прошлого года. Поэтому, конечно, в сравнении с 2010 годом зарплаты 2011 года выглядят весьма и весьма внушительными. Но надо еще раз иметь в виду, что в сравнении с топ-менеджментом других банков или банков коммерческих мы сильно проигрываем.


КОРР.: На Ваш взгляд, насколько удачно выбран момент для стимулирования сотрудников? Эксперты указывают на то, что параллельно с тем, как растут зарплаты и бонусы топ-менеджеров, уменьшается прибыль Внешэкономбанка. О чем, вообще, говорит уменьшение прибыли? Потому что у меня, например, за все время вашей деятельности в голове остается большой вопрос: то, что вам, с одной стороны, нужно инвестировать в длинные рисковые проекты, а, с другой стороны, вы все-таки осуществляете некую банковскую деятельность и работаете как банк.


Владимир ДМИТРИЕВ: Мы на самом деле осуществляем полноценную банковскую деятельность. Все-таки, мы работаем с рыночными инструментами, в том числе на фондовом рынке. Соответственно, волатильность рынка, естественно, отражается на нашей деятельности. Вспомните 2009 год. Нам тогда были переданы в управление средства Фонда национального благосостояния - 175 миллиардов рублей. Фондовый рынок после кризиса сильно пошел вверх и нам удалось получить прибыль от инвестирования средств в размере 100 миллиардов рублей. Мы вернули в Минфин и 175 миллиардов, вернули проценты за пользование этими средствами и мы еще заработали 100 миллиардов рублей, которые были использованы, в том числе, на поддержку ипотечной программы, на предоставление льготных кредитов под олимпийские проекты. Но в 2010 году, в 2011 году ситуация была совершенно другая и с точки зрения фондового рынка, и с точки зрения проектов, которые мы реализуем на условиях, гораздо более предпочтительных для заемщика, чем условия коммерческих банков. Отсюда снижение прибыли. Мы, в отличие от других институтов развития в Германии, Бразилии, наш Банк находится в менее предпочтительных условиях с точки зрения финансирования своей профильной деятельности. Например, Банк развития Германии. По всем его заимствованиям существуют государственные гарантии. Это значит, что Германский Банк развития заимствует по ставкам, по которым заимствует само государство. Бразильский банк возьмите. Существенной долей фондирования его операций являются средства от пенсионных накоплений. То есть, отчисления работодателей из фонда оплаты труда по льготным депозитам, ставки по которым гораздо ниже рыночных, размещаются на длительный срок - до 30 лет - в Банке Бразилии, что позволяет ему, соответственно, фондировать свои активные операции, кредитовать экономику, инвестировать. Мы, и вы об этом упомянули, в 2007 году получили в капитал банка 180 миллиардов рублей. Сейчас наш уставной капитал составляет порядка 370 миллиардов рублей. И это, в общем-то, основной источник наших операций, помимо, конечно, фондирования на открытых рынках - это синдикации, это облигационные займы. Всё, иных источников у нас нет. В отличие от коммерческих банков, которые привлекают депозиты физических лиц, на счетах которых находятся средства корпоративной клиентуры, мы по закону лишены возможности привлекать депозиты от физических лиц. Мы можем привлекать на расчетные счета средства только тех клиентов, которых мы кредитуем под инвестиционные проекты. Поэтому мы это не рассматриваем в качестве источника фондирования наших операций.


КОРР.: Но если вам дать все эти инструменты, то возвращаемся к тому, о чем мы уже говорили: коммерческие банки не смогут с вами конкурировать.


Владимир ДМИТРИЕВ: Вы знаете, мы на этом не настаиваем на самом деле.


КОРР.: Вот на чем вы настаиваете, так это на снятии ограничений по инвестированию пенсионных накоплений. Каких инструментов сейчас не хватает ВЭБу?


Владимир ДМИТРИЕВ: Существуют определенные ограничения на приобретение ценных бумаг российских эмитентов. Мы, например, можем выкупать только 30% общего объема эмитента за счет средств пенсионных накоплений. В одном выпуске эмитента мы можем участвовать на 40%. Сейчас мы ставим вопрос об удвоении этих объемов. У нас в управлении находятся средства пенсионных накоплений в объеме более 1 триллиона 300 миллиардов рублей - колоссальная сумма. И лишь 250 миллиардов из этой колоссальной суммы размещены в бумагах корпоративных заемщиков, а все остальное - это государственные ценные бумаги. Тем не менее, не все зависит от наших возможностей и расширения нашей инвестиционной декларации. Многое зависит от качества эмитентов, от возможностей российских эмитентов выпускать соответствующие ценные бумаги. Когда я говорю об ограничениях, я имею ввиду, что другая часть выпуска должна приобретаться на свободном рынке банками, инвестиционными компаниями - теми, кто заинтересован в данном клиенте. Ставки, по которым мы приобретаем, должны быть те же самые, то есть облигационные купоны. Сложно себе представить, что, условно говоря, "Российские железные дороги" разместят выпуск в 15 миллиардов, из которых половину или треть выкупит Внешэкономбанк по купону в 5%, а все остальное купит рынок с купоном в 10%. Отсюда и ограничения чисто объективные на инвестирование нашего портфеля. Но так или иначе, этот вопрос решается. Нас поддерживает Пенсионный фонд, я полагаю, что и в правительстве, и в профильных министерствах есть понимание того, что средства пенсионных накоплений (это длинные деньги, которые впервые увидят своих собственников в 2022 году, то есть я говорю о тех пенсионерах, которые 1967 года рождения и с 2022 года начнут получать средства пенсионных накоплений) должны работать на экономику. И, безусловно, понимание этого есть.


КОРР.: Внешэкономбанк показал лучший результат в управлении пенсионными средствами по итогам прошлого года. Инфляцию, правда, вам не удалось перекрыть, но, тем не менее, максимально к ней приблизиться. Там негосударственные пенсионные фонды и управляющие компании показали куда более скромные результаты. Какие у вас прогнозы на этот год?


Владимир ДМИТРИЕВ: Все-таки работа государственной управляющей компании да, собственно, и других компаний по управлению пенсионными средствами должна оцениваться на более длинной дистанции. Потому что мы работаем в волатильной среде, работаем с ценными бумагами, которые являются частью фондового рынка. И поэтому вся волатильность, все конъюнктурные колебания отражаются на нашей деятельности. У нас две составляющие – это, прежде всего, сохранение пенсионных накоплений и получение дохода выше инфляции. Но тогда давайте ставить вопрос, может быть, и иначе - давайте бороться с инфляцией.


КОРР.: Кто же против-то?


Владимир ДМИТРИЕВ: Поэтому, конечно, мы работаем много и профессионально, но, безусловно, не все от нас зависит.


КОРР.: Есть с чем сравнивать. Это справедливо. Владимир Александрович, неправильно было бы, подводя итоги пятилетней работы Внешэкономбанка, все-таки не упомянуть хотя бы вкратце о тех проектах, которые вам удалось проинвестировать и поддержать за это время. Самые масштабные, наверное, вспомним. Можно с Олимпиады начать, наверное.


Владимир ДМИТРИЕВ: Нам действительно есть, что занести себе в актив. Есть серьезные основания говорить о состоявшемся проекте Банка развития. К числу тех проектов, о которых вы говорите, конечно, можно отнести, те, которые не только нами, но и авторитетными международными экспертами признаны лучшими с точки зрения проектного финансирования, привлечения иностранных инвестиций. Это проект Тобольского завода по переработке и утилизации попутного нефтяного газа. Крупнейший проект, который будет выпускать полностью импортозамещающую продукцию. Этот проект развивается как кластер, поскольку вокруг него будут созданы новые рабочие места, не на самом проекте, а вокруг. Будет задействован малый и средний бизнес. Это Хабаровский нефтеперерабатывающий завод. Также был признан в прошлом году как сделка года в странах Центральной и Восточной Европы с точки зрения привлечения синдикаций иностранных банков, кредитов под модернизацию этого предприятия. Это, конечно, наши инфраструктурные проекты - это "Пулково", это отрезок 15 - 58 Москва - Санкт-Петербург. Олимпийские проекты, о которых вы говорите, конечно. В этом контексте я мечтаю о том, чтобы в 2014 году, хотя я и сейчас в Сочи езжу и, в том числе смотрю, как проводятся международные соревнования на проектах, реализуемых за счет средств Внешэкономбанка, побывать на Олимпиаде в Сочи, чтобы воочию посмотреть, как все это выглядит. Я буквально на прошлой неделе был в Сочи. Там Владимир Владимирович Путин проводил совещание по Олимпиаде. И мне есть, с чем сравнивать. Я был в Имеретинской низменности два года назад - там едва выходили из нулевого цикла. Сейчас стоят прекрасные здания, новая ледовая арена, медиацентр, комплекс для администрации Олимпиады и многое, многое другое, что сделано на средства Внешэкономбанка.


КОРР.: То, что корпорация "Олимпстрой" недавно заявила о том, что готова расторгнуть договор с Внешэкономбанком. Это что означает - что они сами справились?


Владимир ДМИТРИЕВ: Это означает ровным счетом то, что реализуется решение Наблюдательного совета Внешэкономбанка, в соответствии с которым поручительство "Олимпстроя" будет заменено на гарантии бюджета компенсировать Внешэкономбанку в случае несостоятельного того или иного проекта средства, выделенные на реализацию этого проекта. Вещь вполне естественная. Другое дело, что замена поручительства состоится тогда, когда будет принят закон о бюджете на 2012, 2013, 2014 годы.


КОРР.: Но еще один итог первой пятилетки я хотела бы отметить - это то, что сегодня мы говорим уже не просто о Внешэкономбанке, а о Группе ВЭБа - это и ВЭБ- Лизинг, и Фонд прямых инвестиций, банк "Глобэкс" и там достаточно длинная цепочка, можете ее за меня продолжить. Каковы функции тогда головного предприятия сейчас остаются, если можно так сказать? Может быть, Банк развития разойдется на отраслевые институты?


Владимир ДМИТРИЕВ: В этом нет на самом деле ничего страшного, просто нужно учесть одну важную особенность - ни один из банков развития в других странах не аккумулировал в себе столько функций, сколько Внешэкономбанк. Причем надо вспомнить, что мы по-прежнему являемся агентом Минфина по обслуживанию внешнего долга и финансовых активов, мы являемся агентом по выдаче гарантий предприятиям стратегических отраслей. Но многие из тех активов, которые вы перечислили, действительно занимаются несвойственной нам деятельностью. Поддержка коммерческих банков - "Глобэкса" и "Связьбанка" - была вынужденной мерой в 2008 году, потому что не было тогда еще механизма, который давал бы возможность Агентству по страхованию вкладов вмешиваться в подобные ситуации и санировать банки, находившиеся в предбанкротном состоянии. Конечно, настанет время, и через несколько лет мы будем ставить вопрос о продаже этих банков рынку: либо стратегическому инвестору, либо через IPO. Вы упомянули о ВЭБ -Лизинге. Это крупнейшая лизинговая компания в нашей стране. Мы буквально на прошлой неделе подводили итоги деятельности за прошлый год. Действительно, по объему лизинговых операций, по объему лизингового портфеля эта компания стала крупнейшей в нашей стране. Но она реализует ту же миссию, которую призван реализовывать Внешэкономбанк, - она поддерживает инфраструктуру, она поддерживает крупные предприятия, она поддерживает судостроение, она поддерживает авиапром. "МСП Банк" действительно поддержал малое и среднее предпринимательство и региональные банки.


КОРР.: Все эти институты должны находиться под вашим управлением или они в перспективе должны отмежеваться и стать самостоятельными?


Владимир ДМИТРИЕВ: Я не исключаю, что в перспективе они могут приобрести и самостоятельную жизнь, но, тем не менее, если государство считает, что данные структуры должны проводить некую государственную политику, то тогда нужно найти формы, при которых эта политика стала бы за счет соответствующей системы корпоративного управления миссией этих банков.


КОРР.: Как вы думаете, обретя в перспективе самостоятельную жизнь, дочерние структуры должны оставаться государственными или они могут быть акционированы?


Владимир ДМИТРИЕВ: Они вполне могут быть акционированы. Например, опыт Банка развития Германии. В нем раньше сочетались функции и поддержки малого и среднего предпринимательства, и поддержки промышленного экспорта. Потом эти функции были выделены в отдельные структуры, и теперь в орбите этого Банка развития находится несколько банков, отвечающих за реализацию тех или иных миссий.


КОРР.: Последний вопрос. Что еще хотите сделать? План на следующую пятилетку у вас есть?


Владимир ДМИТРИЕВ: У нас есть стратегия. Сделать хотим очень много и самое главное, что мы хотели бы сделать и чего ожидаем от наших партнеров, от государства, - это чтобы банк устойчиво и целенаправленно занимался своей основной миссией - миссией поддержки российской экономики, миссией поддержки малого и среднего бизнеса, миссией поддержки российского промышленного экспорта и работой в приоритетных отраслях. Вот наша главная задача.


КОРР.: Хорошая миссия, почетная. Я желаю вам успеха. Спасибо.


Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.


 

Назад