Зампред ВЭБа Анатолий Балло: господдержка курортов изобретена не нами

30 августа 2011 года
#Публикации
Назад

http://ria.ru/interview/20110830/427128591.html" target=_blank>РИА НОВОСТИ
30.08.2011 17:51



Смогут ли российские курорты конкурировать с Антальей и Альпами? Создание мега-курорта на Северном Кавказе – проект экономический или все же политический? Кто на самом деле "запустил" карачаево-черкесский Архыз? О развитии туризма на российском Кавказе и в России в целом рассказал корреспонденту РИА Новости зампред Внешэкономбанка Анатолий Балло.


- Анатолий Борисович, решение о развитии горнолыжных курортов Северного Кавказа, оно больше было экономическим для того, чтобы дать бизнесу заработать на этом, или все-таки оно было политическим, социальным, для того, чтобы исправить ситуацию, которая сейчас сложилась в этом регионе? Мы знаем о низком уровне достатка людей там, о высокой безработице.


- Я думаю, правильный ответ такой: решение было комплексным, потому, конечно же, во главе угла стояли не только социальные, но, в первую очередь, экономические аспекты. При этом следует отметить, что данный проект в полной мере отражает государственную политику в этом направлении, потому что предварительно в рамках этого проекта если не вся общехозяйственная инфраструктура, то большая ее часть уже была профинансирована в рамках федеральной целевой программы развития Юга России. Особо следует сказать о вкладе в проект таких предпринимателей-энтузиастов как Дмитрий Пумпянский (председатель совета директоров Трубной металлургической компании и Группы "Синара"), которым еще 5 лет назад, то есть задолго до того, как правительство объявило о стратегических мерах по развитию курортов Северного Кавказа, овладела идея создания курорта Архыз, причем он не преследовал каких-либо политических целей, а его бизнес - металлургия, трубная промышленность - лежит совершенно в другой сфере, между ними и туризмом нет практически никакой синергии. Но он загорелся этой идеей и увлек ею нас. Огромную поддержку реализации проекта оказал Полномочный представитель Президента в СКФО Александр Хлопонин, который в течение года инициировал ряд межведомственных совещаний, позволивших разрешить проблемные вопросы по проекту. Здесь следует оговориться, что, конечно же, нам повезло, что с проектом Архыз (пока мы говорим о первой очереди его строительства) мы легли как бы в фарватер, и сейчас это, скажем так, пилотный проект, от успеха которого зависит без малейшего преувеличения дальнейшая судьба всей комплексной программы создания туристического кластера на Северном Кавказе. ВЭБ совместно со Сбербанком и Минэкономразвития участвовали в создании акционерного общества "Курорты Северного Кавказа" и сейчас очень плотно с ним работаем. А в соответствии с решением наблюдательного совета ВЭБа и в рамках нашей, скажем так, "экспансии" в регион была также учреждена Корпорация развития Северного Кавказа, которая-то как раз и участвует в качестве соинвестора в проекте развития горнолыжного курорта Архыз.


- Обычно участие банков в крупных проектах составляет 50% и больше.  Какое участие принимает в проекте ВЭБ? Есть ли в России сегодня люди, заинтересованные настолько, чтобы вкладывать, ну скажем, колоссальные деньги именно в туриндустрию, причем внутрироссийскую? И каков может быть срок окупаемости подобного проекта для бизнеса?


- Начну издалека. Идея развития курортов у нас в банке развития возникла не спонтанно. ВЭБ участвует в международном клубе долгосрочных инвесторов, куда входят банки развития почти всех промышленно развитых стран, а также Бразилии и Китая. В рамках этого клуба у нас происходят постоянные консультации, в частности, у нас очень плотные контакты с французским банком развития Caisse des Depots et Consignations (CDC). И вот два года тому назад, когда мы проводили очередные консультации, выяснилось, что банк развития Франции владеет на 100% такой компанией, как Companie des Alpеs, которая управляет горнолыжными курортами в целом ряде областей Франции. Это же очень показательно и важно, что в такой промышленно развитой стране как Франция именно институт развития, а не частный инвестор владеет таким оператором. Иными словами, не нами изобретено. И этот пример показывает, какое внимание в промышленно развитых странах уделяется такому важному сектору экономики как туризм. У нас же туризм не то что не развит, а ему просто недостаточно уделяется внимания. И поэтому мы имеем то, что мы имеем -- большинство наших сограждан, состоятельных людей проводят свой досуг, рождественские каникулы совершенно в других местах, не в России. И по понятным причинам: потому что у нас не создана соответствующая инфраструктура. Однако надо иметь в виду, что даже во Франции инвесторы не готовы вкладывать сколько-нибудь серьезные деньги (а речь идет об очень больших суммах) в создание, скажем так, спортивной части туризма и рекреации. Потому что хотя сроки окупаемости в гостиничной сфере и сфере обслуживания достаточно высокие и находятся на горизонте 10 лет, сроки окупаемости инвестиций в непосредственно спортивную составляющую несравнимо выше и могут составлять 15-20 лет. Компания "Курорты Северного Кавказа" была учреждена как раз в целях обеспечения создания спортивной части.


Что касается ВЭБа, то банк профинансирует проект строительства первой очереди в объеме 5,1 млрд. рублей. Кредит ВЭБа - это 100% затрат на создание инфраструктуры (горнолыжную и инженерную) и 85% затрат на коммерческую недвижимость (гостиницы и пр).


Строительство первой пусковой очереди курорта "Архыз" - поселок Романтик - уже началось (за счет средств инвестора - компании "Архыз-Синара"). Уже к предстоящей зиме откроются три гостиницы, кресельная канатная дорога и две горнолыжные трассы.


- Сроки окупаемости, они напрямую связаны с ценами на отдых. Вот в связи с этим следующий вопрос. Сейчас цены на внутрироссийский отдых достаточно высоки, но если инвесторам надо возвращать деньги, получается цены надо задирать еще выше, упадет спрос. И как тогда вот это противоречие решить?


- Очень сложный вопрос. Мы занимались изучением этой проблематики. Да, получается, что отдых, скажем, в той же Турции гораздо дешевле. За счет чего? Главным образом за счет комплексного решения вопроса, когда в стоимость тура включается, например, цена на авиабилеты, которые субсидируются, в том числе, не исключено, за счет государства. В России в принципе тоже уже есть определенные наработки. Известно, что существует государственная поддержка авиаперелетов с Дальнего Востока в центральную часть страны, которая оказывает очень большое влияние на увеличение пассажиропотока в указанных направлениях. Поэтому, делая первые шаги по развитию туристической инфраструктуры, мы одновременно смотрим и в сторону развития аэропортовой инфраструктуры, в частности, на проект модернизации аэропорта Минеральных Вод. На самом деле мы достаточно давно и активно занимаемся аэровокзальной инфраструктурой и в данный момент вовлечены в проекты модернизации пяти крупных аэропортов, участие в развитии  каждого из которых банк рассматривает не изолированно, а в более широком контексте. Так, финансирование модернизации и расширения аэропортов в Сочи и Екатеринбурге - это не только наш вклад в проведение дискретных мероприятий -- Олимпиады 2014 года и в подготовку к чемпионату мира по футболу в 2018 году соответственно, но и элемент развития транспортной системы страны в целом, повышения транспортной доступности, формирования современной инфраструктуры туристического бизнеса.


Должны предприниматься целенаправленные шаги по созданию целой цепочки сервисов с тем, чтобы на каждом этапе своего путешествия турист, да любой человек находился в комфортных для себя условиях, необходимо, чтобы на протяжении всего пути - от приезда в аэропорт, перелета, встречи по прибытию до пребывания его на самом курорте - он постоянно находился под опекой и «контролем» соответствующих сервисных компаний. И, конечно, очень важно, чтобы цены на авиабилет были конкурентны по сравнению с теми ценами, которые люди платят при перелетах в Турцию, Австрию и т.д.


- Проект действительно сложный, и одно дело, вот мы общаемся с туроператорами, которые и сейчас возят туристов на горнолыжные курорты, у них свое видение, хотелось бы увидеть видение банка развития на это. Вот скажите, с какими проблемами можно столкнуться при реализации и, наверно, при запуске этого проекта, потому что не секрет, что нет там квалифицированных кадров, с безопасностью в регионе не очень хорошо, какой, на ваш взгляд, камень преткновения может появиться  при запуске этого проекта?


- Конечно, проект важен для Карачаево-Черкесии как с точки зрения решения проблем занятости, так и подготовки кадров. На повестке дня стоит вопрос об открытии на базе местных учебных заведений фактически отдельного образовательного направления в целях обеспечения создающегося курортного сектора профессиональными кадрами. По имеющимся подсчетам, только на первом этапе осуществления проекта будет создано 700 новых, так сказать, специализированных рабочих мест, не считая того, что там будут работать строители, инженеры. Что же касается вопросов безопасности, то очевидно, что если она не будет обеспечена, то тогда, естественно, вся идея окажется нереализованной и проект...


- ...Не состоится?


- Вся идея окажется под вопросом. Но на самом деле безотносительно к конкретному проекту для нас абсолютно очевидно, что необходимо проводить целенаправленную работу и приучать людей отдыхать в своей собственной стране, заинтересовать их проводить отпуск на родине. Так же, как в разных странах пропагандируют отдых именно в своей стране, так же, как, допустим, пропагандируют принцип "buy american" -- покупай американское, покупай французское и пр. Аналогично и мы должны пропагандировать, чтобы покупали российские товары, российские услуги, в том числе связанные с туризмом. В этом нет ни грана примитивного квасного патриотизма, это рациональное и экономически обоснованное требование бизнеса.


 


Справка по проекту Архыз:


В рамках программы создания туристического кластера на Северном Кавказе  Правительство планирует сформировать шесть туристско-рекреационных экономических зон в регионе и на юге России. На их обустройство из федерального бюджета выделяется порядка 60 млрд рублей. Это объекты в Карачаево-Черкесии, Краснодарском крае, Республике Адыгея, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии и Дагестане.


Туристско-рекреационный комплекс "Архыз" в Архызском ущелье предполагает развитие крупнейшего в РФ горнолыжного курорта мирового уровня. Согласно проекту, всесезонный горный курорт будет обладать современной инфраструктурой, способной принять единовременно 25 тысяч человек, и займет площадь в 16 тысяч гектаров. Предполагается, что курорт будет состоять из четырех туристических комплексов-поселков, соединенных транспортной системой из 69 подъемников и канатных дорог, пропускной способностью 140 тыс. человек в час, сети горнолыжных трасс разной сложности общей протяженностью 278 километров и широкой сети общественного питания, торгового и бытового обслуживания,  бальнеологических и СПА-центров, оздоровительных комплексов.


Стоимость реализации проекта может составить более 80 миллиардов рублей. Весь курорт должен быть возведен к 2017 году. Реализация проекта позволит увеличить уровень денежных доходов населения и создать до 10 тысяч рабочих мест, привлечь значительные инвестиции, увеличит налоговые поступления в бюджет КЧР (налоговые поступления в бюджеты всех уровней только за период реализации первой стадии проекта составят ориентировочно 850 млн рублей).


Справка по проектам ВЭБа на Северном Кавказе:


Основная задача Внешэкономбанка на Северном Кавказе - быть одним из основных источников финансирования наиболее перспективных и востребованных проектов и содействовать привлечению в регион масштабных инвестиций. Для достижения этих целей ВЭБ создал дочернюю структуру - Корпорацию развития Северного Кавказа, ориентированную на ведение активной практической инвестиционной деятельности в регионе, открыл  Представительство Внешэкономбанка в г. Пятигорске, работающее во всех субъектах СКФО, и выступил соучредителем компании «Курорты Северного Кавказа», созданной для строительства туристического кластера. Приоритетное направление деятельности ВЭБа в СКФО -- проекты, связанные с созданием масштабного туристического кластера.


 

Назад

Аналитический штаб поддержки экспорта

22 августа 2011 года
#Публикации
Назад

Эксперт,
Москва,
22.08.2011 6:00:00
ФОТО: АЛЕКСЕЙ МАЙШЕВ
Автор: АЛЕКСАНДР ИВАНТЕР


Один из идеологов создаваемого Агентства страхования экспортных кредитов и инвестиций, зампред Внешэкономбанка Петр Фрадков, рассматривает новую структуру как мозговой трест по мониторингу и продвижению российских экспортеров и инвесторов за рубежом


- Петр Михайлович, в каком состоянии сейчас находится проект создания экспортного агентства?


 - Проект создания агентства страхования экспортных кредитов и инвестиций находится в достаточно продвинутой фазе, он состоит из двух частей. Первая - подготовка законодательной базы для особого вида страхования - страхования экспортных кредитов и инвестиций от предпринимательских и политических рисков. До сих пор у нас в законодательстве такой вид страхования отсутствовал. Потребовалось внесение большого числа поправок в действующие нормативные акты, в первую очередь в законодательство о страховом деле. Все эти поправки сведены в единый федеральный закон, который опубликован и вступил в силу месяц назад.


Вторая часть процесса - это собственно корпоративные решения, которые принимает ВЭБ как стопроцентный акционер создаваемого агентства.


 - Почему принято решение, что агентство формируется как "дочка " ВЭБа?


 - Изначально, и это следует из закона "О Банке развития", ВЭБ сам должен был реализовывать функцию страхования экспортных кредитов. Однако практика показала, что один институт быть и кредитором, и страховщиком на данном этапе не может. Это был бы очень сложный процесс с точки зрения внутренних документов, резервов, баланса и прочего. Поэтому принято решение делегировать функцию страхования экспортных кредитов "дочке" в форме открытого акционерного общества.


 - Агентство создается как коммерческая структура?


 - Формально это коммерческая структура. Но получаемая агентством прибыль целиком направляется на формирование резерва для страховых операций. Первоначально такой резерв будет сформирован ВЭБом, а в дальнейшем будет пополняться за счет капитализированной прибыли агентства. Когда этих средств окажется недостаточно, законом предусмотрено обращение к поддержке федерального бюджета.


 - Как организационно будет создаваться агентство? Выделится в самостоятельную структуру часть департаментов ВЭБа?


 - Нет. Тем более что права акционера данного общества будут осуществляться не ВЭБом, а наблюдательным советом ВЭБа, то есть управление новой структурой поднято на уровень выше. Это сделано специально для того, чтобы на первом этапе подчеркнуть государственную, а не коммерческую функцию агентства. Кадровый костяк агентства составят страховщики, работавшие за пределами ВЭБа.


 - А такие специалисты есть?


 - Немного, но есть. В зачаточном виде подобные виды страхования развивались в двух трех крупнейших частных страховых компаниях. Они развивают, как правило, страхование краткосрочных ( до шести месяцев) торговых кредитов внутри России. Страхованием экспорта и политических рисков практически никто не занимался. Агентство же предполагает страховать как коммерческие риски, так и политические. Перечень всех рисков будет четко прописан в постановлении правительства, которое будет специально разработано и принято в продолжение закона. Там же будут прописаны требования к финансовой устойчивости этого агентства, требования к правилам страхования, к контролю, который будет осуществляться напрямую правительством.


 - То есть полномочия "Росстрахнадзора " не будут распространяться на агентство?


 - Нет, не будут. Это очень серьезное исключение из закона о страховом деле. Но такое исключение оправдано и соответствует международной практике деятельности таких агентств. Агентство по факту не действует в конкурентном страховом поле, потому что закрывает ту нишу, где коммерческие страховые компании сейчас не представлены.


 - Почему нельзя было реализовать эту функцию поддержки российского экспорта на базе действующей стопроцентной " дочки " ВЭБа - Росэксимбанка?


 - Агентская функция Росэксимбанка - предоставление от лица Минфина суверенных гарантий российским экспортерам. Это несколько другой инструмент. Такой инструментарий применяется в тех случаях, когда отечественный экспортер обязан в силу контракта или закона предоставить своему иностранному покупателю гарантию, что продаваемая им российская продукция будет поставлена в срок, стройка будет закончена в полном объеме и вовремя и т. п. Если говорить о сложных и долгосрочных контрактах, то такая банковская гарантия в России мало доступна нашим экспортерам высокотехнологичной продукции и услуг. Чтобы поддержать экспорт, и создан специальный механизм гарантий Росэксимбанка.


Таким образом, суверенные гарантии и страхование экспортеров - это два взаимодополняющих инструмента. В некоторых странах ситуация аналогичная, в частности в Японии, где Японский банк международного сотрудничества (JBIC) выдает гарантии экспортерам, а Агентство страхования экспорта и инвестиций (NEXI) занимается страхованием экспорта.


 - Сможет ли агентство застраховать не российского экспортера, а иностранного покупателя нашей продукции?


 - В законе об агентстве предусмотрена возможность страхования как продавца, так и покупателя, а также банков, финансирующих поставку, как со стороны экспортера, так и со стороны импортера. В дальнейшем речь также может идти о страховании инвестиций, например при строительстве российской компанией предприятия за рубежом. Это более сложные риски, фактически агентство будет сопровождать проект на всех стадиях его жизненного цикла.


 - При стартовой капитализации 30 миллиардов рублей каков будет примерный размер общего страхового покрытия?


 - Мы делали предварительные расчеты со специалистами Минэкономразвития исходя из предпосылки, что на первом этапе агентством может быть застраховано порядка 15 процентов российского машиностроительного экспорта. В результате мы выходили на суммарный объем страхового покрытия в размере не менее 10 миллиардов долларов за первые три года функционирования агентства.


Важным направлением работы агентства, не связанным напрямую со страхованием, является создание своего рода кредитного бюро, накапливающего базу кредитных историй российских экспортеров. Это наряду с квалифицированным диалогом между иностранными ЭКА и нашим агентством будет способствовать привлечению зарубежных экспортно-импортных банков и экспортных страховых агентств к работе с российскими контрагентами.


 - Из ваших слов следует, что существует практика обмена такими базами данных между странами?


 - Да, обмен информацией идет, и очень активный. Вообще говоря, агентство - это серьезный аналитический центр, работа с клиентом не ограничивается собственно страхованием. И клиент, и застрахованный проект продолжают непрерывно мониториться, чтобы заблаговременно спрогнозировать и по возможности избежать наступления страхового случая. Здесь большие отличия от, например, деятельности обычного банка-кредитора.


 - Вы имеете в виду дистанционный мониторинг?


 - Нет, представители агентства по договору находятся в постоянном контакте с клиентом. Обычно они активно взаимодействуют с госорганами своей страны. Эти люди обладают глубоким экспертным знанием о стране пребывания, отрасли и конкретном предприятии клиенте в частности.


 - Будет ли агентство перестраховывать принимаемые риски за рубежом?


 - Конечно. Правда, выбор перестраховщиков тоже будет регламентирован. В частности, эти компании должны иметь рейтинг не ниже рейтинга агентства, то есть, как правило, не ниже суверенного. Одна из задач будущего российского агентства - это в максимально близкой перспективе получить суверенный рейтинг.


 - Когда агентство сможет начать работу?


 - Для запуска новой структуры требуется принятие трех документов. Это, во-первых, постановление правительства, которое определяет основные требования к агентству. Во-вторых - правила страхования, основной рабочий документ, подробный регламент работы агентства. И в-третьих - стратегия, где будут утверждены финансовые параметры работы агентства, страховые емкости агентства по разным странам и регионам, в покрытии которых нуждаются российские экспортеры, и т. д. Я надеюсь, что с начала 2012 года агентство сможет приступить к практической деятельности.


 


Финансовый рычаг для национального экспорта


Сегодня экспортные кредитные агентства (ЭКА) действуют более чем в 80 странах. Свыше 50 крупнейших ЭКА и страховых компаний как частных, так и государственных, занимающихся страхованием и гарантированием экспортных сделок, объединены в Международный союз страховщиков кредитов и инвестиций - так называемый Бернский союз. Под различные рычаги финансовой, страховой и гарантийной поддержки членов союза подпадает около 10% мировой торговли.


Политика в области финансовой поддержки экспорта регулируется такими авторитетными международными организациями, как ОЭСР и ВТО. В рамках ОЭСР разработано и успешно применяется специальное соглашение по официально поддерживаемым экспортным кредитам. Данный документ является "джентльменским соглашением" и не носит характер законодательного акта ОЭСР. Его основная цель - упорядочить рынок экспортных кредитов, предотвратить демпинг в отрасли. Соглашение регулирует, в частности, минимальные ставки по страхованию и финансированию экспортных кредитов. Следование стандартам ОЭСР признается правилами ВТО как не субсидирующее экспорт.


Функционирующие в мире экспортные страховые агентства условно могут быть разделены на три группы по типу применяемой бизнес-модели.


ЭКА в первой так называемой традиционной бизнес-модели функционирует напрямую за счет государственного бюджета и может быть как государственной структурой - Eximbank (США), ECGD (Великобритания), - так и частной страховой компанией, которая наделяется полномочиями по поддержке национального экспорта, - Euler Hermes (Германия), Coface (Франция), Atradius (Нидерланды) и др. На сегодня данная модель преобладает среди ведущих ЭКА, а также стран - членов ОЭСР. ЭКА, функционирующие по данной модели, предусматривают поддержку отечественного компонента в рамках экспортных контрактов.


Предлагаемые в данном случае финансовые продукты высоко стандартизированы. Это в первую очередь экспортное финансирование (кредит поставщика и кредит покупателя, документарный аккредитив), страхование политических рисков, гарантирование исполнения обязательств.


Высокий уровень стандартизации операций и недостаточная гибкость модели практически не оставляют возможности для диверсификации рисков, клиентов, отраслей и рынков. В отношении каждой транзакции требуется высокий уровень резервирования капитала, что, в свою очередь, может привести к снижению уровня доходности такой деятельности.


Функционирование ЭКА по второй модели (именно на нее ориентируется агентство, создаваемое в России) предполагает предоставление поддержки национальным компаниям для осуществления их глобальных стратегий развития, в отличие от концепции "национального компонента", реализуемой в рамках первой модели.


Такой тип ЭКА позволяет проводить внедрение инноваций и новых финансовых продуктов, поддерживать интернационализацию национальных компаний, а также сделки, квалифицирующиеся как стратегические с позиций государства. Диапазон финансовых продуктов отличается большей гибкостью, легко адаптируется под новые программы, такие как несвязанное финансирование в сочетании с прямым кредитованием и др.


И наконец третий высший тип функционирования ЭКА, когда в процессе своей эволюции ЭКА становится глобальным рыночным игроком, с широчайшей линейкой предлагаемых услуг и по сути представляет собой холдинг, консолидирующий различные компании, каждая из которых специализируется в том или ином продукте/бизнес-линии (например, SACE в Италии).


Согласно международной практике для ЭКА краткосрочный бизнес не выступает приоритетным и профилирующим. Наиболее активно на данном рынке действуют именно частные страховщики. ЭКА, как правило, наращивают операции на рынке страхования краткосрочных экспортных кредитов в неблагоприятных экономических ситуациях, что подтвердил недавний финансовый кризис. В частности, согласно специальному решению Еврокомиссии в мае 2008 года ЭКА на временной основе было разрешено проявлять большую активность на рынке краткосрочного страхования экспортных кредитов в период кризиса, прежде всего для того, чтобы в полном объеме обеспечить потребности европейских экспортеров (преимущественно малые и средние предприятия) в страховании экспортных кредитов.


По материалам ВЭБа


 

Назад

Михаил Полубояринов: "Россия должна стать мировым транспортным центром"

16 августа 2011 года
#Публикации
Назад

Промышленный еженедельник
15.08.2011


 


Развитие рынка авиаперевозок неразрывно связано с модернизацией аэропортовой инфраструктуры - сектором, который не вызывает большого интереса у частных инвесторов в силу масштабности инвестиций и длительного срока окупаемости таких проектов. Внешэкономбанк как национальный банк развития активно участвует в обновлении этой отрасли. Об особенностях финансирования подобных проектов, их текущем состоянии и перспективах в интервью "Промышленному еженедельнику" рассказал заместитель Председателя ВЭБа Михаил Полубояринов.



- Михаил Игоревич, расскажите, какова роль банка в модернизации отечественных аэропортов? Сколько таких проектов у ВЭБа?



- Во всем мире аэропорты и связанные с ними компании оказывают существенное влияние на экономику и занятость, создавая почти 1% глобального ВВП. Состояние же объектов наземной авиатранспортной инфраструктуры российских аэропортов, их пропускная способность неудовлетворительны и характеризуются значительным износом, не отвечая потребностям экономики и безопасности полетов. Неразвитость производственной инфраструктуры аэропортов сдерживает развитие рынка авиатранспортных услуг и реализацию транзитного потенциала страны.



Российские аэропорты значительно отстают по качеству сервиса и сопутствующих услуг, уровню бизнес-процессов, частоте и регулярности рейсов, эффективности обслуживания, уровню авиатехнологий, взаимодействия с авиакомпаниями и логистическими операторами. Аэропортовая инфраструктура не обеспечивает задач по ускорению перемещения товаров и людей, снижению транспортных издержек, повышению доступности услуг, конкурентоспособности, реализации транспортного потенциала, уровня безопасности, устойчивости транспортной системы, приросту мобильности населения и грузовых потоков.



Аэропортовое хозяйство России испытывает огромную потребность в финансировании. По оценкам различных экспертов, до 80% аэровокзальной инфраструктуры нуждается в модернизации. Вместе с тем, в стране еще не созрели предпосылки для реализации проектов в области аэропортовой инфраструктуры исключительно за счет частных инвестиций. Привлечь частный капитал для развития трудно, так как инвесторы не могут быть до конца уверены в защите собственных вложений и не рискуют поэтому принимать участия в капиталоемких проектах. Поэтому совершенно очевидно, что без активного участия государства сколько-нибудь динамичный процесс реконструкции, модернизации и развития аэропортовой инфраструктуры невозможен. Соответственно, многие проекты, например, такие как Шереметьево-3, попросту никогда не состоялись бы без поддержки государства, в том числе в лице Внешэкономбанка.



Приоритеты работы ВЭБа как банка развития - снятие инфраструктурных ограничений экономического роста и развитие важнейших отраслей промышленности. Финансирование проектов модернизации и реконструкции аэропортов - одно из направлений работы банка. На долю авиатранспортных проектов в широком смысле, то есть проектов, прямо или косвенно связанных с авиацией (инфраструктура аэропортов, авиастроение и авиаперевозки), приходится порядка 15% совокупного портфеля Банка развития. При этом наши инвестиции осуществляются по определенной стратегии, согласованной с правительством и профильными министерствами.



Задача ВЭБа состоит в том, чтобы в максимальной мере содействовать превращению России в один из крупнейших мировых транспортных центров, способствовать качественному приращению внутреннего пассажирского трафика и грузовых авиаперевозок, и налаживанию эффективных механизмов взаимодействия между государством и инвесторами, хеджировать риски частных инвесторов, вкладывающихся в транспортную инфраструктуру. Именно поэтому сейчас при участии Внешэкономбанка сразу в нескольких регионах страны осуществляются проекты по обновлению инфраструктуры аэропортов, общая стоимость которых составляет без малого 95 млрд руб., причем, примерно половину этих средств предоставит Внешэкономбанк.



Если взглянуть на карту аэропортовых проектов, уже осуществленных, реализуемых и еще только рассматриваемых банком, то легко увидеть определенную закономерность - это все знаковые места. "Шереметьево-3" - это Москва, столица и этим все сказано. "Пулково" - это Санкт-Петербург, вторая столица. "Храброво" - это Калининград, самая западная точка нашей страны, анклав. Екатеринбург - это, по сути, географический центр страны, в котором пройдет мировая выставка Экспо-2020 и, возможно, групповой турнир чемпионата мира по футболу в 2018 году. Владивосток - это дальневосточный "форпост" нашей страны, где в 2012 году состоится саммит АТЭС. Сочи - это не только крупнейший курорт России, но и место проведения Олимпийских игр 2014 года.



- На каких условиях ВЭБ предоставляет кредиты?



- Хотя у нас смешанная структура фондирования, практически любой проект финансируется за счет заемных денег. Другое дело, что поскольку ВЭБ - государственная корпорация, по сути, крупный государственный банк, имеющий страновой рейтинг, мы обладаем возможностью занимать на рынке, в том числе международном, дешевле, чем другие банковские организации, и кредитовать на несколько лучших условиях, чем у коммерческие банки.



Но, подчеркну, существенно даже не это: простое сравнение наших процентных ставок с условиями предоставления заемных средств коммерческими банками мало что дает и не корректно, так как мы работаем на совершенно разных "инвестиционных полях". Куда важнее, что ВЭБ кредитует проекты, в которые коммерческие банки вообще не идут, не будучи готовыми принимать на себя проектные риски, а также предоставляет кредитные ресурсы на сроки более длинные, чем способны коммерческие банки. Сейчас в России немного коммерческих банков, готовых давать деньги на инфраструктурные проекты с горизонтом до 10-15 лет. Это объективная реальность. Если же говорить об условиях наших кредитов, то сроки варьируются от 7 до 15 лет, а процентные ставки - в зависимости от экономики проекта, но в целом они на порядок ниже, чем те рыночные ставки, на которых финансируют даже лучших российских корпоративных заемщиков.



Разумеется, вопрос о необходимости реализации проектов решает правительство; не дело банка определять, где и какой аэропорт нужен. Но мы анализируем проект, смотрим пассажиропотоки, вычисляем денежный поток и делаем вывод о реальных потребностях и размере банковского кредита, а иначе средства уйдут безвозвратно. Конечно, не все измеряется денежной отдачей; правительство исходит в том числе и из социальных интересов. Оно может при необходимости субсидировать проект тем или иным способом, но в любом случае экспертиза банка очень серьезно отрезвляет. Аэропорт - это всегда точка роста, но бюджет тоже не бесконечный, и правительство задумывается, насколько приоритетна точка роста именно в этом пункте. В этом наша основная роль как консультанта: сказать правительству правду, что можно сделать на принципах возвратности, а что не получится. Поэтому у нас есть соглашение с Минтрансом по инвестиционному консультированию.



Вышесказанное, однако, не отменяет того, что мы также учитываем социальные аспекты в своей практике. Возможно, то, что я скажу, покажется контрастирующим с предыдущим заявлением, но как бы мы строго ни придерживались принципа безубыточности при принятии решения о финансировании того или иного проекта, статус государственной структуры обязывает нас принимать в расчет социальный фактор, пусть он и не является определяющим. Но он важен, поэтому мы каждый раз смотрим, какое количество рабочих мест будет создано благодаря реализации проекта, какое значение имеет он с точки зрения социально-экономической политики в регионе. Вот, например, при рассмотрении проекта строительства нового терминала во Владивостоке мы исходили не только из соображений экономической целесообразности, но и с учетом запланированного приема городом саммита АТЭС в 2012 году, а также понимания социальной нагрузки проекта с точки зрения развития региона и необходимости обеспечения транспортной доступности населения. В итоге, несмотря на, скажем так, сложную экономику проекта, было принято решение финансировать этот проект.



В этом отношении отмечу, что для банка вообще принципиально важно, какой "кумулятивный" эффект будет иметь проект. И без какого-либо преувеличения можно сказать, что ВЭБ выступает катализатором всего процесса создания нового терминала, когда идет существенное развитие сопутствующих бизнесов, создаются места для деятельности малых и средних предпринимателей, когда выстраивается цепочка вовлекаемых в проект участников - поставщиков стройматериалов, оборудования, обслуживающий сервис и пр., создающих новые рабочие места.



- Каков текущий статус наиболее значимых проектов?



- Как вы знаете, терминал "D" в "Шереметьево" уже эксплуатируется. Это первый в России транспортно-пересадочный узел с пропускной способностью 12 млн пассажиров в год. Реализация проекта позволила довести минимальное стыковочное время до стандартов лучших мировых аэропортовых хабов, практически вдвое сократив время транзита пассажиров. Главные перспективы "Шереметьево" теперь заключаются в дальнейшем увеличении пропускной способности терминалов и строительстве третьей взлетно-посадочной полосы. Минтранс ставит такую задачу, и сейчас это принимает конкретные очертания. Поэтому и встал вопрос о привлечении управляющей компании в аэропорт Шереметьево, которая приняла бы на себя все инвестиционные обязательства по строительству нового большого комплекса.



Также введен в эксплуатацию аэропорт города Сочи. Сочинский проект в свое время потребовал как большой переделки в техническом плане, так и санирования финансовой ситуации, но впоследствии развивался неплохо. Его особенность состоит в том, что требования по обслуживанию Олимпиады определяют такую пиковую пропускную способность, которая в нормальном режиме аэропорту никогда бы не понадобилась. Кстати, замечу, что в контексте подготовки к Олимпиаде в орбиту внимания банка попадал и аэропорт Геленджика, рассматривавшийся правительственными структурами в качестве дублера сочинского.



Международный терминал аэропорта "Кольцово" был профинансирован банком в объеме 2,25 млрд руб. и сдан в эксплуатацию к саммиту ШОС в 2009 году. Мы рассматриваем "Кольцово" как один из российских хабов, где сконцентрированы довольно большие пассажиропотоки, в том числе транзитные, в связи с чем видим перспективы дальнейшего развития проекта.



Отдельного разговора заслуживает проект строительства международного терминала аэропорта Владивостока. Этот аэропорт в следующем году примет конференцию АТЭС, поэтому терминал должен быть введен в эксплуатацию до конца 3-го квартала 2011 года. Но хочу отметить, что основная задача проекта, а, значит, и наша задача - обеспечить Приморский край высококачественным просторным и удобным современным аэропортом. При общей стоимости проекта 5 млрд 813 млн руб. объем участия Внешэкономбанка - более 2,3 млрд руб. До ввода терминала в строй осталось несколько месяцев. Терминал, общей площадью около 50 тыс. кв. м и пропускной способностью 3,5 млн пассажиров в год, будет соответствовать международным стандартам и требованиям и полностью заменит текущие мощности аэропорта по обслуживанию международных и внутренних рейсов.



Владивосток расположен вблизи стран Азиатско-Тихоокеанского региона, которые на протяжении последних лет демонстрировали высокие темпы экономического роста. Международный аэропорт Владивостока также выгодно расположен между несколькими основными дальнемагистральными маршрутами, включая маршруты из Северо-Восточной Азии в Северную Америку, и, по сравнению с Москвой, более удобно расположен для обслуживания рейсов из центральной и восточной части России в Азию. С окончанием строительства Владивосток сможет конкурировать с крупнейшими транспортными узлами Азии - хабами Японии, Китая и Южной Кореи. Основную прибыль здесь рассчитывают получать именно с транзита. Авиакомпаниям, перевозящим пассажиров с континента на континент, будет удобнее и выгоднее дозаправляться именно в российском аэропорту.



Что касается "Пулково", то там тоже идет активное движение: после проведения необходимой подготовительной работы началась первая фаза реализации проекта...



- Не могли бы вы подробнее рассказать о финансировании модернизации "Пулково", ведь к проекту был проявлен большой интерес иностранных инвесторов?



- "Пулково" - проект уникальный. Здесь впервые в истории проектов создания аэропортовой инфраструктуры в России проявился значительный интерес со стороны международных финансовых институтов: кредиторами выступают ЕБРР с Европейским инвестиционным банком (ЕИБ) как лидеры пула иностранных кредиторов, в том числе и коммерческих банков, с российской стороны - ВЭБ. Кредитные ресурсы для осуществления первой фазы проекта были предоставлены примерно поровну: половина ВЭБа - в рублях, половина иностранцев - в валюте. Благодаря выбранной схеме удалось существенно снизить проблему, связанную с валютными рисками. Мы с большим оптимизмом смотрим на этот проект, полагая, что он станет образцовым для России. Думаю, не случайно данная сделка получила звание "Лучшая сделка 2010 года" в области развития инфраструктуры аэропортов по версии британского издания Project Finance.



- Михаил Игоревич, какие еще новые проекты в поле интереса ВЭБ, будет ли банк так же активен в будущем?



- Что касается планов на будущее, то в настоящее время мы ведем переговоры о возможных вариантах нашего участия в реконструкции аэропортов Нижнего Новгорода и Самары ("Курумоч"). Есть и другие обращения, так что работой Банк развития обеспечен надолго.



 


Проекты с участием Внешэкономбанка:


 


1. "Пулково"
Реконструкция и эксплуатация международного аэропорта "Пулково" (первая фаза).
Общий объем финансирования проекта - 1,2 млрд евро. Объем участия Банка - 10 млрд руб.
Инициатор: ООО "Воздушные Ворота Северной Столицы".



Преимущества проекта:
Международные стандарты безопасности и технического оснащения;
Пропускная способность - до 14 млн пассажиров в год.


 


2. Аэропорт Сочи
Завершение строительства аэровокзального комплекса в г. Сочи.
Общий объем финансирования проекта - 8,17 млрд руб.
Объем участия Банка - 7,3 млрд руб.
Инициатор - ООО "Базэл Аэро".


Преимущества проекта:
Обслуживание Олимпийских игр в городе Сочи в 2014 году;
Увеличение пропускной способности терминала до 2500 пассажиров в час.


 


3. Аэропорт "Кольцово"
Развитие аэропорта "Кольцове".
Общий объем финансирования проекта - 3,37 млрд руб.
Объем участия Банка: 2,25 млрд руб.
Инициатор: ОАО "Аэропорт Кольцове".


Преимущества проекта:
Увеличение пропускной способности терминала международных перевозок до 4000 пассажиров в час;
Соответствует транспортной стратегии РФ до 2030 года.
Проект реализован в рамках проведения заседания Совета глав государств - членов Шанхайской организации сотрудничества.


 


4. Аэропорт Владивостока
Строительство нового пассажирского терминала в Международном аэропорту в г. Владивостоке.
Общий объем финансирования проекта - $0,19 млрд.
Объем участия Банка - 2,32 млрд руб.
Инициатор - ОАО "Международный аэропорт Шереметьево". Преимущества проекта:


Преимущества проекта:
Увеличение пропускной способности и повышение доступности авиационных перевозок для населения;
Создание условий для обслуживания участников конференции АТЭС в 2012 году.


 


5. "Шереметьево-3"
Строительство аэровокзального комплекса "Шереметьево-3 (D)".
Общий объем финансирования проекта - $1,1 млрд.
Объем участия Банка - $900 млн.
Инициатор: ОАО "Терминал".


Преимущества проекта:
Первый в России транспортно-пересадочный узел с пропускной способностью 12 млн пассажиров в год;
Доведение минимального стыковочного времени до стандартов лучших мировых аэропортов.

Назад

Интервью Директора Центра ГЧП Внешэкономбанка Александра Баженова Российской Бизнес-газете

12 июля 2011 года
#Публикации
Назад

Условия для роста
Развитие инфраструктуры невозможно без использования механизмов взаимодействия власти и бизнеса


"Российская Бизнес-газета" - Государственно-частное партнерство №805 (23)
12.07.2011, 00:47


В странах с развитым и развивающимся рынком проектов государственно-частного партнерства при участии государства работают специализированные центры ГЧП - организации, которые развивают инструменты ГЧП, стандартизируют их, оказывают поддержку региональным и местным органам власти по внедрению механизмов ГЧП для развития инфраструктуры. В России это Центр ГЧП Внешэкономбанка. Директор Центра ГЧП Внешэкономбанка Александр Баженов рассказал "РБГ" о том, какие проблемы решает Центр.


РГ: Александр Владиславович, расскажите, как работает ГЧП в стране.


Баженов: На сегодняшний день в России существует три категории центров государственно-частного партнерства. Первые - консультационные компании. Они, как правило, оказывают специализированные юридические или экономические услуги по подготовке проектов ГЧП, некоторые компании имеют такой опыт, другие - нет, но они пытаются найти для себя предмет для бизнеса на формирующемся рынке. Есть общественные организации, например, Центр развития ГЧП, задачей которого является понять, что сдерживает развитие ГЧП в России, какого рода национальная модель ГЧП должна развиваться, в чем ее особенности, как ее сформировать. У Внешэкономбанка есть практика участия в реализации инфраструктурных проектов, в том числе на условиях ГЧП. Для предоставления финансирования проекту ГЧП банку необходим корпоративный частный заемщик, который заключил с органом власти контракт на развитие инфраструктуры, который определяет права, обязанности, распределение рисков между сторонами. Поэтому формирование проектов ГЧП в первую очередь зависит от активности органов власти по организации проектов ГЧП. Чтобы региональные и муниципальные администрации могли формировать такие проекты, им необходимо развивать законодательство, собственные институты развития. Эти институты надо обеспечивать как квалифицированными кадрами, так и необходимым финансированием для подготовки проектов. Данной деятельности органов власти должна быть оказана поддержка. Внешэкономбанк как банк развития взял на себя задачу оказывать содействие регионам и муниципалитетам, а в отдельных случаях и федеральным органам власти по их деятельности по формированию долгосрочной политики и практики планирования, применения и реализации инструментов ГЧП. Такая деятельность не является российским изобретением. В странах с развитым и развивающимся рынком проектов ГЧП при участии государства работают специализированные центры ГЧП - организации, которые развивают инструменты ГЧП, стандартизируют их, оказывают поддержку региональным и местным органам власти по внедрению механизмов ГЧП для развития инфраструктуры. В Великобритании это Partnerships UK, во Франции - министерство экономики и финансов, в Германии - Partnerschaften Deutschland, в России - Центр ГЧП Внешэконом банка.


РГ: Вы полагаете, что в каждом регионе должен быть подобный филиал вашего центра?


Баженов: Мы не создаем филиалы. Мы считаем, что в каждом регионе должен существовать институт в составе органа власти, который занимался бы внебюджетным финансированием. К примеру, в Санкт-Петербурге работает комитет по инвестициям и стратегическим проектам, занимающийся подготовкой проектов, региональных законов, подзаконных актов. Фактически комитет развивает новый инструмент государственного управления - ГЧП. Мы же оказываем только содействие. В банк обращаются администрации с выражением заинтересованности в подготовке проекта ГЧП, но банк не ставит перед собой задачу во что бы то ни стало профинансировать этот проект. Финансировать будет та организация, к которой придет победитель конкурса, а победитель конкурса направится туда, где ему предложат наиболее привлекательные, выгодные условия.


РГ: Повезет тем территориям, где вменяемое руководство, где обученные кадры, где прислушаются к вашим советам. А что делать отсталым, дотационным регионам? Им ГЧП вообще никогда не светит?


Баженов: Если в дотационном регионе сильное политическое руководство, ничто не помешает развивать там государственно-частное партнерство. А мы готовы помогать. Конечно, в таком регионе сложнее формировать проекты ГЧП, потому что в нем совершенно другая экономика. Надо решать принципиальные проблемы, которые потребуют экспертизы, взаимодействия с федеральными органами власти. ГЧП предполагает, что государство и частный бизнес реализуют какой-то конкретный проект по развитию общественной инфраструктуры за счет внебюджетных источников, а потом государство ее выкупает. Откуда появляются средства на это? При реализации инфраструктурных проектов возникает дополнительная экономическая активность, возникают и дополнительные доходы бюджета, за счет которых можно рассчитаться за привлеченные средства.


РГ: Такой опыт есть?


Баженов: Да. Например, формируется проект комплексного развития в Тыве. Проект по развитию целого ряда месторождений, в том числе предполагающий строительство железной дороги, который собирались осуществить с использованием средств Инвестиционного фонда, сейчас перезапускается. Есть отличный проект ГЧП в Калужской области по созданию автокластера, который продемонстрировал эффективность данного подхода.


Кстати, на сегодняшний день Калужская область - один из лучших примеров регионов, которые демонстрируют успех в привлечении прямых иностранных инвестиций, развитии новых промышленных производств, создании дополнительных рабочих мест. Даже в условиях кризиса у производств, расположенных в автокластере, было порядка 20 тысяч вакансий и они искали способ построить дополнительные общежития для персонала. Очень часто российские депрессивные территории имеют конкурентные преимущества, но не могут их реализовать в силу того, что для этого нужно снять определенные ограничения, осуществить пилотный проект. Тот самый, который, наконец, продемонстрирует, что и в этом регионе можно заниматься развитием производства. Часто регионы не депрессивные, а недоинвестированные.


РГ: В ВЭБе наблюдательным советом принята программа финансового содействия подготовке проектов регионального и городского развития. Что туда входит?


Баженов: В программу входит не только коммунальная инфраструктура, мы вообще не придерживаемся принципа ЖКХ - не ЖКХ, важно, чтобы проекты соответствовали основным задачам модернизации страны. Необходимо решать экологические проблемы. Экология - это инфраструктура управления отходами, очистки сточных вод, в какой-то степени водоснабжения. Если для муниципалитета это ЖКХ, то для региона - экология. Мы содействуем решению проблем энергоэффективности - это проекты в сфере теплоснабжения и модернизации зданий, принадлежащих регионам и муниципалитетам. Третья задача - решение проблемы доступного жилья и промышленного роста, мы поддерживаем проекты по обеспечению инфраструктурой площадок под комплексную жилую или промышленную застройку. Четвертая задача - решение транспортных проблем. Пятая проблема - социальная инфраструктура: образование, здравоохранение, культура, спорт. И, наконец, шестая тема связана с инфраструктурой государственного управления. Чтобы оказывать эффективные государственные услуги, нужно создать многофункциональные административные центры, электронное правительство, в основе которых лежит инфраструктура широкополосного доступа в Интернет. Чтобы администрации подготовить качественные проекты и привлечь инвестиции, нужны средства. А денег в бюджете на подготовку проектов нет. Можно это сделать за счет внебюджетных средств, но как тогда быть с прозрачностью конкурса? Поэтому мы готовы поддерживать инициативы администраций по подготовке проектов. Решение наблюдательного совета банка заключается в выделении в течение пяти лет 10 миллиардов рублей на подготовку проектов, по 2 миллиарда в год. Причем это не грант, а инвестиция, предполагающая возврат затрат. Сейчас мы завершаем формирование механизма использования этих средств. В рамках недавно завершившегося Петербургского международного экономического форума банк подписал с рядом администраций соглашения о подготовке такого рода проектов, в которых зафиксированы наши намерения. Конкретные шаги должны делаться администрацией, например, по подготовке пилотных концессионных конкурсов в сфере теплоснабжения, водоснабжения и водоотведения в Саратовской области, Красноярском крае, Свердловской области.


Хотя концессионная модель в российских условиях вещь недостаточно очевидная с точки зрения возможности привлечения инвестиций. Но если над ней не работать, то лучше она никогда не станет. Также мы подписали соглашение с Чеченской Республикой о подготовке проекта по строительству и модернизации инженерной инфраструктуры Грозного. Ведется работа по подготовке проекта по строительству железнодорожной магистрали Белкомур - это железнодорожная линия, которая должна связать север Урала с портами в Мурманске и Архангельске через Республику Коми. Ее реализация позволит более эффективно распределить грузопотоки, увеличить пропускную способность. В целом на сегодняшний день у нас в портфеле около 30-35 запросов администраций, по которым мы ведем работу.


РГ: И готовы дать деньги?


Баженов: Мы не даем рыбу, а предлагаем взять в руки удочку. Средства банка в рамках программы будут тратиться на приобретение консультационных услуг, связанных с формированием проекта. Это не означает, что мы подарим деньги и будем ждать, что же из этого получится. Обе стороны должны понимать, ради чего, что и в какие сроки должно быть осуществлено. Цель приобретения этих услуг не освоение денег, а формирование конкретного инвестиционно привлекательного проекта. Поэтому контроль за расходами на услуги ведем мы. Рассуждаем так: если вы хотите осуществить изменения в системе водоснабжения с привлечением частных инвестиций на условиях концессии, то давайте договоримся, какое техническое обследование должно быть сделано, и готовы его оплатить, если затраты к нам вернутся через 2-3 года или после проведения конкурса.


РГ: А у вас уже есть такие предложения?


Баженов: Такого рода запросы мы получаем от муниципальных и региональных администраций, дальше идет процесс согласования технических заданий, условий. Наша страна очень большая. С учетом того, что двадцать лет практически не велась деятельность по развитию инфраструктуры, тем более с привлечением внебюджетных инвестиций, то, безусловно, существует огромный пласт проблем. Но на сегодняшний день вопрос не столько в деньгах, сколько в том, что отсутствуют проекты, которые способны эти деньги принять, освоить, дать результат, вернуть инвестиции, заемные средства.


Кстати, во Франции родственная нам организация - Банк развития Франции - ежегодно предоставляет порядка 180 миллионов евро для региональных и муниципальных администраций на аналогичные цели. Наши два миллиарда рублей - это около 60 миллионов евро, в три раза меньше, чем во Франции, хотя потребности Франции в развитии инфраструктуры значительно меньше.


В России существует опыт Санкт-Петербурга, Всемирного банка, согласно которому предпроектная подготовка стоит 1-2% от стоимости проекта. Соответственно, когда мы говорим, что два миллиарда - это 1% от стоимости проектов, это означает, что мы содействуем подготовке проектов на 200 миллиардов в год. Учитывая, что средства возвратные, а программа носит револьверный характер, объем финансового содействия будет еще больше. Этих средств достаточно, чтобы придать существенный импульс региональному и городскому развитию. Поэтому данный инструмент де-факто формирует новый рынок - рынок инвестиционных проектов регионального и городского развития, который ранее ориентировался только на бюджетное финансирование.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка Владимира Дмитриева информационному агентству «РИА Новости».

11 июля 2011 года
#Публикации
Назад

Северный Кавказ ждут крупные инвестпроекты - глава госкорпорации ВЭБ


© РИА Новости
15:42 11/07/2011


Госкорпорация Внешэкономбанк (ВЭБ) начала направленную деятельность по финансированию проектов на Северном Кавказе в 2010 году, создав для этого Корпорацию развития Северного Кавказа. За прошедшее время ВЭБ уже начал реализацию проектов в Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, Дагестане и Чечне на несколько десятков миллиардов рублей. О перспективах и дальнейших планах улучшения и расширения инвестиционной среды в округе рассказал в интервью РИА Новости председатель ВЭБ Владимир Дмитриев.




- Владимир Александрович, расскажите о проектах, которые Внешэкономбанк реализует в Северо-Кавказском федеральном округе. Интересно, в каком они состоянии, когда мы сможем увидеть реальные результаты усилий государства по развитию региона?


- Основная задача Внешэкономбанка на Северном Кавказе – быть одним из основных источников финансирования наиболее перспективных и востребованных проектов и содействовать привлечению в регион масштабных инвестиций. По сути, мы -  проводник государственной стратегии развития Северо-Кавказского федерального округа, направленной на обеспечение  подъема местных производительных сил, стимулирование социально-экономического развития и гармоничную интеграцию в экономическое и гуманитарное пространство страны, а в конечном счете – улучшение качества жизни людей в регионе.


Для достижения этих целей у нас есть несколько инструментов, из которых я выделил бы три ключевых. Во-первых, во исполнение поручения Правительства Российской Федерации мы создали дочернюю структуру – Корпорацию развития Северного Кавказа, ориентированную на ведение активной практической инвестиционной деятельности в регионе. Во-вторых, открыли  Представительство Внешэкономбанка в г. Пятигорске, работающее во всех субъектах СКФО. Наконец, Банк выступил соучредителем компании "Курорты Северного Кавказа", созданной для строительства туристического кластера.


В круг приоритетных задач региональных структур ВЭБа входит тесное взаимодействие с местными администрациями и инвесторами, оценка социально-экономической эффективности реализации инвестпроектов и их сопровождение при опоре на финансовый и экспертный потенциал Банка.


Хотел бы привести несколько примеров проектов, реализация которых идет с применением ресурсов Внешэкономбанка: в Кабардино-Балкарии в городе Тырныауз ВЭБ финансирует техническое перепрофилирование завода силикатного кирпича в завод по производству гипсовых вяжущих и изделий на их основе. Стоимость проекта 6,8 млрд. рублей, участие Внешэкономбанка 4,6 млрд. рублей. В Карачаево-Черкесии мы финансируем проект по модернизации оборудования на сахарном заводе. Очень интересный проект у нас есть в Дагестане. Это строительство завода по производству флоат-стекла. Такое стекло используют при производстве современных качественных стеклопакетов, при строительстве современных зданий и т.д. Выпускаемая продукция будет иметь улучшенные характеристики, в том числе хорошие энергосберегающие свойства. В будущем планируется продавать это стекло не только внутри России, но и на зарубежных рынках. Внешэкономбанк участвует в этом проекте в объеме 6,9 млрд. рублей.


В Чеченской Республике открыто финансирование проекта по созданию крупного агропромышленного комплекса, реализуемого ОАО "Чеченагрохолдинг". На эти цели будет предоставлено 2,25 млрд. рублей. В рамках проекта планируется развитие мясного животноводства, растениеводства, переработки сельхозпродукции. Это очень важный для Республики проект, потому что он направлен и на обеспечение продовольственной безопасности и на борьбу с безработицей в Чечне.


- Недавно Внешэкономбанк открыл Представительство в Пятигорске. Расскажите, какие задачи оно будет реализовывать, какие у него планы.


- Мы открыли Представительство для того, чтобы оно помогало искать и проводить предварительный отбор качественных инвестиционных проектов в СКФО, соответствующих Меморандуму о финансовой политике Банка. Также мы видим задачей Представительства оказание консультационной поддержки потенциальным участникам проектов в ходе подготовки пакета документов, необходимого для проведения экспертизы и оценки социально-экономической эффективности проекта. Мы очень часто сталкиваемся с проблемой: есть потенциально очень интересный, важный и нужный проект, но, к сожалению, он недостаточно проработан. Представительство будет помогать инициаторам проектов "доводить их до ума".


Несмотря на то, что Представительство работает меньше года, проделана значительная работа. Организованы и успешно функционируют совместные с администрациями всех субъектов, входящих в округ, рабочие группы по отбору приоритетных инвестпроектов. Для повышения эффективности подготовки инвестиционных проектов и формирования кадрового потенциала на "местах" Внешэкономбанк проводит конференции, семинары и совещания с органами исполнительной власти.


Вот один из последних примеров. Совещание в г. Кисловодске, проведенное в апреле 2011 г., было посвящено изучению потенциальных инвестиционных проектов СКФО, а также механизму подготовки проектов в соответствии с требованиями Внешэкономбанка.


С презентациями инвестиционных проектов округа выступили представители региона. Были представлены проекты в области инфраструктуры туризма, агропромышленного комплекса и производства строительных материалов. Эксперты Внешэкономбанка провели консультации по вопросам подготовки бизнес-планов и финансовых моделей проектов с учетом особенностей региона и специфики данных отраслей.


В настоящее время Представительство оказывает содействие в подготовке документов инициаторам порядка 60 инвестпроектов. Их общая стоимость – 350 млрд. рублей, а предполагаемое участие Внешэкономбанка - 300 млрд. рублей.


- То есть в ближайшее время в СКФО могут быть начаты новые крупные проекты? Расскажите, какие из них могут быть запущены в работу до конца года?


- В первую очередь это проекты, связанные с созданием масштабного туристического кластера в СКФО, Краснодарском крае и Республике Адыгея. В ближайшее время органы управления Внешэкономбанка рассмотрят вопрос о финансировании в объеме 5,1 млрд. рублей проекта строительства всесезонного горного курорта "Архыз". Этот проект уже начал строиться на самом деле за счет средств инвестора – "Архыз-Синара", мы можем также к нему подключиться.


Внешэкономбанк, заключив межакционерное соглашение, выступает в качестве соучредителя компании "Курорты Северного Кавказа". У нас пакет акций на 300 млн. рублей.


Также хотелось бы упомянуть еще один проект в Чеченской Республике, который в настоящее время находится на рассмотрении в Банке. Это создание первого в регионе инновационного строительного технопарка "Казбек", в рамках которого будет построен комплекс заводов по производству самых современных строительных материалов для жилищного строительства, таких как блоки и плиты из ячеистого автоклавного газобетона, фиброцементные плиты и т.д.


Планируемый объем участия Банка в финансировании проекта составляет 4,5 млрд. руб. Реализация проекта позволит не только значительно повысить объемы строительства жилья в республике, но и обеспечить весь Северный Кавказ качественными и доступными по цене строительными материалами, производимыми на базе собственных минерально-сырьевых ресурсов региона.


Если говорить о других проектах, то возможно участие Внешэкономбанка в финансировании инвестиционной программы ОАО "РусГидро", в рамках которой планируется строительство приплотинной ГЭС на реке Аварское Койсу в Дагестане, а также строительство каскада Зарамагских ГЭС в Северной Осетии и Зеленчукских ГЭС в Карачаево-Черкесской Республике.


- А каковы планы созданной ВЭБом Корпорации развития Северного Кавказа? Как она будет участвовать в инвестпроектах в СКФО?


- В  апреле 2011 года Советом директоров Корпорации утверждена "Стратегия деятельности ОАО "Корпорация развития Северного Кавказа" до 2016 года". На рассмотрении Корпорации находится в настоящий момент более 30 проектов, из которых некоторые претендуют на финансирование, другие на консультационную помощь по привлечению частных соинвесторов, долгового финансирования от банков или на получение государственной поддержки.


Наиболее проработанные из этого пула проекты, претендующие на финансирование Корпорации, были вынесены на рассмотрение ее Совета директоров в апреле этого года, сейчас Корпорация готовит сделки к подписанию. Общий бюджет этих проектов составляет примерно 63 млрд. рублей с объемом участия Корпорации в размере более 7 млрд. рублей. Среди этих проектов уже упоминавшийся мною "Архыз", разработка месторождения медно-колчеданных руд Кизил Дере в Дагестане, строительство горнолыжного курорта "Ведучи" в Чечне. Также стоит отметить проект по созданию национального аэрозольного кластера в Невинномысске совместно с ОАО "Арнест", в результате которого будет налажено производство комплектующих для изготовления аэрозольной упаковки, которые в настоящее время поставляются из-за рубежа. Кроме того, Корпорация готовит к реализации проект по развитию курортной зоны Кавказских Минеральных Вод с участием крупного частного инвестора.


До конца III квартала КРСК планирует вынести на рассмотрение Совета директоров еще 4-6 проектов c объемом участия Корпорации около 5 млрд. рублей, в том числе и проект создания инновационного строительного технопарка "Казбек", о котором я уже говорил. Проект полностью отвечает целям и задачам Стратегии развития СКФО и является по сути уникальным, так как предусматривает внедрение самых современных мировых технологий жилищного строительства. Поэтому участие КРСК в его реализации совместно с Банком, на мой взгляд, не только придаст проекту соответствующий высокий статус, но и при относительно небольших финансовых вложениях КРСК в сумме не более 50 млн. рублей расширит практическое участие Корпорации в решении самых насущных социально-экономических проблем развития Северного Кавказа.


- Известно, что существуют проблемы недоиспользования регионами округа выделяемых средств на поддержку малого и среднего предпринимательства. Каковы, на Ваш взгляд, причины этого?


- Масштабы проблемы недоиспользования в СКФО кредитных ресурсов на поддержку малого бизнеса, с моей точки зрения, преувеличены. Наш дочерний Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства – МСП Банк (бывший банк ОАО "РосБР"), который сейчас является нашим основным каналом поддержки малого бизнеса, регулярно обновляет лимиты кредитования по регионам. В настоящее время на регионы СКФО установлены лимиты в размере 6 млрд. рублей, из которых банками-партнерами распределены уже 68%. А в Северо-Западном округе, например, который у нас достаточно хорошо развит, распределен 61%. По Дальнему Востоку распределено 48% лимита. Поэтому, повторюсь, проблема, конечно, существует, ее причина - в недостаточной развитости банковской системы в округе, и в недостаточном присутствии крупных федеральных банков на Северном Кавказе.


Специально для решения этой проблемы и стимулирования банков расширять кредитование малых и средних компаний в рамках нашей программы по финансовой поддержке малого и среднего предпринимательства разработан кредитный продукт "Рефинансирование – Регион", предполагающий предоставление финансирования по ставкам, уровень которых существенно ниже, чем в среднем по программе.

Назад

Интервью Директора Департамента инфраструктуры Внешэкономбанка Михаила Полубояринова журналу «СНИП»

23 июня 2011 года
#Публикации
Назад

«Наша задача – обеспечивать равномерное развитие страны»


Бизнес считает сферу инфраструктурного строительства непонятной, в большинство ее сег­ментов идет неохотно, механизмы по стимулированию инвестиций в нашей стране рабо­тают слабо. Решить ее проблемы без участия государства в настоящий момент невозможно. О механизмах этого участия «СНИПу» рассказал директор Департамента инфраструктуры Внешэкономбанка Михаил Полубояринов.


 - Михаил Игоревич, расска­жите о принципах участия Внешэ­кономбанка в инвестиционных проектах в сфере строительства инфраструктуры.


— Начну с того, что инфраструктура — это основа и двигатель экономического роста. Создавая ее, мы получаем колоссальный мультипликативный эффект: не только новые крупные инвестпроекты, но и развитие малого бизнеса, сферы услуг и в итоге — качественное улучшение жизни людей. Вот что для нас важно, и вот почему во Внешэкономбанке так много внимания уделяется модернизации и развитию инфраструктуры.


При этом как институт развития мы не имеем права конкурировать с занимающимися инфраструктурой коммерческими организациями. Впрочем, этого и не происходит ввиду того, что они финансируют более рентабельные и зачастую менее социально значимые проекты. Чаще всего это проекты с небольшим сроком окупаемости. Мы же, прежде всего, выбираем те, которые нужны для комплексного развития целых городов и регионов и опять-таки потенциально несут в себе мультипликативный эффект.


Реализация инвестиционных проектов, направленных на устранение инфраструктурных ограничений экономического роста, включая развитие энергетической и транспортной инфраструктуры, инфраструктуры жилищно-коммунального хозяйства, а также туризма, согласно Меморандуму о финансовой политике Внешэкономбанка, является одним из основных направлений нашей инвестиционной деятельно­сти. В целом наша задача — помогать обеспечивать равномерное развитие страны. Есть даже такой негласный принцип, что Внешэкономбанк должен обязательно поучаствовать в одном или нескольких инфраструктурных проектах в каждом субъекте РФ. При этом приоритет отдается слаборазвитым территориям: в богатые и успешные регионы, в которых достаточно качественных и прибыльных инфраструктурных проектов, мы идем в последнюю очередь.


 - Какие проекты ВЭБа наиболее значимы?


— Из того, что сейчас на слуху, это, конечно же, стройки предолимпийского Сочи. В частности, мы финансируем строительство первоклассного горнолыжного курорта Роза Хутор — при его общей стоимости 50,5 млрд рублей вкладываем 21 млрд. 4,9 млрд рублей Внешэкономбанк планирует инвестировать в строительство гостиницы для размещения представителей МОК в Имеретинской низменности. Еще 15,5 млрд составят вложения в создание основной Олимпийской деревни, а 11,8 млрд — в спортивно-туристический комплекс «Горная карусель». К Олимпиаде, как известно, возводится не только спортивная инфраструктура. Мы также финансируем завершение строительства аэропорта Сочи и грузового порта в устье реки Мзымта, инфраструктура которого со временем может быть переориентирована на яхтинг.


- «Когда у нас говорят об инфраструктуре, все обычно сводится к Сочи, саммиту АТЭС, футбольному ЧМ-2018… Вы же говорили, что цель Внешэкономбанка — обеспечивать равномерное развитие…


— Олимпиада сегодня — одна из важнейших государственных задач. Для нас дело чести довести финансирование ее строительства до конца. Поэтому я и начал перечисление с проектов в Сочи. На самом же деле — проектов море, и по самым разным направлениям.  Самые мощные, крупные — это строительство Западного скоростного диаметра (движение уже открыто) и новой автодороги Москва — Санкт­Петербург. Десятимиллиардный кредит выделен нами на 15 лет на реконструкцию аэропорта Пулково.  Если, например, говорить о жилых проектах, то мы участвуем в комплексной застройке микрорайона Академический в Екатеринбурге — там со временем поселятся 325 тыс. человек. Мы уже давно финансируем  проект строительства и реконструкции объектов водоснабжения в Ростове-на-Дону и рассматриваем аналогичные проекты в Краснодарском крае (участие банка — 4,2 млрд и 7,5 млрд рублей соответственно). Недавно открылся профинансированный нами транспортно-логистический центр «Янино» в Ленинградской области. 3,7 млрд рублей — объем участия банка в строительстве Орского вагонного завода в Оренбургской области. 2,7 млрд рублей будет вложено в реконструкцию предприятия по производству крупного вагонного литья на мощностях ООО «ВКМ­Сталь». Мы строим электростанции в Вологде, Астрахани, Великом Новгороде. Нашим стратегическим партнером является компания «РусГидро», с которой мы рассматриваем проекты в сфере малой гидроэнергетики. Сейчас прорабатывается вариант финансирования сети примерно из 60 малых гидростанций в Карелии и Ленинградской области. Финансируем и рекреационную инфраструктуру, в частности строительство гостиниц в Геленджике и курорта Золотое Кольцо в Ярославской области.


- Внешэкономбанк готов взять на себя финансирование нерентабельных, но социально значимых проектов, например дорожных?


— Нет. Безубыточность — один из принципов нашей работы, это прописано в Меморандуме финансовой политики банка. Поэтому любые проекты, в том числе дорожные, мы тщательно анализируем, строим их финансовые модели. Если мы видим какие-то перспективы, то дальше уже подбираем способ реализации: гдето требуется дополнительная господдержка, где-то подходит концессионное соглашение.


- Рассказажите об этом подробнее: какие схемы финансирования проектов использует ВЭБ, как он взаимодействует с партнерами: бизнес-структурами, властями ит.д.


— Наши схемы чаще всего предполагают прямое проектное финансирование. То есть во многих случаях баланс инициатора проекта напрямую не задействуется. Но одним из основных условий при этом является наличие у заемщика банка собственных средств в объеме не менее 30% от


стоимости проекта и опыт реализации аналогичных проектов. Ведь очень часто бывает так: приходит крупная компания, которая хочет построить гидроэлектростанцию (завод, дорогу), но, поскольку она уже перекредитована, ей непозволительно брать новые кредиты. А между тем проект может быть хорошим, нужным, имеющим высокий потенциальный спрос… В таких случаях мы проводим дополнительную экспертизу, и если проект действительно необходим государству, то для его реализации создается отдельное предприятие с чистым балансом. Акции этого предприятия передаются в залог ВЭБу, и все, что строится в процессе сотрудничества, также становится залоговой массой кредитора. В дальнейшем же мы просто следим за тем, чтобы в процессе работы, например, электростанция возвращала выделенные средства. У нас различные принципы приотборе проектов. Так, например, в сфере ЖКХ в качестве заемщикаможет выступить любое крупное хозяйство, например коммунальное. Так, под риск «Водоканала» в Ростове или Екатеринбурге мы вполне можем дать средства на строительство водоотведения, а компании-заемщики потом будут сами собирать тарифные платежи и надбавки к тарифам и за счет этого возвращать заемные средства. Второй принцип — мы можем открыть финансирование строительства инфраструктуры под поручительство солидной компании.


 Какие требования к экономическим критериям проекта предъявляются? Каким он должен быть, чтобы вписаться в инвестиционную модель банка? Каковы условия сотрудничества?


— Главный критерий любого инфраструктурного проекта — он должен соответствовать Меморандуму о финансовой политике Внешэкономбанка. Там очень много требований и по отраслям, в которых мы реализуем проекты, и по экономическимпараметрам: как я отмечал выше, срок окупаемости — не менее пяти лет, общая стоимость проекта не должна быть меньше 2 млрд рублей. Если предлагаемый проект соответствует Меморандуму, то мы проводим анализ, определяем его социальную значимость и важность для государства, смотрим на окупаемость, прорабатываем механизмы закрытия рисков. Если срок окупаемости — пять лет и меньше, то он, скорее всего, будет интересен коммерческим структурам, а мы, как я уже говорил, конкурировать с ними не должны. Поэтому мы берем проекты с более длинной возвратностью. У нас есть и 20-летние кредиты. Для нас также важны наличие собственных средств у заемщика, его способность вложить 30% от общего объема финансирования проекта. Остальное добавляет банк.


 - Можете назвать основные препятствия (правовые, организационные, технические, ментальные) для реализации планов банка по устранению инфраструктурных ограничений в масштабах страны, регионов, отдельных территорий?


— Пожалуй, главные препятствия вы уже сами назвали: правовые, организационные, технические, ментальные. В дополнение к этому приведу еще один пример: во многих сегментах ЖКХ нашим требованием является поддержка проекта муниципалитетами. Нужно и их бюджетное участие, в том числе в закрытии рисков тарифного регулирования, и установление долгосрочных линеек тарифов и/или надбавок к ним. Но необходимо понимать: большинство территорий не могут себе позволить ежегодного роста тарифов более чем на 15% — население не осилит. Особенно это касается дотационных регионов, где доходы у людей маленькие, а ситуация с состоянием ЖКХ наиболее плачевная, все нуждается в безотлагательной модернизации. Муниципалитету в эти 15% роста приходится закладывать все, что можно. Эффект от привлечения долгосрочных кредитов в модернизацию инфраструктуры оказывается наиболее заметным именно для таких регионов, которые, снижаянагрузку на тарифы, позволяют на несколько лет растягивать тарифную нагрузку от инвестиций и заменять единовременное включение в тариф т. н. инвестиционной составляющей на надбавку, идущую на погашение кредита и процентов по нему. И чем дольше срок кредита, тем ниже давление на тарифы. Мы, естественно, ни в коем случае не выступаем за опережающий рост тарифов на услуги ЖКХ, но проблема, тем не менее, есть, и муниципалитеты должны быть готовы направлять на ее решение бюджетные ассигнования.


 - Можете ли Вы охарактеризовать нынешний инвестиционный потенциал разных инфраструктурных направлений? Какова их приблизительная емкость?Сколько готов вложить ВЭБ?


— На 1 мая 2011 года органами управления Внешэкономбанка приняты решения по его участию в финансировании различных инфраструктурных проектов в размере 57,8 млрд рублей. При этом их общая стоимость составляет 176,2 млрд рублей. Если по направлениям — то на финансирование транспортной инфраструктуры будет направлено 38,6 млрд рублей, 7,2 млрд пойдет на энергетическое машиностроение и 12 млрд рублей — на энергетическую инфраструктуру. Общая стоимость инфраструктурных проектов, по которым на 1 мая текущего года Внешэкономбанком открыто/завершено финансирование (с момента создания государственной корпорации) составляет 540,9 млрд рублей, участие Внешэкономбанка — 322,8 млрд рублей.


В рамках поддержки экспорта ВЭБ участвует в финансировании проекта модернизации электрических сетей Республики Армения. Общая стоимость проекта составляет 2,2 млрд рублей, участие банка —918,2 млн рублей. Как видите, все проекты, которые финансирует ВЭБ, имеют принципиальное значение для развития страны. С нашей помощью государство решает архиважные задачи, которые в условиях рыночной экономики никто другой решать не может.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка Владимира Дмитриева информационному агентству «РИА Новости».

2 июня 2011 года
#Публикации
Назад

© РИА Новости
18:08 02/06/2011




УК Российского фонда прямых инвестиций получила прописку


МОСКВА, 2 июн - РИА Новости. Управляющая компания Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) в четверг была зарегистрирована ФНС, рассказал в интервью РИА Новости глава Внешэкономбанка Владимир Дмитриев.


РФПИ создается по поручению президента РФ. Глава государства заявил о намерении создать фонд еще на Всемирном экономическом форуме в Давосе в январе. РФПИ создается на базе ВЭБа с объявленным капиталом в 10 миллиардов долларов. Через механизм соинвестиций предполагается привлечь в ключевые сектора российской экономики до 50 миллиардов долларов прямых инвестиций.


"Сегодня в налоговой инспекции зарегистрировали управляющую компанию. Мы идем с опережением графика", - отметил глава ВЭБа.


Следующим этапом станет регистрация фонда в ФСФР, добавил Дмитриев.


По его словам, отрасли, в которые будет инвестировать фонд, определены: биотехнологии, телекоммуникации, агросектор, инфраструктура, инновационная энергетика и другие.


Вместе с тем фонд не будет ограничиваться только приоритетными отраслями, уточнил глава ВЭБа. Это должно развеять опасения потенциальных инвесторов в ориентированности РФПИ на стратегические государственные проекты в ущерб доходности.


Инвестиционные сделки могут быть инициированы как РФПИ, так и иностранным инвестором. В обоих случаях соинвесторы получают доступ к due diligence РФПИ, но проводят самостоятельный анализ инвестиционной возможности и принимают решения независимо от РФПИ.


В случае с РФПИ большая часть средств, порядка 80%, пойдет в российские проекты, а 20% - в зарубежные, но только в те, которые дают встречную синергию, трансфер технологий, имеющие российскую направленность, сказал глава ВЭБа.


Ожидаемый срок выхода из инвестиций - через пять-семь лет.


"Я уверен, что до конца года фонд сделает первые инвестиции", - отметил Дмитриев.


Финансирование


В этом году на формирование фонда будет выделено 62 миллиарда рублей из бюджета. "На этот счет есть соответствующее правительственное решение", - объясняет Дмитриев.


"Мы исходим из того, что взнос в фонд будет осуществлен ближе к сентябрю, и к этому времени мы должны отработать все механизмы с Минфином", - отметил глава ВЭБа.


РФПИ будет работать с двумя типами соинвесторов: долгосрочными финансовыми (суверенные инвестфонды, пенсионные и страховые компании, фонды прямых инвестиций с активами под управлением свыше 1 миллиарда долларов) и стратегическими (ведущие отраслевые компании с рыночной капитализацией свыше 1 миллиарда долларов).


Инвестиции будут осуществляться только при наличии соинвестора или группы соинвесторов в пропорции не менее один к одному (соинвестор/РФПИ).


"Требуемый минимальный уровень доходности (проектов) мы еще не обсуждали", - говорит глава ВЭБа.


Временно свободные средства РФПИ будут размещаться в высоколиквидные зарубежные ценные бумаги.

Управление

"Сейчас уже начался тот этап, когда можно формировать команду, наполнять
уставный капитал и презентовать фонд инвесторам", - сообщил глава ВЭБа.

Уставный капитал управляющей компании (УК) РФПИ составляет 300 миллионов
рублей.

Управление фондом будет трехуровневым. Наблюдательный совет, в частности, вырабатывает инвестиционную стратегию и одобряет крупные сделки. В функции инвестиционного комитета входят рассмотрение и принятие инвестиционных решений, а также детальное обсуждение предложений исполнительного менеджмента. На третьем уровне - гендиректор и правление фонда.


Гендиректором РФПИ назначен Кирилл Дмитриев из фонда прямых инвестиций Icon Private Equity.


"На нынешнем этапе важно сформировать наблюдательный совет, в компетенции которого будет утверждение инвестиционных сделок с определенного порога, который еще не установлен. Это прерогатива наблюдательного совета", - рассказал глава ВЭБа.


Уникальный фонд


Как говорит Дмитриев, создаваемый в России фонд - уникальный.


"РФПИ лишь тогда финансирует проект, когда есть соинвесторы. В этом его уникальность. Это представление разделяется большинством из тех, кто имеет отношение к фонду, в конечном итоге мы должны стремиться к тому, чтобы инвестор приходил без поддержки государства", - отметил глава ВЭБа.


"Мы пока вынуждены идти таким путем, понимая, что в России не все еще до конца понятно (иностранному) инвестору с точки зрения разделения рисков, сопровождения проектов. Квазигосударственные структуры иностранным инвесторам нужны", - признал он.


"Как правило, суверенные фонды создаются для инвестирования за рубежом, либо, и это характерно для стран Персидского залива, часть средств идет на формирование фондов, ориентированных на инфраструктуру внутри страны. Но в этих странах для реализации проектов соинвесторы не привлекаются", - пояснил Дмитриев.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка Владимира Дмитриева телеканалу «Россия 24».

19 мая 2011 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Россия 24",
ИНТЕРВЬЮ,
19.05.2011, 10:35


 


ВЕДУЩИЙ: Для развития государственно-частного партнерства и привлечения инвестиций в России делается немало - укрепляется законодательная база, выделяются деньги. Однако государство и предприниматели еще недостаточно компетентны в вопросах совместной работы, считает Председатель Внешэкономбанка Владимир Дмитриев. Как сделать совместную работу государства и частных компаний действительно эффективной и как реализуются меры по повышению инвестиционной привлекательности России, на эти и другие вопросы руководитель ВЭБа ответил в интервью, которое дал моей коллеге Эвелине Закамской.


КОРР.: Здравствуйте, Владимир Александрович. Спасибо, что нашли для нас время. Владимир Александрович, одним из ключевых условий построения новой, современной модернизационной экономики России является государственно-частное партнерство, то есть паритетное соотношение и сотрудничество бизнеса и государства. Внешэкономбанк - это как раз та структура, которая призвана выступать посредником между государством и бизнесом  в реализации разных проектов. В какой стадии, как Вы оцениваете сейчас развитие государственно-частного партнерства и какие условия необходимо соблюсти для того, чтобы оно развивалось?


Владимир ДМИТРИЕВ, Председатель госкорпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)": Мне кажется, за последнее время сделано немало с точки зрения создания законодательной инфраструктуры для того, чтобы государственно-частное партнерство в нашей стране заработало. Разумеется, одних законодательных инициатив на федеральном и на региональном уровне недостаточно для того, чтобы проекты в рамках государственно-частного партнерства реализовывались. Мы во Внешэкономбанке  уже несколько лет эту тему серьезно развиваем, у нас создан Центр государственно-частного партнерства и этот центр занимается не только поиском проектов, которые могли бы реализовываться на принципах государственно-частного партнерства, но и поддерживает тесные связи с региональными, муниципальными властями, работает с частным бизнесом, проводит различного рода обучающие программы и внедряет продукты по обучению участников проектов в сфере государственно-частного партнерства для того, чтобы ликвидировать и преодолеть совершенно очевидную во многих случаях некомпетентность в реализации проектов.


КОРР.: Мне интересно, с какой стороны здесь большая некомпетентность, - со стороны государства или предпринимательского сообщества?


Владимир ДМИТРИЕВ: Я думаю, что примерно в равной степени участники процесса не имеют адекватного представления о том, как и чем им заниматься с тем, чтобы обеспечить, с одной стороны, бюджетную эффективность, с другой стороны, чтобы проект стал привлекательным для частного бизнеса. Это хождение по мукам привело нас к тому, что, конечно, надо консолидировать работу, связанную с формированием национальных компетенций в сфере ГЧП.


КОРР.: То есть учиться, учиться и учиться.


Владимир ДМИТРИЕВ: Учиться и внедрять в практику тот багаж, который мы формируем.


КОРР.: Где и как вы предлагаете это делать?


Владимир ДМИТРИЕВ: Поначалу мы рассчитывали, что справимся самостоятельно с этой серьезной задачей. Мы устраивали телеконференции, мы устраивали семинары на базе Внешэкономбанка, на базе Академии государственной службы, на базе Финансового университета, мы организовывали выездные совещания в регионы, устраивали межрегиональные совещания. Это, конечно, исключительно трудоемкий затратный процесс. И в конечном итоге мы пришли к выводу, что нашим естественным, в этом смысле партнером с точки зрения формирования и научной базы, и профессиональных компетенций должен стать Финансовый институт при Правительстве Российской Федерации. Было подписано дополнение к уже существующему соглашению о сотрудничестве между Финансовым университетом и госкорпорацией "Банк развития и внешнеэкономической деятельности", предусматривающее создание кафедры государственно-частного партнерства в Финансовом университете и формирование на этой кафедре серьезных компетенций как для государственных участников различных проектов, так и для частного бизнеса.


КОРР.: Вы тем самым помогаете себе сами, да? Повышая уровень тех, с кем вам предстоит сотрудничать в будущем?


Владимир ДМИТРИЕВ: Безусловно, этот процесс имеет исключительно важное значение для нашей практической деятельности. Надо сказать, что Наблюдательный совет Внешэкономбанка, осознавая необходимость поддержки проектов различных ипостасей инфраструктуры региональной и муниципальной, принял ряд серьезных решений. Ежегодно Внешэкономбанк будет выделять 2 миллиарда рублей, которые будут распределяться на поддержку проектов инфраструктуры региональной, муниципальной в виде финансирования проектных компаний, работающих на предпроектной стадии, формирование соответствующих проектов, которые могут публично выставляться на конкурсы для привлечения частных инвестиций. Только для Москвы помимо этих 2 миллиардов в этом году выделяется 900 миллионов рублей для предпроектной работы и формирования проектов, которые могут быть привлекательны для частного бизнеса в сфере московской инфраструктуры.


КОРР.: Владимир Александрович, что еще важно для развития ГЧП? Может быть, законодательные инициативы, законодательные пробелы по-прежнему существуют? И мы знаем немного положительных примеров государственно-частного партнерства. Какие Вы бы могли выделить?


Владимир ДМИТРИЕВ: У нас создано, на мой взгляд, неплохое законодательство, позволяющее двигать проекты в сфере государственно-частного партнерства: это закон о концессиях, это создание такого института, как инвестиционный фонд, это, в конце концов, создание институтов развития, которые призваны работать в этой сфере. Мы имеем в ряде регионов весьма продвинутое законодательство, напрямую имеющее отношение к государственно-частному партнерству, - это Санкт-Петербург, Ханты-Мансийск. Более чем в 30 регионах приняты соответствующие региональные законы, позволяющие бизнесу и власти взаимодействовать в государственно-частном партнерстве. Но, к сожалению, из, наверное, сотни, если не больше, проектов, которые могли бы быть реализованы, мы видим, что большая их часть пока находится на уровне "хотелок". Это неполноценные проекты, их нельзя публично представлять на конкурсы, они не являются привлекательными для частного бизнеса. И поэтому, конечно, роль кафедры, роль институтов развития состоит в том, чтобы и частный бизнес, и власти на различных уровнях готовить к компетентному, профессиональному формированию проектов, к совершенствованию законодательства.


КОРР.: И все-таки, наверное, нужно напомнить отрасли, которые могут быть интересны для государственно-частного партнерства, и те проекты, которые сейчас реализуются, в том числе с помощью Внешэкономбанка, - инфраструктурные проекты.


Владимир ДМИТРИЕВ: Говоря о проектах, первые два крупных проекта, основанные на принципах государственно-частного партнерства в таких масштабных секторах, - это инфраструктурные проекты - это платная дорога Москва - Санкт-Петербург, это обход Одинцово, это проекты здравоохранения и образования, которые в скором времени начнут реализовываться в Ханты-Мансийске, это инфраструктурные проекты в Санкт-Петербурге - Орловский тоннель, Северо-Западный диаметр. Это, кстати, масштабный проект, который реализуется в Ростове-на-Дону - "Вода Ростова", где участвует инвестиционный фонд, где участвуют региональные власти и частный инвестор, это проект, связанный с водоканалом, с водоотводом, с водообеспечением. И в конечном итоге он даст возможность построить целый микрорайон на лучших принципах государственно-частного партнерства и международных практик.


КОРР.: Для реализации всех этих проектов необходимы существенные средства. Внешэкономбанк, кроме того, что активно эти средства выделяет, прибегает и к заимствованиям. В этом направлении вы создали сразу несколько прецедентов, я имею в виду рекордно синдицированный кредит почти в 2,5 миллиарда долларов и рублевый кредит, привлеченный из-за рубежа английским банком HSBC, в 160 миллионов евро. Для чего? Закончились свои деньги, как их отдавать, на что их тратить? Вот сразу несколько вопросов возникает в этой связи.


Владимир ДМИТРИЕВ: К сожалению, но это является известной международной практикой. Институты развития свою работу и финансирование инвестиционных проектов базируют либо на уставном капитале, либо на заемных средствах. Дешевых средств клиентов в пассивах Внешэкономбанка нет, в отличие от других банков с государственным участием. Поэтому для нас любой ресурс - это платный, причем платный рыночный, поэтому те привлечения, о которых Вы упомянули, являются примером такой работы с нашими кредиторами. Синдицированный займ в размере 2 миллиардов 450 миллионов трехлетний, по своим финансовым условиям он беспрецедентен для российского рынка и по своему объему, и по ставке - это либор плюс 130 базисных пунктов. По таким благоприятным условиям никто из российских заемщиков до сих пор не размещался. Средства пойдут на финансирование наших проектов, в том числе в сфере государственно-частного партнерства, хотя, конечно же, мы говорим и о проектах более масштабных в различных отраслях экономики.


КОРР.: Вы по конкретному списку еще не определились?


Владимир ДМИТРИЕВ: Дело в том, что все это вливается в общую кассу и бюджет и идентифицировать конкретно проекты, которые будут финансироваться из этого источникам, конечно, не представляется возможным. Но у нас, как говорится, "пай плэн" достаточно большой - это более триллиона рублей и, разумеется, часть из этих проектов начнут реализовываться, я имею в виду, финансирование откроется уже в этом году, поэтому, конечно, мы задействуем этот источник. Другой проект, о котором Вы сказали, - заимствование в размере 160 миллионов евро. В целом, проект больше 600 миллионов евро. Эти 160 миллионов были привлечены в рублях, эквивалент, я сказал, в евро. Это первая сделка подобного рода, когда иностранный банк при поддержке страхового агентства - речь идет о банке HSBC и о датском страховом агентстве, мы подписали это соглашение во время визита Председателя Правительства нашей страны Владимира Владимировича Путина в Данию. Это первый уникальный проект и направлен он будет, эти средства будут направлены на финансирование строительства крупного - более 3 миллионов тонн производства - цементного завода в Калужской области.


КОРР.: А выдавать кредиты в рублях зарубежным партнерам сейчас, наверное, выгодно с учетом тенденции укрепляющегося рубля. Сейчас может быть эта практика продолжена в дальнейшем?


Владимир ДМИТРИЕВ: Это так, особенно, когда у банков есть рублевая ликвидность, и они охотно идут на предоставление кредитов в рублях. Но привлекательность этой сделки состоит в том, что в новом сегменте рынка заимствований создаются условия для более масштабного использования рубля в наших взаимоотношениях с иностранными банками для финансирования проектов внутри страны. Это лишь часть той работы, которая связана с формирование в Москве международного финансового центра, регионального финансового центра, и превращения рубля в региональную валюту расчетов.


КОРР.: По поводу синдицированного кредита хотела уточнить, Владимир Александрович. Три года - все-таки маленький срок. Как его отдавать?


Владимир ДМИТРИЕВ: Практика предоставления синдицированных кредитов такова, что поскольку синдикация предполагает наличие множества иностранных партнеров и договоренности, как правило, не распространяются на горизонт свыше 3-х, максимум 5 лет. Для этого существует рынок капиталов, совершенно другой сегмент инвесторов, которые готовы играть в «длинную». И в этом смысле наш пример, когда в прошлом году мы разместили облигации 5-ти, и 7-и, и 10-и, и 15-летние, говорит о востребованности российского рынка и о готовности инвесторов вкладываться в «длинную».


КОРР.: И в продолжение темы стимулирования инвестиционной привлекательности России. А в какой стадии сейчас идея о создании Агентства по страхованию экспортных инвестиций?


Владимир ДМИТРИЕВ: Правительство внесло в думу законопроект о внесении поправок в закон о "Банке развития" с тем, чтобы на базе этого закона и поправок к нему, было создано в качестве стопроцентной "дочки" Внешэкономбанка Агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций. В данном случае мы говорим об экспортных кредитах и инвестициях, направленных на продвижение российского промышленного экспорта и поддержание инвестиционных устремление российских компаний за рубежом. Так вот, профильный комитет Государственной Думы рассмотрел этот законопроект. Есть надежда на то, что в самые ближайшие дни он пройдет первое чтение. И, мне кажется, все участники этого процесса, по крайней мере, насколько мне известно из бесед и постоянных контактов и в Думе, и Совете Федерации, все участники этого процесса заинтересованы в том, чтобы в весеннюю сессию этот закон прошел все слушания и был внесен президенту на подпись.


КОРР.: Владимир Александрович, и степень готовности Фонда прямых инвестиций.


Владимир ДМИТРИЕВ: Российский Фонд прямых инвестиций, мы рассчитываем, будет создан к Петербургскому экономическому форуму. На этот счет приняты соответствующие решения Наблюдательного совета, которые принимались в соответствии с поручениями, данными Президентом Российской Федерации Дмитрием Анатольевичем Медведевым. Решения эти имеют отношение, во-первых, к руководителю управляющей компании этого фонда - им становится Кирилл Дмитриев, известный в инвестиционных кругах специалист, профессионал, имеющий, во-первых, хорошее зарубежное образование, - у него за плечами два американских университета, во-вторых, это человек, отвечающий тем требованиям, которые мы согласовывали и с иностранными инвесторами для того, чтобы фигура во многом соответствовала работе на таком профессиональном уровне. Мы на Наблюдательный совет вынесли и согласовали инвестиционную декларацию и остальные документы, необходимые для того, чтобы управляющая компания была зарегистрирована, и мы могли формировать соответствующие органы корпоративного управления. Исходим из того, что этот фонд, а точнее управляющая компания будет работать, основывая свою деятельность на лучших международных практиках, будет функционировать инвестиционный комитет, Совет директоров, Наблюдательный совет. Во все эти органы будут приглашаться специалисты, известные рынку. По нашему глубокому убеждению, и эта позиция поддерживается иностранными партнерами создаваемого фонда. Фонд должен быть изолирован от какого-то бы  ни было административного влияния. Он должен работать, исходя из принципов надежности инвестиций, окупаемости и, что тоже поддерживается иностранными партнерами, его направления деятельности должны соответствовать основным направлениям модернизации и инновационного развития российской экономики. Самое главное, что идея, изначально заложенная в фонде, об участии фонда в проектах, привлекательных для иностранных инвесторов, при соотношении рубль из фонда - минимум 2-3 рубля из иностранных фондов, но идеальное соотношение 1 к 5. Будь то суверенные либо фонды прямых инвестиций, - эта идея поддерживается нашими потенциальными партнерами. Сейчас в Москве находится представительная команда и руководство суверенных фондов зоны Персидского залива, Юго-Восточной Азии, Китая, фондов прямых инвестиций, известных фондов прямых инвестиций из Америки и Великобритании. У нас максимальное понимание, мы говорим на одном общем языке - на профессиональном языке, и это вселяет дополнительный оптимизм в то, что фонд не только будет создан к Петербургскому форуму, но уже в этом году он начнет свою активную работу.


КОРР.: И тогда у меня последний вопрос, Владимир Александрович. Каждый год в середине июня в Петербурге вы говорите, вы и участники Петербургского экономического форума, говорят о деловом климате и инвестиционной привлекательности России. Если сравнить 2008 и 2011 годы, как Вы оцениваете ситуацию сейчас?


Владимир ДМИТРИЕВ: Говоря о России июня 2008 года, конечно же, инвесторы и мы понимали, что, будучи частью глобального рынка, глобальной экономики, глобальных финансовых рынков, Россия неизбежно окажется под влиянием уже в то время очевидного для Запада кризиса, финансового, в том числе. Сейчас есть уверенность в том, что по прошествии трех лет мы из этого кризиса выходим. Хотя экономика восстановилась не полностью, но, что называется, по своей кафедре  я могу сказать, что деловой климат оживает, безусловно. Мы видим нарастающее число очень интересных проектов.


КОРР.: Если дорога выбрана правильно, главное с нее не сворачивать. Я благодарю Вас за это интервью и желаю успеха.


Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу "Россия 24". (Москва, "Неделя Российского бизнеса 2011")

21 апреля 2011 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Россия 24",
МНЕНИЕ,
21.04.2011, 23:21


 


ВЕДУЩИЙ: Вас ждет интервью с главой Внешэкономбанка Владимиром Дмитриевым о Фонде прямых инвестиций, который планируется запустить уже этим летом, и его задачах.


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: Здравствуйте, Владимир Александрович, спасибо, что нашли нас время.


Владимир ДМИТРИЕВ, председатель ГК "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)": Добрый день.


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: В диалоге власти и бизнеса наметилась в последнее время устойчивая тенденция: государство ждет прямых инвестиций и ждет повышения деловой активности. На Ваш взгляд, что может способствовать этому, какие шаги со стороны государства, со стороны бизнеса? И как в этом участвует Внешэкономбанк?


Владимир ДМИТРИЕВ: Для нас тема инвестиционной привлекательности России и привлечения инвестиций является одной из ключевых в основных направлениях нашей деятельности. Поэтому, конечно, мы вовлечены в этот процесс. Из того, что в последнее время предлагается сделать, и на наш взгляд, существенно должно привлекательность инвестиционную России увеличить, это конечно же, создание Фонда прямых инвестиций. Президентская инициатива, которая была и в прошлом году озвучена, и в этом году, получила новые импульсы, в том числе в ходе выступления Дмитрия Анатольевича Медведева в Давосе. В конечном итоге выросло в поручение Внешэкономбанку, правительству, рабочей группе по созданию Международного финансового центра в Москве, к Международному экономическому форуму в Санкт-Петербурге, реализовать практически все мероприятия по созданию такого Фонда прямых инвестиций. Мы считаем, что вполне реально добиться привлечения существенных средств иностранных, да и российских инвесторов в российскую экономику под флагом того, что государство берет на себя ответственность по разделению рисков с частным инвестором. Причем соотношение 1:5 как минимум. А те проекты, в которые Фонд будет инвестировать, то есть один рубль фонда - пять рублей частных инвестиций, иностранных и российских, причем в те сектора экономики, - и в этом смысле наши переговоры с инвесторами показали, что они для них также являются привлекательными, - в те сектора экономики, которые являются приоритетными с точки зрения модернизации и инновационного развития России.


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: Что можно ответить на критику о том, что фонд слишком маленький, слишком маленькие суммы туда закладываются?


Владимир ДМИТРИЕВ: Я думаю, что те, кто относится пока скептически к этому, ну наверное, не совсем понимают специфику работы фонда прямых инвестиций, поскольку речь идет в общей сложности о 10 миллиардах, которые государство готово в течение пяти лет выделить на формирование этого фонда. Разумеется, это проекты, каждый из которых не менее 100-150 миллионов долларов, требуют серьезной подготовки. И конечно, в одночасье мы не сформируем так называемый пайплайн, который будет понятен для инвесторов и в который они готовы будут инвестировать большие ресурсы. Но тем не менее мы рассчитываем, что до конца этого года фонд в размере порядка 2 миллиардов долларов будет сформирован, и мы начнем до конца года представлять на рассмотрение инвестиционного комитета управляющей компании соответствующие предложения. Говоря о том, что "мы", я имею в виду прежде всего управленцев этого фонда, управляющие компании. Потому что ни государство, ни Внешэкономбанк не намерены администировать этим фондом, он должен структурирован быть таким образом, чтобы у инвесторов была полная уверенность в самостоятельном принятии решения. Но разумеется, будут и другие формы управления этим фондом. Я сказал об инвестиционном комитете, мы намерены и серьезный Наблюдательный совет предложить, и международный экспертный совет с тем, чтобы работа фонда была прозрачной и понятной для частных инвесторов.


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: Посмотрите, какое уникальное положение у Внешэкономбанка. С одной стороны, ВЭБ сам инвестор и ищет проекты, куда можно вкладывать деньги внутри страны. С другой стороны, Вы привлекаете инвестиции из-за рубежа. Поэтому Вы можете оценить ситуацию со всех сторон. Что Вы можете сказать?


Владимир ДМИТРИЕВ: В этом есть большая доля правды. Мы скорее не инвестор, а предоставляем кредитное плечо крупным инвестиционным проектам. Хотя в отдельных ситуациях мы выступаем и в качестве инвестора, и участвуем в капитале компаний. Действительно, для нас эта позиция во многом уникальна. Но уникальность связана с преимущественной такой позицией. Мы все-таки организация государственная, у нас Наблюдательный совет, возглавляемый по закону председателем правительства и формируемый из вице-премьеров и министров профильных для нашей деятельности министерств, по сути дела определяет политику Внешэкономбанка. И она, разумеется, реализуется в русле основных направлений экономической политики государства. И конечно же, наличие в качестве партнера Внешэкономбанка для иностранных и российских инвесторов дает серьезную уверенность в том, что сопровождая проекты, мы во многом будем помогать инвесторам в непростой инвестиционной среде, в совместном выборе приоритетных проектов, которые бы отвечали не только настроениям инвесторов, но и были бы привлекательны и важны для российской экономики. Разумеется, мы имеем в виду проекты, которые с точки зрения привлекательности для инвесторов приносили бы им существенный доход. Мы ориентируемся на доходность в размере 15-20 процентов, что на самом деле...


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: Это немало.


Владимир ДМИТРИЕВ: Вполне, вполне серьезны для инвесторов, вкладывающихся в развивающиеся рынке, это серьезные параметры.


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: Сегодня активно развивается дискуссия о присутствии государства в бизнесе. Я бы хотела Вас спросить о возможностях и перспективах государственно-частного партнерства. Потому что очевидно, что сейчас для инвесторов все-таки присутствие государства - это некая гарантия стабильности.


Владимир ДМИТРИЕВ: Для нас тема государственно-частного партнерства тоже не нова и является одной из приоритетных в основных направлениях нашей деятельности. Мы с Вами и по этой теме неоднократно разговаривали, и Вы в курсе, что в ВЭБе создан центр, центр государственно-частного партнерства, который стал по сути дела квазифедеральной структурой, помогающей региональным, муниципальным властям в структурировании прежде всего инфраструктурных проектов, проектов на принципах государственно-частного партнерства. Совсем недавно мы пошли дальше в реализации этого направления. Мы создали специальный фонд поддержки проектов, которые реализуются в рамках государственно-частного партнерства. Решением набсовета на эти цели ежегодно ВЭБ будет выделять 2 миллиарда рублей, и они будут направляться на предпроектные работы, разработку проектно-сметной документации, с тем чтобы заместить региональные и муниципальные бюджеты, испытывающие определенные бюджетные напряжения. С тем, чтобы сформировать проект и потом выставить его на конкурс для потенциального инвестора, компенсировав за счет последующих инвестиций затраты Внешэкономбанка. Мы уже сформировали пакет первых проектов в отдельных регионах. Дополнительно, кстати, к этим 2 миллиардам на 2011 год для Москвы выделены 900 миллионов рублей. Мы входим в специально созданную у нас при Московском правительстве рабочую группу, где проходит селекция проектов в рамках государственно-частного партнерства. Ну и с другой стороны, в целом идея государственно-частного партнерства пусть медленно, но достаточно уверенно пробивает себе дорогу. Мы видим, как реализуются крупные инфраструктурные проекты, основанные на государственно-частном партнерстве. Это платная дорога Москва - Санкт-Петербург на участке 1558, обход Одинцова, это Пулковский аэропорт ну и целый ряд других проектов. Поэтому идея исключительно правильная, есть достаточно много примеров в других странах, где многие инфраструктурные проекты реализуются именно на этих принципах.


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: Ну и наверное, перспективны венчурные, инновационные проекты именно для этой формы сотрудничества?


Владимир ДМИТРИЕВ: Безусловно, безусловно. И вот в этой сфере, конечно, важно отметить наше соглашение о сотрудничестве с ведущими государственными и частными организациями, работающими в венчурной и инновационной среде. В прошлом году подписано было соглашение о сотрудничестве, где участвуют Внешэкономбанк, Роснано, Российская Венчурная компания, Фонд поддержки малых форм предпринимательства в инновационной сфере, и еще целый ряд организаций являются членами, участниками этого соглашения. Буквально несколько недель назад к нему подключился фонд "Сколково". И здесь мы пошли по примерно такому же пути, как и в плане поддержки инфраструктурных проектов, основанных на государственно-частном партнерстве в муниципальной, региональной сфере. Мы собираемся представить на Наблюдательный совет предложение о создании специального фонда, который бы занимался поддержкой венчурных проектов на предпроектных стадиях. То есть это стадия проработки соответствующей документации и финансирования проектно-сметной документации с тем, чтобы потом обеспечить коммерциализацию того или иного инновационного проекта. Эти проекты связаны исключительно со "Сколково", и мы считаем, что для частных предпринимателей, работающих в инновационной сфере, вот такая поддержка на нулевой стадии окажется исключительно важной.


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: Ну и последний вопрос, Владимир Александрович. А Вы верите в идею Международного финансового центра в Москве? Казалось бы, нет видимых преимуществ Москвы по сравнению с Лондонской или Гонконгской биржей. Каким компаниям мы можем быть интересны...


Владимир ДМИТРИЕВ: Ну если бы я не верил в эту идею, то конечно бы, не являлся одним из проводников ее. И здесь у нас в стране, и за рубежом. Ряд сотрудников нашего банка входят в соответствующие подразделения рабочей группы по созданию Международного финансового центра. И наша деятельность, в том числе та, о которой я говорил, по созданию современной инфраструктуры и механизмов ее финансирования, направлены в том числе, если мы говорим о Москве, в том числе на формирование Международного финансового центра. Конечно, нужно многое еще сделать. Речь идет не только о транспорте, о социальных аспектах, о финансово-экономических аспектах - таких как создание единого депозитария, объединения бирж, создание привлекательного финансово-инвестиционного климата, и другие аспекты исключительно важны. И мне в общем достаточно комфортно в этом смысле, потому что то, что нужно делать для создания Международного финансового центра, во многом совпадает с приоритетными направлениями деятельности Внешэкономбанка.


Эвелина ЗАКАМСКАЯ: Спасибо.


Владимир ДМИТРИЕВ: Спасибо.


 

Назад