Основные стадии развития практики применения документарных аккредитивов (правовые аспекты)

5 октября 2004 года
#Публикации
Назад

"Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов" (далее - "УПО") представляют собой уникальный свод правил, разработанный и утвержденный Банковской комиссией Международной торговой палаты (МТП), и отражает обобщенную и сформулированную в виде правил международную практику расчетов в форме документарных аккредитивов.


УПО отличают следующие основные черты:




  • правила устанавливаются самими участниками расчетов, а не законодательными или регулирующими органами;


  • последовательные редакции правил отражают изменения,


  • происходящие в действующей практике проведения операций;


  • отдельные положения правил могут быть исключены или скорректированы условиями конкретного аккредитива;


  • правила пользуются всеобщим признанием в качестве основного инструмента регулирования отношений, возникающих в процессе совершения операций с документарными аккредитивами.

В своей содержательной части существующие законодательные акты (Конвенция ООН О независимых гарантиях и резервных аккредитивах, Статья 5 Унифицированного коммерческого кодекса США и т.п.), а также многочисленные судебные решения опираются на положения действующих УПО.


Для понимания системы УПО необходимо охарактеризовать основные стадии их развития как свода правил. Под "стадиями" в данном случае понимаются не последовательные отрезки эволюции, а принципиальные аспекты правил, подвергавшиеся изменению с течением времени.


Само по себе развитие УПО не было неизбежным, равно как не было обязательным и их последующее всеобщее признание. Тем не менее, они существуют уже более 70 лет и пересматриваются практически каждое десятилетие.


Не смотря на то, что многие могут не согласиться с тем, как именно стадии развития УПО выделены в данной статье, предлагаемый подход в целом обеспечивает понимание природы аккредитивной практики, процесса ее формирования и, что особенно важно, толкования.


Толкование имеет исключительное значение для практического применения УПО, т.к. способ их изложения лишен системности и требует знания многих базовых аспектов практики a priori. Именно по этой причине каждая новая редакция УПО сопровождается официальным комментарием, позволяющим обеспечить единообразное понимание и толкование правил участниками аккредитивных операций и защиту той или иной позиции в суде.


Знание практики, предшествовавшей УПО, также необходимо для понимания того, что являет собой понятие "разумная практика". Не всякая практика является разумной, и не любая разумная практика получает всеобщее признание.


УПО снискали всеобщее признание, поскольку они нейтральны, то есть их положения не создают преимуществ той или иной стороне в аккредитивной сделке, а обеспечивают им равную защиту интересов. Достичь этого удалось, главным образом, за счет инструктивного (рекомендательного) характера УПО.


По этой причине и покупатели, и продавцы, и банки готовы принимать положения УПО с минимальными оговорками. Возможность оговорок предусмотрена самими УПО, допускающими отмену или изменение действия тех или иных своих положений в отношении аккредитивов, оговаривающих частичное или видоизмененное подчинение УПО. Следование положениям УПО не является обязательным, оно носит договорный характер.


Некоторые из рассматриваемых стадий развития УПО непосредственно связаны с законодательством. По мере расширения сферы применения УПО такая взаимосвязь становилась все более неизбежной. УПО не являются законом, и их принудительное исполнение, или толкование в обязывающей форме, нуждается в "благословении" закона.


Своими корнями УПО уходят в период Первой мировой войны, когда лондонские клиринговые банки постепенно утрачивали свои позиции в качестве мировых финансовых арбитров. До этого времени господствовала практика ведения операций, которую клиринговые банки устанавливали с каждым из своих корреспондентов в отдельности, основывалась на неких собственных общих принципах, а не на общепринятом своде правил.


Примером такого "общего" принципа являлся принцип осмотрительности при проверке документов. При этом правила проверки не были четко определены, что не позволяло выяснить в каждом конкретном случае, была ли проявлена достаточная осмотрительность. Именно нежелание следовать своду письменных правил объясняло отказ британских банков от принятия УПО вплоть до 1962 года.


За пределами Британской империи - в Европе и США - правила появились как следствие децентрализации международных операций после Первой мировой войны. Наиболее известными стали правила, принятые в 1919 году предшественником находящейся в США Международной ассоциации финансовых услуг. Эти правила впоследствии неоднократно пересматривались и именно они послужили основой первой редакции УПО, принятой МТП в 1933 году по настоятельной просьбе американских банков. Впервые УПО были пересмотрены в 1951 году, однако в то время существенных изменений они не претерпели.


В угоду британским банкам в 1962 году был предпринят более обстоятельный пересмотр правил. Работу по объединению британской практики и практики, сложившейся в остальном западном мире, возглавил представитель Великобритании в Банковской комиссии МТП, Бернар Вебл (Bernard Weble). В процессе этой работы он стал председателем самой Банковской комиссии и оказал впоследствии значительное влияние на редакции правил 1974 и 1983 годов.


С целью приобщения социалистических стран к использованию УПО, МТП заручалась одобрением текста УПО, начиная с редакции 1974 года, Комиссией ООН по праву международной торговли. Последний самый значительный пересмотр УПО, открывший "пост-Вебловский" этап развития правил, был осуществлен в 1993 году.


Редакции 1974 и 1993 годов в основном отражали изменения в области транспорта и связи и перераспределение прав и обязанностей участников аккредитивной операции.


До тех пор, пока аккредитивы применяются в международных расчетах, правила проведения операций с ними будут оставаться предметом периодического пересмотра, о чем свидетельствует начатая недавно разработка очередной редакции УПО.


Десять важных стадий

Стадия 1. Определение перечня документов, против которых должен осуществляться платеж.

Одно из основных положений УПО сформулировано в статье 5(b) УПО 500 и предусматривает, что в условиях аккредитива и любых изменениях его условий должны четко перечисляться документы, против которых должен быть осуществлен платеж, акцепт или негоциация. Сегодня это положение представляется настолько очевидным, что на него зачастую просто не обращают внимания, чего нельзя сказать о первых двух редакциях УПО, предоставлявших банкам право действовать по своему усмотрению.


Банк-эмитент мог решать, какие документы необходимы для подтверждения совершения операции независимо от их упоминания в аккредитиве. Такой подход, несомненно, давал банку значительную свободу в принятии решения о том, соответствуют ли представленные документы намерению сторон по завершению сделки, и обеспечивал защиту интересов банка. Первые редакции УПО не обеспечивали защиту интересов бенефициара и позволяли банкам, особенно при необходимости, защитить себя от неплатежеспособности приказодателя, применяя эти правила достаточно произвольно.


Начиная с редакции 1962 года, ситуация коренным образом изменилась. Отказываясь от представленных документов, банк должен был обосновать свои действия наличием конкретных расхождений документов с требованиями, предъявляемым к ним условиями аккредитива. Этот принцип в дальнейшем развивался и совершенствовался и обеспечил бенефициарам уверенность в том, что условия аккредитива в сочетании с положениями УПО и Международной стандартной банковской практики (МСБП - Методическое руководство "Международная стандартная банковская практика" было одобрено Банковской комиссией МТП в 2002 и регламентирует действия банков при приеме, проверке и отказе от документов.) обеспечат исчерпывающий перечень требований к документам, которые им необходимо соблюсти для безусловного получения платежа.


В редакции УПО 1993 года этот принцип был дополнен положением статьи 13(с), которая устанавливала, что "недокументарные условия", т.е. условия аккредитива, не определяющие документ, свидетельствующий об их выполнении, должны игнорироваться. Тем самым был подчеркнут документарный характер аккредитивного обязательства, а значит, любое недокументарное условие аккредитива перестало влиять на право бенефициара на получение платежа.


Результатом этих изменений стало повышение "репутации" аккредитивов, подчиненных УПО, как надежного платежного средства, что очень необходимо для такого популярного инструмента международных расчетов.

Стадия 2. Бортовые коносаменты.

Возможно, важнейшим правилом первых УПО было правило, определявшее содержание документа, который представлялся в случае, когда условиями аккредитива предусматривалось представление морского коносамента.


До начала Первой мировой войны при включении коносамента в список требуемых по условиям аккредитива документов подразумевалось, что этот документ будет свидетельствовать о погрузке товара на борт судна. Но уже в ходе войны в результате высокого спроса на перевозки по Северной Атлантике, нормой стали коносаменты, подтверждавшие только принятие товара для последующей погрузки и перевозки. В силу исключительной потребности в военных грузах возражений против предоставления таких коносаментов не возникало. В конце войны необходимость в заранее заказанных товарах отпала, и покупатели и их агенты стали искать способы уклониться от выполнения своих обязательств по оплате такого товара.


В этот период приказодатели стали отказывать банкам в возмещении сумм, уплаченных против коносаментов, подтверждавших принятие груза только к погрузке.


Несмотря на то, что сами банки не имели принципиальных возражений против представления того или иного типа коносамента, они не желали находиться в центре спора между покупателями и продавцами. Торговое сообщество не могло или не желало урегулировать этот вопрос, и это сделали банки, вернувшись к прежней практике, когда условие предоставления коносамента означало необходимость представления именно бортового коносамента.


Со временем УПО стали сводом как норм-дефиниций (например, в отношении термина "приблизительно"), так и норм-требований к документам (например, в отношении счета-фактуры). Эта нормативная функция УПО по сей день остается одной из их наиболее важных характеристик.

Стадия 3. Отзывные аккредитивы.

Не все аккредитивы являются безотзывными; отзывные аккредитивы пока еще существуют, хотя используются достаточно редко. Такие аккредитивы могут быть отозваны у бенефициаров даже после представления документов, и в случае неплатежеспособности приказодателя не имеют ценности как обеспечение платежа. В основном они используются в ситуациях, когда аккредитив необходим, например, по причинам валютного контроля, когда платежеспособность приказодателя не имеет принципиального значения (например, в отношениях между головной и дочерней компаниями). Очевидно, что отзывные кредиты гораздо дешевле безотзывных.


До 1993 года УПО содержали правило, по которому при отсутствии в аккредитиве указания на то, является ли он отзывным или безотзывным, аккредитив должен был считаться отзывным. (Это правило стало законодательной нормой ГК РФ и пока не претерпело изменений, несмотря на изменение международной нормы.)


Это правило нельзя было назвать справедливым или разумным, т.к. бремя контроля за возможными последствиями возлагалось на сторону, в наименьшей степени осознающую важность этого условия. В то время как банки были прекрасно осведомлены о сути данного различия, многие бенефициары полагали, что все аккредитивы одинаково безопасны и надежны, и не догадывались, что слово "безотзывный" должно фигурировать в тексте аккредитива. В результате правило стало "западней" для неосторожных бенефициаров.


Такое правило было нецелесообразным, и его применение, в отличие от большинства правил УПО, встречало противодействие со стороны судов. При отсутствии альтернативы решения по аккредитивам, подчинявшимся УПО, выносились с учетом этого правила, вместе с тем суды начали искать в его формулировке возможность каких-либо исключений и выносили решения, опираясь на существовавшую практику расчетов. В частности, суды искали в аккредитиве косвенные признаки того, что он выставлялся как безотзывный. К счастью, такая необходимость возникала нечасто.


Основной причиной сопротивления банков изменению презумпции отзывности на обратную было желание сохранить возможность - в случае ошибки в виде открытия по умолчанию отзывного аккредитива вместо безотзывного - легко исправить свою ошибку: исправление ошибки, допущенной при открытии безотзывного аккредитива, не позволяло легко ее исправить. Такое объяснение не было убедительным, т.к. не бенефициар, а именно банк, обладая всей полнотой специальных знаний, должен нести риск совершения такого рода ошибки.


При пересмотре УПО в 1993 году банковское сообщество пришло к решению заменить прежнее правило тем, которое теперь сформулировано в статье 6(с) УПО 500, и устранить, таким образом, одно из немногих положений УПО, которые можно было бы критиковать за одностороннюю защиту банковских интересов.

Стадия 4. Транспортные документы.

Транспортные документы всегда были "сердцем" аккредитивов, подчиненных УПО. Банки и приказодатели рассматривают их не только как подтверждение того, что заказанные товары находятся в пути, но и как средство обеспечения получения платежа или возврата товара. По этой причине транспортные документы имеют особое значение, и в большинстве редакций УПО им уделяется значительное внимание.


Положения УПО 500, касающиеся транспортных документов, содержатся в статьях с 23 по 33. Примечательна эволюция УПО от ситуации, когда основным транспортным документом был бортовой морской коносамент, до появления положений, касающихся таких видов транспорта (авиация и курьерская связь), о которых в период написания первых УПО никто даже не задумывался. В действующей редакции УПО нашли свое отражение такие новинки в сфере транспорта, как лихтерные и контейнерные перевозки.


Не все изменения были одинаково удачными. Например, включение статьи 24 о необоротной морской накладной предлагало схему перевода бумажных коносаментов в электронную форму, но она так и не нашла своего признания.


Помимо диверсификации видов транспортировки сами положения, касающиеся транспортных документов, стали более точными и четкими в отношении необходимых реквизитов, признаков приемлемых подписей, обязательной для указания информации, допустимости оговорок о перегрузке.


Эти изменения отражают тенденцию УПО к большей точности и четкости.

Стадия 5. Лишение права на заявление о несоответствии документов условиям аккредитива.

Статья 14(е) УПО 500 предусматривает, что банк, не предоставивший перечень расхождений, на основании которых он отказывается от оплаты документов, или не направивший своевременное и действительное извещение об отказе, лишается возможности утверждать, что представленные документы не соответствовали условиям аккредитива. В редакциях 1933, 1951 и 1962 года, т.е. до редакции 1974 года, которая очень близка к действующему в настоящее время тексту, это правило не было четко сформулировано.


Корректировка этого правила отражает существенное усовершенствование аккредитивной практики в целом и УПО, в частности.


Во-первых, нынешняя формулировка - это пример процедурного положения, предоставляющего возможность судебной защиты. С ним УПО выходят за рамки свода дефиниций, образуя систему правил, регулирующих поведение сторон аналогично законодательству. Во-вторых, это правило возлагает ответственность за уведомление именно на банки, т.е. на тех, кто контролировал процесс формирования УПО. Как таковое, оно отражает идеальный процесс нормотворчества, ведущего к созданию правила, обеспечивающего целостность системы, для которой оно предназначено. В-третьих, оно гарантирует бенефициару получение своевременного уведомления о любых заявленных расхождениях и возможность использовать его в последующих отношениях с банком в связи с соответствующим представлением документов.


Интересно отметить, что положение, устанавливающее детальные требования к содержанию извещения об отказе и срокам его отправления, "выросло" из положения, устанавливавшего, что банкам "следовало бы" делать, и подразумевавшего, что документы находятся в распоряжении лица их представившего.

Стадия 6. Время для проверки документов.

Что касается времени для проверки документов и направления уведомления, то правила изменялись: от неограниченного времени до "разумного" срока и, наконец, до семи банковских дней, установленных статьями 13 и 14 УПО 500. Эти изменения отражают "взросление" международного банковского сообщества и его стремление принять на себя обязательства в отношении сроков совершения расчетов по аккредитиву.


В нынешнем варианте данную норму нельзя считать достаточной: не установлен минимальный срок, которым располагает банк для проверки документов, то есть при рассмотрении спора в суде банку необходимо доказать, что время, затраченное им на проверку документов, даже если оно не превысило семь дней, было "разумным". Даже если документы были рассмотрены в разумное время, действующая формулировка не позволяет установить, было ли своевременно направлено уведомление об отказе. Более того, в соответствии с этим правилом в том виде, в каком оно изложено сейчас, устное заявление об отказе не является приемлемым (действительным). В результате данное правило теряет смысл и демонстрирует необходимость его толкования с учетом практики и традиций, которые и должны были быть отражены в нем.

Стадия 7. Отказ от прав, связанных с расхождениями.

Практика отказа от прав, связанных с расхождениями - это сфера, в которой УПО находятся в еще более незавершенном состоянии. Существуют два случая, когда отказ от прав, связанных с расхождениями уместен. В первом случае эмитент, устанавливая, что представленные документы содержат расхождения, запрашивает приказодателя, не согласится ли он принять документы в том виде, как они представлены. Во втором случае банк направляет уведомление об отказе, а бенефициар просит его запросить приказодателя на предмет отказа от прав, связанных с расхождениями.


В статье 14(с) УПО 500 рассматривают лишь первую ситуацию, но даже для нее действующим правилом регулируются не все возможные варианты развития событий. В результате этого в действующей практике возникли различные подходы к решению этой проблемы.


Действуя из опасения пропустить крайний срок направления уведомления об отказе и не имея уверенности в своем праве на весь семидневный срок, многие банки, инициируя получение согласия приказодателя на принятие документов с расхождениями, направляют формальное уведомление об отказе от оплаты, оговаривая свое право обратиться к приказодателю с целью получения отказа от расхождений.


Проблема при таком подходе заключается в том, что это является отступлением от системы УПО и создает либо риск непредъявления надлежащего уведомления об отказе, либо риск нарушения или ненадлежащего осуществления права владения документами в случае, если бенефициар потребует возврата документов после того, как они были переданы приказодателю в обмен на его отказ от расхождений. В случае роста цены на товар или нарушения приказодателем обязательств, вытекающих из торговой сделки, получение товара на основе выданных ему документов может привести к возникновению финансовой ответственности банка.


Существует несколько вариантов решения этой проблемы до пересмотра УПО, но ни один из них не является абсолютно удовлетворительным. Нет также уверенности в том, что пересмотр УПО поможет полностью решить эту проблему.


Что касается обращений о получении отказа от расхождений по инициативе бенефициара, то они оставляют открытым вопрос, является ли последующий процесс по своей сути инкассо или остается в рамках аккредитивной практики. Большинство специалистов полагает, что этот процесс остается в рамках аккредитива, и бенефициар сохраняет право ссылаться на положения УПО для защиты своей позиции.


Сказанное выше демонстрирует несовершенство нынешних УПО и сложности в решении некоторых проблем путем принятия или изменения правил.

Стадия 8. Предварительное извещение.

Статья 11(с) УПО 500 содержит завуалированную ссылку на возможность направления предварительного извещения о готовности выставить аккредитив, предусматривая, что банк, направивший предварительное извещение, безотзывно обязан выставить аккредитив на условиях, не противоречащих предварительному извещению. Предварительное извещение служит исключительно удовлетворению коммерческих потребностей: оно подтверждает бенефициару непосредственно перед заключением контракта готовность банка выставить аккредитив на соответствующих условиях.


Данное положение появилось в период пересмотра правил как следствие существовавшей тогда специфической практики, когда по просьбе приказодателя банки направляли бенефициару предварительное извещение, а затем в зависимости от изменения цены товара в ту или иную сторону выставляли аккредитив или направляли сообщение бенефициару, считать предыдущее сообщение недействительным.


Такая практика не только создавала условия для потенциального мошенничества в отношениях между продавцом и покупателем, но и подрывала доверие к аккредитивам в целом. В результате в редакции УПО 1993 года была заменена формулировка предыдущей редакции, и появился новый тип обязательства - "предварительное извещение".


Таким образом, был положен конец данному виду злоупотреблений, таким образом, УПО, помимо прочего, являются инструментом пресечения злоупотреблений в практике работы с аккредитивами.

Стадия 9. Оригиналы документов.

Изменение трактовки понятия "оригинал" в УПО - это сложная история, которая иллюстрирует сразу несколько аспектов правил. УПО 500 содержат три основных положения об оригиналах.


В соответствии с правилами бенефициар должен представить оригиналы транспортных документов, т.е. документы, которые, в том виде, в котором они представлены, выглядят оригиналами с точки зрения банка. Пытаясь избежать бессмысленных последствий такой формулировки, суды по-разному истолковывали смысл этого текста.


Причина заключается в том, что статья 20(b) была сформулирована неудачно. Сама Банковская комиссия МТП также приняла ряд решений, которые способствовали усилению путаницы. В результате банки стали предусматривать в условиях аккредитивов, что все представляемые документы должны иметь штамп "Оригинал".


Напряжение возрастало в течение ряда лет. Наконец, Банковская комиссия МТП издала документ, которым детально описывала практику определения оригинальности документов. Это описание проясняло, что банки не располагают информацией о том, как изготавливался документ, и могут определить является ли документ оригиналом только по его внешнему виду. Документ, который не выглядит явно как копия и содержит подпись, исполненную жидкими чернилами, считается оригиналом. Статья 20(b) стала рассматриваться как перечень дополнительных способов установления оригинальности.


Появление упомянутого документа МТП упростило практику работы, но специалисты ожидают, конечно, уточнений при пересмотре УПО 500.


Сказанное выше иллюстрирует необходимость четких и ясных формулировок при описании практики.

Стадия 10. Аккредитивы стенд-бай.

Аккредитивы стенд-бай впервые появились в США после Второй мировой войны как результат стремления банков Нью-Йорка использовать аккредитивы в случаях, не связанных с поставкой товаров. Их появление совпало с рождением независимой банковской гарантии в Европе. В силу ряда причин простое превращение зависимой гарантии в независимую было недоступно банкам США, т.к. законодательство не давало им права выдавать гарантии.


Возникший финансовый инструмент, без сомнения, стал разновидностью аккредитива, что позволило избежать трудностей, связанных с дифференциацией зависимых и независимых гарантий, возникших в других странах.


Этот факт вызвал противодействие со стороны европейских банкиров, которые склонялись к проведению различия, между независимыми гарантиями и коммерческими аккредитивами. Некоторые из них даже считали, что аккредитивы стенд-бай не должны подчиняться УПО, т.к. УПО не содержали упоминания о них. Несмотря на слабость такого аргумента (УПО не являются законом, который мог бы устанавливать перечень регулируемых им обязательств) он затрагивал интересы банков США, которые добились включения в редакцию УПО 1983 года специального упоминания аккредитивов стенд-бай.


Это было сделано двумя способами. В первых двух статьях, определяющих сферу применения УПО, появилось прямое указание на аккредитивы стенд-бай как составную часть понятия документарных аккредитивов. Одновременно в текст УПО были включены специальные ссылки на документы, которые предназначались для применения в практике аккредитивов стенд-бай.


Оба способа "увязать" УПО с аккредитивами стенд-бай по различным причинам проблематичны. Упоминание аккредитивов стенд-бай в разделе, касающемся сферы применения УПО в целом допустимо, но усиливает двусмысленность термина "документарные" [аккредитивы], используемого большинством европейцев в отношении аккредитивов, связанных с торговлей товарами. Согласно УПО термин "документарный" включает в себя оба понятия, хотя традиционно он активно используется в узком смысле для обозначения исключительно коммерческих аккредитивов.


Вторая проблема более серьезна. В некоторых случаях в УПО 500 применяется термин "использование" ("drawing"), чтобы сделать их применимыми к аккредитивам стенд-бай. Так, например, статья 41 УПО 500, относящаяся к использованию аккредитивов по частям, т.е. одновременно и к частичным отгрузкам, и к использованию, предусматривает прекращение действия аккредитива в случае нарушения определенных аккредитивом отрезков времени. Это правило справедливо в отношении коммерческих аккредитивов, но лишено смысла для аккредитивов стенд-бай, так как, по существу, делает невозможным достижение цели, ради которой открывается аккредитив стенд-бай.


В условиях несоответствия ряда положений УПО практике аккредитивов стенд-бай, использование УПО стало для аккредитивов стенд-бай своего рода ловушкой и привело к появлению в них сложных формулировок, необходимых для корректировки правил.


Несмотря на очевидное наличие проблем, пересмотр УПО 1993 года не затронул их.


Такое положение дел, в конце концов, привело к созданию в 1998 году специальных правил для аккредитивов стенд-бай, которые называются "Международная практика для аккредитивов стенд-бай" (International Stand-by Practices 1998) или ISP98. Эти правила широко применяются в практике аккредитивов стенд-бай. Однако остается большое количество аккредитивов стенд-бай, подчиняемых эмитентами УПО 500.


Открытым остается вопрос о том, какие ссылки на них останутся в следующей редакции УПО, если они вообще останутся.


Заключение


Приведенные примеры дают достаточное представление о 75-летней эволюции УПО, которая привела УПО и отражаемую ими практику к нынешнему состоянию. Совершенно очевидно, что УПО не являются чем-то неизменным, а также не обязательно оптимальным решением проблем или формулированием подходов к их решению.


Вместе с тем, УПО - это выдающийся рабочий продукт, создавший аккредитиву репутацию надежного средства платежа. Стремление укрепить репутацию аккредитива было поддержано всеми участниками аккредитивного процесса, включая суды, в особенности в вопросах, где указанная цель была реально достигнута. В тех же случаях, когда положения УПО неэффективны, или становятся способом оправдать отказ в платеже, или уводят бенефициаров в технические дебри, поддержка этих правил быстро ослабевает.


В свете изложенного, любое изменение УПО столкнется с определенными проблемами. Перестараешься, и продукт не получит поддержки. Сделаешь слишком мало, и практика возьмет верх над правилами. Настоящим вызовом, брошенным аккредитиву, стало снижение доли аккредитивов в объеме расчетных операций коммерческих структур в пользу других форм платежа и кредита. Если пересмотр УПО 500 усугубит эту проблему, упадок этого инструмента только ускорится. Если же пересмотр будет эффективным, то, вероятно, аккредитив будет и дальше активно использоваться в международных расчетах.

Источник

Банковское право, номер 3, 2004 год

Авторы

А.В. Зеленов, Директор Департамента финансовых институтов Внешэкономбанка, Вице-председатель Банковской Комиссии Международной торговой палаты
Проф. Джеймс Бёрн (James E. Byrne), Директор Института международного банковского права и практики, США

Назад

О развитии инфраструктуры рынка ценных бумаг в сфере взаимодействия между регистраторами и депозитариями

1 февраля 2004 года
#Публикации
Назад

Значительные изменения, произошедшие в инфраструктуре российского фондового рынка за последние несколько лет, коснулись, главной образом, депозитарной деятельности и в меньшей степени, регистраторской деятельности. Указанное обстоятельство может быть объяснимо следующими причинами.


Высокий уровень предлагаемых депозитариями услуг был продиктован стремлением депозитариев расширить клиентскую базу, привлечь на обслуживание клиентов со значительными объемами ценных бумаг и обеспечить рост числа операций по счетам депо. Являясь, как правило, дополнительным бизнесом к основным услугам на рынке ценных бумаг (брокерской, дилерской и др. деятельности), депозитарная деятельность развивалась в тесной связи с ростом активности участников торговых операций, адаптируясь к изменяющимся потребностям участников рынка. Депозитарии развивали круг проводимых операций, осваивали новые рынки, снижали тарифы, совершенствовали используемые технологии. Технологические платформы, построенные на базе SWIFT и других систем передачи информации, позволяют депозитариям проводить сделки с ценными бумагами в течение нескольких минут, в отличие от сделок в системе ведения реестра, которые могут занимать у регистраторов несколько дней.


По своей природе регистраторский бизнес, находясь на верхнем уровне учетной системы в отношении ценных бумаг российских эмитентов, стоит ближе чем депозитарный к фиксации права собственности на указанные ценные бумаги и, в основном, не нацелен на обслуживание торговых операций профессиональных участников фондового рынка с данными ценными бумагами. Круг операций регистраторов с ценными бумагами ограничен, максимальный уровень тарифных ставок определяется нормативными документами. Запрет на совмещение регистраторской и иной деятельности на рынке ценных бумаг также не способствует развитию данного бизнеса. Основной источник дохода для регистраторов обеспечивают эмитенты, которые в первую очередь заинтересованы в подконтрольности регистратора, надежности и конфиденциальности ведения реестра и в развитии технологической базы данной деятельности лишь в той степени, которая необходима для достижения основных целей.


В конечном счете инвесторы сталкиваются напрямую или опосредованно с целым рядом проблем при взаимодействии с регистраторами. Выделим ключевые из них.


Для приобретения акций или облигаций российских корпораций инвестор должен открыть счет в системе ведения реестра напрямую, или, как это часто бывает, через своего брокера, который, в свою очередь, может открыть счет номинального держателя на свое имя или воспользоваться услугами другого депозитария, уже имеющего счет номинального держателя в реестре. В случае если инвестор находится в Москве, а регистратор в регионе, процесс открытия счета затягивается, что связано с пересылкой всех необходимых документов по почте или самостоятельной доставкой документов регистратору. При этом ряд регистраторов обуславливают открытие счета одновременным зачислением на него ценных бумаг.


После открытия лицевого счета регистратор рассматривает передаточное распоряжение и либо в течение трех рабочих дней переводит ценные бумаги на счет покупателя, либо в течение десяти дней готовит отказ в приеме документов. При этом обязанности регистратора, в отличие от депозитария, не предусматривают направление в адрес зарегистрированного лица уведомления о том, что ценные бумаги зачислены на его счет. В связи с этим часто возникают ситуации, когда депозитарии, обслуживающие своих клиентов, узнают о зачислении бумаг на свой счет номинального держателя по истечении значительного времени. Так как перевод в системе ведения реестра происходит только на основании поручения передающей стороны, зачастую получатель ценных бумаг со значительной задержкой получает информацию об изменении состояния своего счета. Задержка в уведомлении номинальных держателей о движении по счету влечет за собой неопределенность даты фиксации прав инвесторов на ценные бумаги, так как существуют две даты фиксации прав – в реестре и в депозитарии, и возникает вопрос какую из них считать правильной.


Дополнительные сложности возникают вследствие предъявления отдельными регистраторами индивидуальных требований к типовым формам документов (анкеты зарегистрированного лица, передаточного распоряжения). Зачастую регистратор не принимает документы, оформленные произвольно, хотя и с соблюдением всех необходимых реквизитов, ссылаясь на собственные стандарты. В этом случае инвестор, не имеющий возможности оперативно контактировать с регистратором, повторно подготавливает и направляет регистратору документы; время, благоприятное для приобретения или реализации ценных бумаг может быть упущено. Кроме того, при наличии сети активных счетов у ряда регистраторов депозитарий вынужден поддерживать одновременно несколько стандартов, что повышает операционную нагрузку.


В целях ускоренного обмена документами некоторые крупные депозитарии организовали трансфер-агентскую сеть с рядом региональных регистраторов, однако, список реестров, в которых можно проводить операции с использованием услуг трансфер-агента достаточно ограничен, а высокая стоимость услуг трансфер-агента затрудняет широкое использование данной услуги.


Для большинства российских и западных инвесторов взаимодействие с регистраторами представляет собой проблему, которая затрудняет приток средств на национальный фондовый рынок и снижает активность внебиржевого рынка. На наш взгляд, построение более технологичной модели взаимодействия с регистраторами лежит в области выработки единых стандартов передачи информации, использования современных технических решений и централизации взаимодействия с регистраторами через единую организацию, обеспечивающую полный комплекс соответствующих услуг. Речь идет о создании национального аналога международной системы SWIFT.


Данная организация (назовем ее Центр организации электронного обмена информацией между регистраторами и депозитариями, далее Центр) могла бы обеспечить для инвесторов единую точку входа для проведения операций в любом реестре путем установления Центром договорных отношений со всеми присутствующими российскими регистраторами. На основании заключенных договоров Центр принимает обязательства по выполнению ряда функций по поручению регистраторов. Основной функцией данного Центра являлась бы передача поручений от депозитариев к регистраторам для проведения операций в системе ведения реестра и передача отчетности при завершении операции по лицевым счетам от регистратора депозитариям. Использование современной технологической базы позволило бы провести весь процесс перерегистрации, начиная от получения Центром поручения клиента и заканчивая направлением клиенту отчетности о проведенной операции, в течение нескольких минут. Клиентами Центра могли бы стать только профессиональные участники рынка ценных бумаг, которые проводят операции как в рамках заключенных со своими клиентами договоров, так и по собственному портфелю. Профессиональные участники рынка ценных бумаг, намеренные воспользоваться услугами Центра по ускоренной процедуре проведения операций в реестрах владельцев именных ценных бумаг, заключают с Центром договор на обслуживание.


Клиенты Центра смогли бы проводить ускоренную перерегистрацию в реестрах за счет установления и поддержания Центром электронного документооборота с использованием стандартных форм передаваемых сообщений. Получив от клиента исходное поручение, Центр осуществлял бы стандартный набор технических функций: проверку подписи клиента, формирование на основе поручения клиента электронного сообщения, шифрование его, с использованием современных криптографических систем и направление сообщения для проведения операции регистратору. Регистратор, получив от Центра поручение на проведение операции, мог бы исполнить его в установленные договором сроки и выслать документ, подтверждающий выполнение операции. При получении электронного документа от регистратора полученное сообщение обрабатывалось бы и передавалось клиенту.


При взаимодействии с регистраторами Центр мог бы использовать существующее программное обеспечение, которое применяется некоторыми крупными расчетными и кастодиальными депозитариями, или разработать новые стандарты передачи, приема и обработки информации. При разработке нового программного обеспечения необходимо предусмотреть условие интеграции этого продукта в существующее программное обеспечение по ведению реестра или создания дополнительного модуля на базе уже имеющихся автоматизированных систем.


В целях комплексного обслуживания клиентов, Центр мог бы также взять на себя функции по передаче регистраторам документов на бумажном носителе, необходимых для открытия и модификации счетов в реестрах. Отметим, что в связи со вступлением в силу закона «О электронно-цифровой подписи» необходимость обмена некоторыми документами в бумажном виде вообще отпадает. В идеальном варианте, электронный документооборот между Центром, клиентами и регистраторами должен стать вполне достаточным, по аналогии с применением в банковских операциях системы SWIFT, не предусматривающей обмена документами в бумажной форме.


В развитии процесса совершенствования документооборота с регистраторами сочетаются интересы собственно инфраструктурных институтов, обеспечивающих проведение клиринга и расчетов (расчетные и кастодиальные центры), их клиентов, представляющих широкий круг инвесторов, и регистраторов. Рассмотрим, какие преимущества по сравнению с существующим порядком смогли бы получить участники, представляющие каждую из вышеуказанных категорий, с точки зрения стоимости, условий и сроков проведения операций, в случае реализации предложенной модели.


Основным мотивом расчетных и кастодиальных центров для установления централизованного электронного документооборота с регистраторами является их стремление к снижению себестоимости услуг, которая складывается из следующих основных типов затрат: постоянных и переменных. Снижение постоянных затрат заключается в сокращении расходов, связанных с обслуживанием и улучшением интерфейсов взаимодействия с различными регистраторами, а также почтовых и транспортных расходов. Операционные (переменные) затраты могут быть снижены за счет сокращения количества посредников, обеспечивающих трансфер-агентские услуги при проведении сделок в системе ведения реестра, каждый из которых взимает свою комиссию исходя из базовой ставки регистратора и нормы собственной прибыли. Кроме того, за счет повышения уровня надежности системы и использования единых стандартов передачи информации снизится количество операций, по которым регистраторы оформляют отказы в их проведении.


Немаловажным мотивом для депозитарных институтов также является освоение новых, в частности, региональных рынков за счет прямого и быстрого доступа к любым реестрам. Ускорение процедуры перерегистрации позволит активизировать деятельность профессиональных участников с ценными бумагами второго эшелона, что придаст дополнительный импульс развитию внутреннего внебиржевого рынка акций и облигаций.


Инвесторы, являющиеся клиентами профессиональных участников, заинтересованы не только в снижении себестоимости услуг последних, обусловленном причинами, указанными выше, но и в тех выгодах от установления централизованного электронного документооборота, которые не имеют прямого стоимостного выражения (возможность в режиме реального времени приобретать и реализовывать ценные бумаги любых российских эмитентов, а не только ограниченное количество наиболее торгуемых бумаг). Если же говорить о снижении издержек, то для этой группы, как и в случае с профессиональными участниками, оно коснется постоянных и переменных затрат, а также затрат, связанных с управлением ликвидностью и рисками.


Наконец, регистраторы также получат безусловные выгоды от установления централизованного электронного документооборота. Ускорение процедуры перерегистрации и облегчение доступа к региональным реестрам повлечет за собой оживление внебиржевого рынка, что в свою очередь приведет к увеличению количества сделок, проводимых через регистраторов и повышению их прибыли.


Реализация проекта приведет к очевидным выгодам в целом для государства, так как обеспечит иностранным и российским инвесторам максимальные удобства при работе с финансовыми инструментами, обращающимися на национальном рынке, снижение рисков работы на российском фондовом рынке и низкую стоимость услуг в сфере клиринга и расчетов. Повышение эффективности и прозрачности учетной системы послужит важным фактором привлечения капитала на финансовые рынки России. В связи с этим роль государственных институтов в осуществлении данного проекта видится весьма значимой. Очевидно, что государство должно контролировать деятельность Центра, не допускать необоснованного повышения его тарифов, а также принимать все меры, способствующие развитию данного направления. С учетом этого, целесообразно организовать данный Центр как государственное унитарное предприятие или как акционерное общество с передачей контрольного пакета акций Центра на начальном этапе в государственную собственность. Вместе с тем, следует отметить, что процесс установления централизованного электронного документооборота с регистраторами обусловлен исключительно экономическими интересами и выгодами для участников и исключают директивный характер его проведения.


Отметим, что правовое поле для деятельности Центра уже заложено Указом Президента РФ от 16.09.1997 г. № 1034 «Об обеспечении прав инвесторов и акционеров на ценные бумаги в Российской Федерации».


Учитывая, что реализация данного проекта соответствует целям, поставленным в Концепции развитии фондового рынка Российской Федерации, и является задачей общенационального характера, предполагается, что на этапе становления данный проект потребует бюджетного финансирования с возможным привлечением финансов заинтересованных лиц. В последующем при выходе проекта на самоокупаемость финансирование может осуществляться за счет взносов участников Центра.

Назад

Вопросы резервирования в рамках Федерального закона 173-ФЗ

29 января 2004 года
#Публикации
Назад

Федеральный закон Российской Федерации от 10 декабря 2003 г. № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» (далее – Закон 173-ФЗ), который был опубликован 17 декабря 2003 года и вступит в силу 18 июня 2004 года (по истечении 6 месяцев с даты опубликования) содержит новый подход к административному регулированию валютных операций в Российской Федерации. Пытаясь сделать закон более либеральным, законодатели отказались от прямого запрета на большинство валютных операций, а в качестве инструмента, способного, при необходимости, ограничить объем отдельных валютных операций (Например, в соответствии со статьей 6 Закона 173-ФЗ «...в целях предотвращения существенного сокращения золотовалютных резервов, резких колебаний курса валюты Российской Федерации, а также для поддержания устойчивости платежного баланса Российской Федерации.».), ввели резервирование резидентами и нерезидентами денежных средств на счетах в уполномоченных банках ( Кроме резервирования, Закон 173-ФЗ предусматривает также такие инструменты регулирования, как: запрет на осуществление валютной операции, осуществление валютной операции с использованием специального счета, предварительная регистрация счета в банке за пределами территории Российской Федерации и предварительная регистрация ввоза и пересылки в Российскую Федерацию или вывоза и пересылки из Российской Федерации валюты Российской Федерации и внутренних ценных бумаг.).


В общем виде схема резервирования в соответствии с Законом 173-ФЗ выглядит следующим образом (детальный порядок резервирования и возврата суммы резервирования будет установлен Банком России в соответствии с частью 1 статьи 16 Закона 173-ФЗ):


1. До выполнения валютной операции определяется необходимость внесения суммы резервирования. В частности, в соответствии с частью 6 статьи 7 Закона 173-ФЗ изучается возможность неприменения требования о резервировании в связи с наличием обеспечения исполнения обязательств нерезидента перед резидентом.


2. Рассчитывается конкретная дата или период времени для внесения суммы резервирования, которые, в зависимости от валютной операции, предусматривающей резервирование, могут устанавливаться Законом 173-ФЗ следующим образом:
а) день истечения определенного срока, характерного для валютной операции;
б) период времени до осуществления валютной операции;
б) дата не позднее дня совершения валютной операции.


3. В соответствии с рассчитанной датой внесения суммы, резидент или нерезидент, осуществляющий операцию, вносит сумму резервирования на отдельный счет в уполномоченном банке в размере и на срок, которые определены соответствующим органом валютного регулирования (Правительством Российской Федерации или Банком России).


4. Сумма резервирования вносится при соблюдении следующих условий:
а) сумма вносится в валюте Российской Федерации;
б) расчет суммы резервирования осуществляется на день ее внесения исходя из устанавленной органом валютного регулирования ставки (в процентах) и суммы соответствующей валютной операции;
в) при расчете суммы резервирования по валютной операции в иностранной валюте используется официальный курс, устанавленный Банком России на день внесения суммы резервирования;
г) при расчете суммы резервирования по валютной операции с внешними ценными бумагами и (или) внутренними ценными бумагами используется рыночная стоимость ценных бумаг (для ценных бумаг, обращающихся на организованном рынке ценных бумаг) или фактическая цена реализации (для ценных бумаг, не обращающихся на организованном рынке ценных бумаг).


5. Уполномоченный банк не позднее следующего рабочего дня со дня внесения резидентом или нерезидентом суммы резервирования вносит равную ей сумму в валюте Российской Федерации на счет в Банке России.


6. На суммы резервирования, зачисленные на счета как в уполномоченных банках, так и в Банке России, проценты не начисляются. Кроме того, на суммы резервирования, внесенные на счет в уполномоченном банке, не может быть обращено взыскание по обязательствам уполномоченного банка, а при банкротстве уполномоченного банка суммы резервирования не включаются в конкурсную массу.


7. В зависимости от вида операции, резидент или нерезидент осуществляет валютную операцию, по которой исполнено требование о резервировании:
а) до истечения срока резервирования (общий порядок);
б) после истечения срока резервирования (такой порядок установлен для ограниченного круга операций).


При этом необходимо отметить, что часть 7 статьи 16 Закона 173-ФЗ (о совершении валютной операции до истечении срока резервирования) несколько противоречит смыслу валютных операций, указанных в частях 1-5 статьи 7 Закона 173-ФЗ, в связи с чем можно предположить, что некоторые из валютных операций могут выполняться после истечения срока резервирования, хотя они и не перечислены во втором абзаце части 7 статьи 16 Закона 173-ФЗ. Ниже, в Таблице 1 знаком (*) отмечены пункты, к которым относится данное замечание.


8. Сумма резервирования возвращается Банком России уполномоченному банку, а уполномоченным банком – резиденту или нерезиденту в день истечения срока резервирования. При этом в части 12 статьи 16 Закона 173-ФЗ предусмотрены ситуации, когда осуществляется досрочный возврат полной суммы или части суммы резервирования:
а) после исполнения обязательств нерезидентом - в сумме, пропорциональной сумме исполненного нерезидентом обязательства (в случаях, указанных в частях 1-5 статьи 7 Закона 173-ФЗ);
б) после возврата нерезидентом резиденту платы или иного встречного предоставления, полученного ранее от этого резидента за исполнение нерезидентом своих обязательств - в сумме, пропорциональной сумме возвращенного нерезидентом предоставления (в случаях, указанных в частях 1-5 статьи 7 Закона 173-ФЗ);
в) в случае полного отказа лица, внесшего сумму резервирования, от проведения валютной операции - в сумме, равной сумме резервирования;
г) в случае отказа лица, внесшего сумму резервирования, от частичного проведения валютной операции - в сумме, пропорциональной сумме, на которую уменьшена валютная операция;
д) в случае невозможности исполнения резидентом или нерезидентом своих обязательств вследствие обстоятельств непреодолимой силы - в сумме, пропорциональной сумме неисполненного обязательства;
е) в случае признания лица, внесшего сумму резервирования, несостоятельным (банкротом) - в сумме, пропорциональной сумме резервирования;
ж) в случае принятия соответствующим органом валютного регулирования решения об отмене требования о резервировании или решения об уменьшении размера резервирования - в соответствующей сумме.


9. В соответствии с частью 13 статьи 16 Закона 173-ФЗ досрочный возврат Банком России полной суммы резервирования или ее части уполномоченным банкам и уполномоченными банками резиденту или нерезиденту осуществляется не позднее двух рабочих дней со дня представления резидентом или нерезидентом документов, подтверждающих наличие оснований для досрочного возврата полной суммы резервирования или ее части.


10. За просрочку возврата суммы резервирования, произошедшую по вине уполномоченного банка, последний обязан уплатить резиденту или нерезиденту пени, в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Банка России (пени начисляются за каждый календарный день просрочки).


Более подробная информация о параметрах резервирования в отношении конкретных валютных операциях, приведена в Таблице 1. Из таблицы видно, что в Законе 173-ФЗ перечислены двадцать одна валютная операция (скорее даже – двадцать одна группа валютных операций), при выполнении которых может быть предусмотрено внесении суммы резервирования на счета в уполномоченных банках. При этом большая часть из перечисленных валютных операций подлежит регулированию Банком России, а к компетенции Правительства Российской Федерации в основном отнесено регулирование процедуры резервирования по расчетам в рамках внешнеторговых контрактов, связанных с экспортом и импортом товаров, работ, услуг и результатов интеллектуальной деятельности ( Заметим, что в Законе 173-ФЗ не используются термины «экспорт работ, услуг» и «импорт работ, услуг». По мнению автора, не в последней степени это связано с некорректным определением указанных терминов в Федеральном законе от 13.10.1995 № 157-ФЗ «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности».).


В заключение отметим, что хотя по некоторым группам валютных операций процедуры резервирования предусмотрены несколькими пунктами статей закона, для конкретной валютной операции (внутри группы) резервирование по разным пунктам осуществляться не будет. Например, по группе «осуществление операций с внешними ценными бумагами, включая расчеты и переводы, связанные с передачей внешних ценных бумаг (прав, удостоверенных внешними ценными бумагами)» резервирование предусмотрено пунктами 1 и 2 части 5, а также пунктами 1 и 2 части 6 статьи 8 Закона 172-ФЗ. Но в соответствии с частью 7 статьи 8 Банк России не может устанавливать одновременно применительно к одному виду валютных операций требования, предусмотренные частями 5 и 6 статьи 8.


Таблице 1 (rtf, 73кб)

Автор

Лопатин Валерий Алексеевич

Назад

Валютный контроль реэкспортных операций

15 января 2004 года
#Публикации
Назад

Укрепление позиций российских компаний в сфере международной торговли товарами и услугами ведет к увеличению объемов внешнеторговых операций, не связанных с экспортом и импортом товаров (работ, услуг). В частности, это относится к внешнеторговым операциям, которые предусматривают приобретение и последующую продажу товаров за рубежом. Для краткости, данные операции часто называют реэкспортными операциями, отражая в названии тот факт, что товар закупается за пределами территории Российской Федерации с целью перепродажи иностранным контрагентам.


Отметим, что данное название появилось и закрепилось в терминологии внешнеторговой деятельности независимо от таможенного термина «реэкспорт» (таможенный режим «реэкспорт» подразумевает вывоз иностранных товаров с таможенной территории Российской Федерации), поэтому в настоящее время всякое упоминание о реэкспорте должно сопровождаться пояснением: идет ли речь о реэкспортной операции или о таможенном режиме «реэкспорт».


Обычно реэкспортные операции осуществляются без ввоза товаров на таможенную территорию Российской Федерации, так как конкурентоспособность посреднической деятельности на международном рынке не в последнюю очередь определяется оперативностью поставки товара и экономией на транспортных расходах, но бывают и исключения (например, транспортный маршрут может проходить по территории России или в связи с изменением конъюнктуры российского рынка потребуется реэкспортировать ввезенный товар).


В связи с тем, что валютный контроль реэкспортных операций, при которых товары ввозятся на таможенную территорию Российской Федерации, достаточно хорошо регламентирован, в данной статье речь будет идти только о реэкспортных операциях без ввоза товаров на таможенную территорию Российской Федерации, причем термин «реэкспортная операция», будет включать сделки (в основном - сделки купли-продажи товаров), необходимые для ее осуществления.


Реэкспортные операции и валютные операции


Валютный контроль реэкспортных операций, как правило, сводится к осуществлению валютного контроля безналичных расчетов (по данным внешнеторговым операциям), которые могут осуществляться в иностранной валюте и в валюте Российской Федерации.


В соответствии с пунктом 10 «е» статьи 1 закона Российской Федерации от 9.10.1992 № 3615-1 «О валютном регулировании и валютном контроле», расчеты по реэкспортным операциям в иностранной валюте относятся к валютным операциям, связанным с движением капитала, и должны выполняться резидентами в соответствии с порядком, установленным Банком России. В общем случае, для выполнения валютных операций в иностранной валюте требуется получение разрешений органов валютного контроля, но ряд «капитальных» операций может выполняться и без получения резидентами таких разрешений в соответствии с порядком, установленным одним из нормативных документов Банка России.


В частности, все расчеты по реэкспортным операциям в иностранной валюте до апреля 2003 года выполнялись только при наличии у резидентов соответствующих разрешений Банка России (в соответствии с порядком, установленным данными разрешениями). С апреля 2003 года, после вступления в силу Положение Банка России от 29.01.2003 № 214-П (далее – Положение № 214-П), большая часть расчетов по реэкспортным операциям в иностранной валюте стала осуществляться без получения резидентами таких разрешений.


Расчеты резидентов с нерезидентами в валюте Российской Федерации также относятся к валютным операциям и выполняются в соответствии с порядком, установленным Банком России (в данном случае, порядок установлен Инструкцией Банка России от 12.10.2000 № 93-И), но в отличие от расчетов в иностранной валюте, не требуют получения разрешений Банка России.


На текущий момент, Положение № 214-П является основным документом, который регулирует валютный контроль расчетов по реэкспортным операциям (как в рублях, так и в иностранной валюте), поэтому представляется целесообразным рассмотреть его содержание более подробно.


Положение Банка России № 214-П


Положение Банка России № 214-П «О порядке проведения расчетов юридических лиц - резидентов с нерезидентами по внешнеторговым сделкам, предусматривающим приобретение и последующую продажу товаров за рубежом без ввоза на таможенную территорию Российской Федерации» было опубликовано в «Вестнике Банка России» от 26.03.2003 № 26 и вступило в силу 6 апреля 2003 года.


Несмотря на то, что в названии Положения № 214-П фигурирует фраза «о порядке проведения расчетов», большая часть документа посвящена технологии осуществления валютного контроля при проведении расчетов по реэкспортным сделкам, которая, как обычно включает анализ условий контрактов, формирование и ведение досье документов, ведение учета операций по контрактам, выявление нарушений валютного законодательства и т.д. Порядок проведения расчетов в Положении № 214-П затрагивается только с точки зрения ограничений, которые накладываются на расчетные операции со стороны валютного контроля.


Положение № 214-П реально охватывает более широкий круг внешнеторговых сделок, чем указано в названии документа. Несколько далее, в преамбуле Положения № 214-П закреплено, что данное положение распространяется на сделки с нерезидентами, предусматривающие приобретение и/или продажу товаров без ввоза на таможенную территорию Российской Федерации. То есть, при соблюдении условия «без ввоза на таможенную территорию Российской Федерации», внешнеторговая операция может включать:




  • приобретение и последующую продажу товаров;


  • только приобретение товаров;


  • только продажу товаров.

К операциям, связанным с приобретением и последующей продажей товаров, относятся посреднические операции, при которых резидент покупает и продает товар за пределами России в целях получения прибыли. Как разновидность, к ним также относятся и внешнеторговые операции, в которых для покупки товаров используются валюты с ограниченной конверсией, а последующая продажа товаров осуществляется за свободно-конвертируемую валюту. Несмотря на то, что такие операции могут не являться прибыльными, они позволяют эффективно трансформировать неликвидные активы в разряд ликвидных.


Кроме того, такие операции могут осуществляться, если резидент вынужден по каким-то причинам срочно реализовать оплаченные и предназначенные для ввоза на территорию Российской Федерации товары: например, резидент ошибся при покупке товаров; изменилось финансовое состояние резидента и т.д.


Внешнеторговые операции, включающие только приобретение товаров, чаще всего осуществляются при реализации резидентами за пределами территории Российской Федерации договоров международного строительного подряда. В частности, речь идет о закупке резидентами-подрядчиками за пределами России материалов и оборудования. Так как выручка по договорам подряда поступает за выполненные работы, отдельной продажи товаров не происходит.


Наконец, «только продажа товаров» происходит в случае, если резидент продает без ввоза на территорию России имущество, находящееся за рубежом, собственником которого он стал в силу причин, не связанных с приобретением товаров (например, имущество получено в счет погашения обязательств по договору на оказание услуг).


Далее, следуя структуре Положения № 214-П, последовательно рассмотрим основные понятия, используемые в данном нормативном документе, порядок проведения операций, порядок открытия и формирования ведомости и досье, а также другие особенности валютного контроля реэкспортных операций.


Основные понятия


В качестве основных понятий в рамках Положения № 214-П применяются термины «операции по контрактам», «досье» и «ведомость учета операций по контрактам». В какой-то степени они согласуются с терминами, используемыми в Инструкциях Банка России и ГТК России от 13.10.1999 № 86-И и № 01-23/26541 (соответственно) и от 04.10.2000 № 91-И и 01-11/28644 (соответственно). Однако специфика реэкспортных операций и попытка упростить валютный контроль расчетов по данным операциям несколько изменили подход к содержанию указанных терминов. Так, в соответствии с пунктом 1.1 Положения № 214-П «операции по контрактам» - это расчеты, которые производятся:
б) в иностранной валюте и/или валюте Российской Федерации;
в) за товары;
г) по договорам (контрактам):




  • купли-продажи;


  • поставки;


  • договорам комиссии;


  • агентским договорам,

заключенным между юридическим лицом - резидентом и нерезидентом, предусматривающим приобретение у нерезидента товаров за рубежом без ввоза на таможенную территорию Российской Федерации и/или продажу нерезиденту за пределами таможенной территории Российской Федерации указанных товаров.


Наиболее интересным в этом определении является перечисление полного списка типов договоров, которые резидент должен представить в уполномоченный банк в обоснование проводимой операции. С одной стороны – это несколько упрощает процедуру квалификации операции, но с другой – в ряде случаев порождает серьезные проблемы. Например, в случае покупки товара за рубежом с целью ввоза на строительную площадку, расположенную за пределами территории Российской Федерации, последующее поступление на счет резидента денежных средств обычно обусловлено договором международного строительного подряда.


В связи с данным определением, отметим также, что Положение № 214-П не уточняет термин «расчеты», и можно считать, что под «операции по контрактам» подпадают такие общеизвестные формы расчетов, как банковский перевод, аккредитив, инкассо и чек (хотя в последнем случае и остаются некоторые трудности квалификации валютных операций, так как чек одновременно является ценной бумагой).


Термин «досье» в соответствии с пунктом 1.3 Положения № 214-П определяется как формируемая банком специальная подборка документов, обосновывающих осуществление резидентом операций по контрактам, а также иных документов, предусмотренных Положением № 214-П и связанных с осуществлением указанных операций. Таким образом, отличительной особенностью досье по реэкспортным операциям в рамках Положения № 214-П является помещение в досье нескольких контрактов. Более того, учитывая формулировку пункта 3.6 Положения № 214-П, досье будет включать все контракты резидента по реэкспортным операциям за все время обслуживания резидента в данном уполномоченном банке с момента вступления в силу указанного положения.


Наконец термин «ведомость учета операций по контракту» в соответствии с пунктом 1.5 Положения № 214-П определяется как документ учета и валютного контроля, формируемый банком и содержащий сведения о резиденте, контрактах и операциях по контрактам. Так же как и в случае досье, с учетом пункта 3.6 Положения № 214-П, по одному резиденту уполномоченный банк ведет одну ведомость по всем контрактам. При этом необходимо отметить, что хотя ведение одной ведомости существенно упрощает технологию учета операций по контрактам, оно может серьезно усложнить процедуру выявление нарушений валютного законодательства (см. ниже).


Порядок осуществления валютного контроля


Рассмотрение порядка осуществления валютного контроля расчетов по реэкспортным операциям ограничим тремя вопросами: а) необходимость получения резидентами разрешений органов валютного контроля на осуществление валютных операций; б) основные процедуры валютного контроля (порядок проверки обоснованности, учета и документооборота по операциям) в уполномоченных банках; в) расчеты резидентов в иностранной валюте по договорам комиссии и агентским договорам. Получение резидентами разрешений органов валютного контроля.


Наиболее значимой частью Положения № 214-П является то, что данное положение определило широкий круг реэкспортных операций, расчеты по которым осуществляются без получения индивидуальных разрешений Банка России. В соответствии с пунктом 2 Положения № 214-П, без разрешений выполняются операции по контрактам, для которых выполнены следующие условия:
а) операции осуществляются:




  • в безналичном порядке;


  • с использованием счетов резидента в одном уполномоченном банке;


  • после открытия досье и ведомости учета операций по контрактам;

б) срок между датой списания денежных средств в иностранной валюте и/или в валюте Российской Федерации со счета резидента в банке в пользу нерезидента и датой зачисления денежных средств на счет резидента в банке в счет исполнения обязательств нерезидента по операциям по контрактам не должен превышать 180 календарных дней с даты их списания;
в) сумма денежных средств, поступивших на счета резидента в банке от нерезидентов при проведении операций по контрактам, в том числе в виде аванса или предварительной оплаты, не должна быть меньше суммы денежных средств, переведенных со счетов резидента в банке в пользу нерезидентов по контрактам.


Кроме того, в соответствии с пунктом 2.1.2 Положения № 214-П, в случае зачисления на счет резидента в банке денежных средств, поступивших от нерезидента в счет исполнения обязательств по операциям по контрактам в виде аванса или предварительной оплаты, списание денежных средств со счета резидента в банке в пользу нерезидента (в сумме, не превышающей сумму указанных поступлений), осуществляется без разрешений Банка России независимо от срока между днем зачисления денежных средств на счет резидента в банке и днем их списания.


Сразу отметим, что предмет регулирования в пунктах «б» и «в» не совпадает. В пункте «б» речь идет о поступлении в течение 180 дней выручки от реэкспортной операции, сумма которой, с точки зрения экономических интересов резидента могла бы быть и ниже суммы платежа, но пункт «в» обязывает резидента проводить только такие операции, которые обеспечивают поступления в сумме не меньшей, чем платеж.


Если расчеты по реэкспортной операции не соответствуют перечисленным выше условиям, то в соответствии с пунктом 2.2 Положения № 214-П для проведения расчетов резидент предварительно должен получить разрешение Банка России.


Основные процедуры валютного контроля в уполномоченном банке


Процедуры валютного контроля, которые осуществляет уполномоченный банк, можно условно разделить на следующие виды:
а) открытие и ведение досье и ведомости учета операций по контрактам;
б) контроль зачисления выручки на счет резидента;
в) контроль списания средств со счета резидента в пользу нерезидента;
г) представление информации о нарушениях.


Далее рассмотрим каждый из перечисленных видов процедур.


1. Уполномоченный банк открывает досье и ведомость учета операций по контрактам при получении от резидента первой группы контрактов, по которым будут осуществляться расчеты. В общем случае, досье и ведомость открываются до начала проведения расчетов. Но если первой расчетной операцией является зачисление на счет резидента выручки, досье и ведомость могут быть открыты после такого зачисления.


Открытие досье и ведомости учета операций по контрактам обусловлено выполнением следующих требований:
а) досье и ведомость открываются одновременно;
б) досье и ведомость открываются на основании представленных резидентом контрактов и, в случае необходимости, разрешений Банка России;
в) по каждому резиденту открывается одно досье и одна ведомость учета операций по контрактам.


При этом в соответствии с пунктом 5.1 Положения № 214-П резидент не оформляет и не представляет в банк Сведения о договорах, предусмотренные Инструкцией Банка России от 28.06.1999 № 83-И.


Обратим внимание на существенную проблему, которая будет стоять перед каждым уполномоченным банком в момент открытия досье и ведомости. В соответствии с пунктом 3.4.2 Положения № 214-П, условия контрактов должны соответствовать законодательству Российской Федерации и иным нормативным правовым актам Российской Федерации. Во-первых, формально, речь идет о всесторонней экспертизе каждого контракта на предмет его соответствия законодательству Российской Федерации. Понятно, что ни один уполномоченный банк не может позволить себе такие расходы. Как показывает практика применения аналогичных требований в отношении экспорта и импорта товаров (работ, услуг, результатов интеллектуальной деятельности), реально проверяется только соответствие условий контрактов требованиям валютного законодательства.


Во-вторых, даже при ограничительном толковании требований к проверке контрактов, сохраняются проблемы, обусловленные формулировками отдельных пунктов Положения № 214-П. В частности, непростым может быть вопрос об открытии досье и ведомости учета операций по контрактам в случае, если клиент представил долгосрочный генеральный контракт на покупку товаров и несколько первых контрактов на продажу товаров (те, которые успел заключить), по которым сумма выручки меньше суммы платежей по генеральному контракту. С одной стороны, можно говорить о несоответствии контрактов пункту 2.1.3 Положения № 214-П. С другой стороны, заключение новых контрактов на продажу по мере выполнения старых – это достаточно распространенная практика работы внешнеторговых посредников, которую уполномоченному банку легко контролировать и корректировать на этапе осуществления платежей.


Ведение досье и ведомости учета операций по контрактам регламентировано в Положении № 214-П достаточно подробно. Так, в соответствии с пунктом 3.10, по мере выполнения операций по контрактам, в досье помещаются: а) заверенные резидентом копии:




  • контрактов и их переводов на русский язык;


  • разрешений Банка России (если они необходимы);

б) распечатанная (оформленная) ведомость на бумажном носителе на дату закрытия досье:




  • после завершения операций по контрактам;


  • при передаче документов для осуществления операций по контрактам в другой уполномоченный банк;

в) иные документы и сведения, необходимые для выполнения банком функций агента валютного контроля при осуществлении резидентом операций по контрактам. К таким документам могут относиться:




  • копии платежных документов и мемориальных договоров;


  • переписка с органами валютного контроля по операциям данного резидента;


  • переписка с резидентом по вопросам валютного контроля и др.

В Положении № 214-П прямо не оговаривается, где хранится ведомость учета операций по контрактам на текущую дату (если она ведется на бумажном носителе), но, по-видимому, логично считать, что она должна помещаться в досье.


Форма ведомости операций по контрактам и порядок ее заполнения установлены в Приложении к Положению № 214-П. В соответствии с данным порядком, уполномоченный банк заполняет четыре раздела:




  1. Сведения о резиденте.


  2. Сведения об осуществлении операций по контрактам.


  3. Сводная информация об операциях по контрактам.


  4. Особые отметки банка.

В связи с вопросом о заполнении ведомости отметим, что, несмотря на подробный порядок заполнения, практические действия порождают множество мелких вопросов. В частности, заполнение 2-го раздела может вызвать такие вопросы, как:
а) о каком платежном документе идет речь в графе 5 (варианты: заявление на перевод/платежное поручение клиента, телекс/SWIFT в адрес банка-корреспондента, мемориальный ордер);
б) какую сумму проставлять в графе 9, если сумма перевода в пользу нерезидента в соответствии с заявлением клиента на перевод, и сумма реально списанная с корреспондентского счета банка в пользу нерезидента, отличаются на сумму комиссии уполномоченного банка;
в) можно ли указывать сумму комиссии иностранного банка в графе 10, если указанная сумма получена уполномоченным банком расчетным путем (в случае, если в авизо иностранного банка есть информация о взимании комиссии, но не указана конкретная сумма) и т.д.


По-видимому, на все эти и другие вопросы каждому уполномоченному банку придется отвечать самостоятельно, выбирая наиболее удобные для него варианты. Тем более что в случае спорной ситуации всегда можно сделать соответствующую отметку в разделе 4 ведомости, заполнение которого жестко не регламентировано.


Заканчивая обсуждение вопроса об открытии и ведении досье и ведомости учета операций по контрактам, отметим, что в Положении № 214-П предусмотрены также процедура закрытия досье и ведомости после завершения операций по контрактам (пункт 3.11) и процедура передачи документов для ведения операций по контрактам в другом уполномоченном банке (пункт 4).


Закрытие досье осуществляется после завершения операций по контрактам на основании заявления резидента о завершении расчетов. В случае непредставления такого заявления, банк закрывает досье по истечении одного года с момента последнего платежа по операциям по контрактам (дату последнего платежа банк определяет самостоятельно исходя из условий контрактов).


Процедура передачи документов для осуществления операций по контрактам в другой уполномоченный банк также начинается с подачи резидентом заявления о передаче документов в банк, который ведет досье и ведомость учета операций по контрактам. При отсутствии оснований для отказа в выполнении заявления о передаче документов, банк передает резиденту копию ведомости учета операций по контрактам и копию заявления о передаче документов (заверенные подписью ответственного лица банка и печатью банка для целей валютного контроля). Указанные документы резидент передает в другой уполномоченный банк для открытия новых досье и ведомости, а старые досье и ведомость прежний банк закрывает и сдает в архив.


2. Контроль зачисления выручки на счет резидента в уполномоченном банке включает:
а) контроль представления резидентом копий соответствующих контрактов не позднее 7 календарных дней, следующих за датой зачисления выручки на счет резидента (пункт 2.3 Положения № 214-П);
б) контроль соблюдения резидентом сроков поступления выручки (пункт 2.1.2 Положения № 214-П);
в) контроль поступления выручки от нерезидента в полном объеме (пункт 2.1.3 Положения № 214-П).


Первый вид контроля относительно прост. Для своевременного представления резидентом в банк копий контрактов, уполномоченный банк должен не позднее рабочего дня, следующего за датой зачисления выручки, направить в адрес резидента извещение (форма извещения устанавливается банком). При этом резидент в семидневный срок должен не только представить соответствующие контракты (если они отсутствуют в досье банка), но и информировать банк о распределении поступившей суммы по контрактам. Если выручка зачислена в банк по ошибке, то резидент в семидневный срок должен дать банку поручение на перевод денежных средств в полном объеме в уполномоченный банк, в котором ведутся соответствующие досье и ведомость.


Контроль соблюдения резидентами сроков поступления и полноты поступления выручки является более сложным, так как количество сумм поступлений и платежей может быть достаточно большим, и все они будут отражаться в одной ведомости учета операций по контрактам разными датами.


Относительно просто алгоритм контроля выглядит, если в рамках ведомости по всем контрактам предусмотрено поступление выручки в пределах 180 дней (нет разрешений Банка России) и все платежи и поступления вводятся в ведомость в хронологической последовательности. В этом случае необходимо (итоговое сальдо расчетов равно разнице между суммой всех поступлений и суммой всех платежей):
а) на дату образования отрицательного сальдо рассчитать контрольную дату (предельный срок) и контрольную сумму (наименьшую сумму) поступления выручки;
б) при осуществлении каждого очередного платежа, рассчитывать следующую контрольную дату и контрольную сумму;
в) при наступлении очередной контрольной даты проверить поступление соответствующей контрольной суммы;
г) если в контрольный срок контрольная сумма не поступила, зафиксировать нарушение требований Положения № 214-П;
д) при очередном поступлении выручки (при сохранении отрицательного сальдо) пересчитать все контрольные сроки и суммы.


В случае если суммы платежей и поступлений вводятся не в хронологической последовательности (например, если резидент поздно представил информацию о распределении выручки), то в вышеуказанные расчеты потребуется внести соответствующие коррективы.


Наиболее сложный алгоритм контроля придется реализовать при наличии в досье контрактов, по которым получены разрешения Банка России на поступление выручки в срок более 180 дней. В этом случае, в рамках каждого разрешения Банка России необходимо вести дополнительный учет сумм поступлений и платежей, что позволит сравнивать отрицательное итоговое сальдо в рамках ведомости и отрицательные итоговые сальдо по каждому разрешению.


3. Контроль списания средств со счета резидента осуществляется в соответствии с пунктом 2.7 Положения № 214-П, который предусматривает основания для отказа резиденту в проведении операции по списанию денежных средств со счета резидента в пользу нерезидента в счет исполнения обязательств по контрактам:
а) в банке на имя резидента не открыты ведомость и досье;
б) резидентом не представлены копии контрактов, по которым, в счет исполнения обязательств, осуществляется списание денежных средств со счета резидента в пользу нерезидента;
в) предусмотренные контрактами условия проведения валютных операций не соответствуют законодательным и иным нормативным правовым актам Российской Федерации;
г) резидентом не представлены копии разрешений Банка России (в случаях, предусмотренных пунктом 3.2 Положения № 214-П).


Необходимо отметить, что для реализации пункта «б», уполномоченный банк должен вести по каждому контракту реестр платежей, так как только в этом случае он может выявить превышение суммы платежей по конкретному контракту над суммой контракта и потребовать у резидента дополнительное соглашение к контракту.


Что касается реализации пункта «в», то к нему в полной мере относится сказанное выше по вопросу открытия досье и ведомости учета операций по контракту.


4. Представление информации о нарушениях осуществляется банком в соответствии с пунктом 3.8 Положения № 214-П, который определяет, что информация о нарушениях резидентами требований Положения № 214-П с указанием суммы валютной операции представляется уполномоченным банком в порядке, установленном нормативными актами Банка России (такой порядок введен Указанием Банка России от 12.02.1999 № 500-У и Инструкцией Банка России от 28.06.1999 № 83-И).


Перечислим основные нарушения требований Положения № 214-П, которые могут встретиться в практике работы уполномоченного банка:
а) несоблюдение резидентом срока 180 дней для поступления выручки в полном объеме (пункт 2.1 Положения № 214-П);
б) несоблюдение резидентом срока 7-дней для представления контрактов и информации о распределении выручки (пункт 2.5 Положения № 214-П);
в) несоблюдение резидентом срока 7-дней для представления заявления на перевод ошибочно зачисленной суммы (пункт 2.6 Положения № 214-П);
г) несоблюдение резидентом условий разрешения Банка России (выданного в соответствии с пунктом 2.2 Положения № 214-П или сохранившего свое действие в соответствии с пунктом 6.3 Положения № 214-П).


В заключение отметим, что десятидневный срок, установленный для направления информации в Банк России о выявленных нарушениях, несколько упрощает контроль сроков в рамках Положения № 214-П, так как в этом случае процедуры контроля можно выполнять один раз в десять дней (но лучше – автоматизировать процесс контроля с помощью подходящего программного обеспечения и осуществлять его каждый день).


Расчеты резидентов в иностранной валюте по договорам комиссии


В связи с тем, что реэкспортные операции часто осуществляются внешнеторговыми посредническими компаниями, отдельно рассмотрим вопрос о расчетах в иностранной валюте между резидентами-комиссионерами (агентами) и резидентами-комитентами (принципалами) по договорам комиссии (агентским договорам) в случаях, если реэкспортные операции осуществляются резидентами-комиссионерами (агентами) в соответствии с условиями договоров комиссии (агентских договоров).


В соответствии с пунктом 2.8 Положения № 214-П, расчеты резидента в иностранной валюте, связанные с проведением операций по контрактам, с другим резидентом по заключенному между ними договору комиссии или агентскому договору осуществляются без ограничений. При этом резиденты должны выполнить два условия:
а) валютные операции должны осуществляться путем безналичных расчетов через валютные счета резидентов, открытые в уполномоченных банках;
б) резидент, осуществляющий платеж в адрес другого резидента, должен представить в уполномоченный банк договор комиссии (агентский договор), подтверждающий наличие оснований для осуществления валютных операций.


Так как Положение № 214-П не ограничивает круг расчетных операций, которые могут осуществляться резидентами в иностранной валюте в рамках договоров комиссии и агентских договоров, можно считать, что к таким операциям как минимум относятся:
а) платежи комитентов (принципалов) в иностранной валюте в пользу комиссионеров (агентов):




  • оплата услуг (комиссионное вознаграждение);


  • компенсация расходов;


  • другие платежи (штрафы, пени и т.д.);

б) платежи комиссионеров (агентов) в иностранной валюте в пользу комитентов (принципалов):




  • перевод реэкспортной выручки (частичный или в полном объеме);


  • другие платежи (штрафы, пени и т.д.).

Особо обратим внимание, что, в соответствии с разъяснениями Банка России, денежные средства, поступившие в пользу юридического лица – резидента в качестве исполнения нерезидентом обязательств по контрактам, предусматривающим продажу товаров за рубежом без ввоза на таможенную территорию Российской Федерации, подлежат обязательной продаже на внутреннем валютном рынке Российской Федерации в порядке, установленном Инструкцией Банка России от 29.06.1992 № 7.


Таким образом, обязательная продажа выручки от реэкспортных операций осуществляется в том же порядке, что и обязательная продажа экспортной выручки. Из этого следует, что, до осуществления обязательной продажи, комиссионер (агент) может провести со своего транзитного счета в иностранной валюте такие платежи, как:
а) платежи в пользу комитента (принципала), представляющие собой перевод выручки в соответствии с условиями договора комиссии (агентского договора);
б) платежи, предусмотренные пунктом 8 Инструкции Банка России от 29.06.1992 № 7 (в пользу нерезидентов в оплату транспортировки, страхования и экспедирования грузов; в пользу юридических лиц-резидентов в оплату транспортировки, страхования и экспедирования грузов по территории иностранных государств и т.д.).


Что касается расчетов в иностранной валюте по договорам комиссии (агентским договорам) между резидентами-комиссионерами (агентами) и нерезидентами-комитентами (принципалами), то отметим следующее:
а) такие валютные операции осуществляются почти без ограничений в соответствии с требованиями Положения Банка России от 24.10.2001 № 157-П;
б) резиденты-комиссионеры (агенты) могут осуществлять платежи в пользу нерезидентов-комитентов (принципалов) с транзитного счета в иностранной валюте до осуществления обязательной продажи валютной выручки.


Последнее обстоятельство подтверждено в информационном письме Банка России, в соответствии с которым денежные средства, поступившие по операциям по контрактам в виде аванса или предварительной оплаты на транзитные валютные счета российских посреднических организаций и подлежащие переводу нерезидентам, могут быть перечислены по поручению этих посреднических организаций в пользу нерезидентов до осуществления обязательной продажи на внутреннем валютном рынке Российской Федерации на основании пункта 5 Инструкции Банка России от 29.06.1992 № 7.


Замечание об автоматизации процедур валютного контроля


В заключение отметим, что порядок валютного контроля расчетов по реэкспортным операциям, установленный Положением № 214-П, впервые в практике валютного контроля предоставил банкам реальные возможности для выполнения процедур валютного контроля на основании документов в электронном виде.


Во-первых, в соответствии с пунктом 5.2 Положения № 214-П, практически все документы, необходимые банку для открытия досье и ведомости учета операций по контрактам, а также для осуществления операций по контрактам (заверенные копии контрактов и их переводов на русский язык и иные документы, необходимые уполномоченному банку для осуществления функций агента валютного контроля), могут направляться резидентом в уполномоченный банк путем электронного обмена документами (при условии, что между резидентом и банком установлена процедура признания аналога собственноручной подписи).


Во-вторых, Положение № 214-П не требует оформления Сведений о договорах, предусмотренных Инструкцией Банка России от 28.06.1999 № 83-И, поэтому отпадает необходимость представления резидентами в банк оригиналов контрактов (что невозможно осуществить с помощью электронного обмена документами).


В-третьих, Положение № 214-П прямо оговаривает возможность ведения ведомости учета операций по контрактам в электронном виде.


Таким образом, автоматизация процедур валютного контроля способна не только существенно облегчить выполнение отдельных операций (например, операций контроля сроков поступления выручки при наличии в ведомости большого количества платежей и поступлений, в том числе – в рамках разрешений Банка России), но и повысить их эффективность за счет существенного сокращения бумажного документооборота.


Автор


Лопатин Валерий Алексеевич

Назад