У России мало возможностей заставить нефтедоллары работать

3 июля 2008 года
#Публикации
Назад

Wall Street Journal US
Автор: Грегори Уайт
03.07.2008


 


В конце прошлого года Кремль предоставил государственному банку 7,5 млрд. долларов и широкие полномочия для их срочного инвестирования в восстановление обветшалой российской инфраструктуры и модернизацию устаревшей промышленности.


Однако пока глава государственного "Внешэкономбанка" Владимир Дмитриев не спешит тратить большую часть этих денег. В чем же проблема? Слишком мало выгодных вариантов.


"Хорошо подготовленных инвестиционных проектов недостаточно", – жалуется Дмитриев в интервью. Десятилетиями в России не было крупных инвестиций, говорит он, и исчезли основы, необходимые для капитального строительства – нет ни проектных организаций, ни кадров. "Это серьезно тормозит реализацию крупных проектов".


На сегодняшней день "Внешэкономбанк" вложил около 4 млрд. нефтяных долларов, предоставленных в прошлом году правительством, на краткосрочные вклады, чем помог местной банковской системе удержаться на фоне мирового кредитного кризиса. Несколько других крупных государственных компаний, созданных прошлой осенью для стимулирования инвестиций, также сидят на деньгах и ждут, когда появятся строительные проекты, куда можно вложить имеющиеся миллиарды.


Нехватка проектов – лишь один из барьеров, с которыми Россия сталкивается в попытке восстановить дороги, мосты, порты и электростанции. В дефиците все: от квалифицированных управленцев до цемента.


Масштабы кремлевских планов колоссальны. Обогатившись за счет экспорта нефти и газа, Россия намерена в ближайшие десять лет потратить на развитие инфраструктуры триллион долларов, сообщает правительство. А поскольку в последние годы Кремль усиливает государственную роль в экономике, большая часть этих денег поступит из бюджета – некоторые экономисты опасаются, что это еще больше увеличит влияние власти на экономику. Кроме того, участие правительства заставляет беспокоиться, насколько эффективно будут расходоваться средства.


Чтобы привлечь частных инвесторов к своим проектам, "Внешэкономбанк" намерен использовать механизмы государственно-частного партнерства и предоставлять часть денег из собственного кармана, чтобы привлечь дополнительный капитал. "Роль банка состоит в том, чтобы поднять знамя, за которым последуют частные инвесторы", – объясняет 54-летний Дмитриев, бывший советский дипломат, в 1990-е годы сотрудник министерства финансов, а затем работник государственных банковских структур.


В России сотрудничество государства с частными инвесторами в новинку. Правительственные чиновники обычно хотят, чтобы частные инвесторы брали на себя все риски, и не предоставляют взамен никаких гарантий, сетуют банкиры.


"Это один из самых дорогих способов финансирования инфраструктуры", поскольку договоры очень сложны, предупредила на конференции в Москве этой весной Наталья Ханженкова из Европейского банка реконструкции и развития.


По словам Дмитриева, его банк работает над созданием национального центра по развитию подобного партнерства, и "Внешэкономбанк" надеется на каждый вложенный рубль привлечь еще 4-5 рублей частных инвесторов.


В июне премьер-министр Владимир Путин, председатель наблюдательного совета "Внешэкономбанка", поддержал его "амбициозный" план по увеличению портфеля кредитов до 850 млрд. рублей (около 36,3 млрд. долларов) к 2012 году – сейчас он составляет немногим более 200 млрд. рублей. Дмитриев говорит, что банк намерен получить дополнительные средства от правительства, а также получить кредиты в России и за рубежом, чтобы оплатить свою масштабную экспансию.


Один из последних проектов на сумму 1,7 млрд. долларов – строительство целлюлозного комбината в недостаточно развитой части Сибири недалеко от города Ангарска. Правительство строит железную и автомобильные дороги, а также обеспечивает поставки электричества. По словам Дмитриева, новый целлюлозный комбинат строится в России впервые за 30 лет, при том, что в стране больше лесов, чем у любого другого государства. До сих пор, отмечает он, большинство предприятий, перерабатывающих сибирскую древесину, строилось вдоль северной границы Китая.


Дмитриев рассказывает, что подготовительные работы заняли два года и потребовали создания специальной строительной компании. Теперь, когда проект запущен, банк ищет внешних инвесторов, которые бы подключились к нему. Пока банк в основном ведет дела с государственными компаниями.


Как обещает Дмитриев, наблюдательный совет банка, куда входят высшие правительственные чиновники, не допустит его участия в политизированных проектах, которые могут оказаться рискованными.


Однако "Внешэкономбанк" уже принял участие в ряде важных с политической точки зрения сделок. В конце прошлого года он потратил около 1 млрд. евро (1,58 млрд. долларов) из выделенных государством средств на покупку акций аэрокосмического концерна EADS, которому принадлежит Airbus. Акции были выкуплены у государственного банка ВТБ.


ВТБ приобрел эти акции в 2006 году, чем вызвал в Европе тревогу – чиновники забеспокоились, что Кремль пытается вмешаться в работу стратегически важной франко-германской компании, и запретили Москве играть более важную роль в работе EADS. ВТБ, акции которого, в отличие от акций "Внешэкономбанка", торгуются на бирже, избавился от ценных бумаг, которые росли медленнее ожидаемого. По словам Дмитриева, его банк планирует осенью обменять акции EADS на долю в новой аэрокосмической компании Кремля.


Кроме того, российское правительство поручило "Внешэкономбанку" помогать российским компаниям, стремящимся выйти на международный рынок – это еще одна важнейшая для Кремля задача. Пока что банк выдал кредит в 350 млн. евро  государственной нефтяной компании на реконструкцию нефтеперерабатывающего завода в сербской части Боснии. Банк планирует вложить около 20 млрд. рублей в покупку 25% акций ИнтерРАО  – государственной компании, которая скупает электроэнергетические предприятия на территории бывшего СССР и за его пределами.


 

Назад

ОТ СБЕРЕЖЕНИЙ К ИНВЕСТИРОВАНИЮ

30 июня 2008 года
#Публикации
Назад

Эксперт, N26, 30.06.2008, с. 42
Экономика и финансы


Владимир Дмитриев - Председатель государственной корпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)", доктор экономических наук


Использование накоплений государства и граждан для финансирования долгосрочных инвестиций внутри страны - магистральный путь развития российской финансовой системы. Решение текущих задач борьбы с инфляцией требует налаживания контроля над бюджетными расходами и повышения их эффективности


Кризис на зарубежных финансовых рынках показал уязвимость современной финансовой системы. Проявившиеся риски - это плата за потенциальный выигрыш в экономической эффективности, которую несет в себе усложнение финансовых продуктов, совершенствование бизнес-моделей участников рынка и дальнейшее развитие финансовой системы в целом.


Россия оказалась относительно изолированной от финансового кризиса, который оказал лишь косвенное влияние через каналы сужения зарубежного кредитования. Высокорискованная ипотека, непосредственно ставшая причиной потерь в банковском секторе США и других зарубежных стран, имеет ограниченное распространение в России. Общий объем выданных ипотечных кредитов у нас в стране составляет менее 30 млрд долларов. Почти столько же составили прямые кредитные потери крупнейших зарубежных банков, а объем списаний их убытков был на порядок больше (примерно 380 млрд долларов.). Объем ипотеки в РФ составляет 1,9% ВВП, в США более 75%, в ЕС - до 50%. Секьюритизация ипотечных кредитов пока имеет только малочисленные примеры на российском рынке, так же как пока ограниченным является в целом распространение сложных финансовых инструментов.


Однако произошедший кризис - предостережение на будущее. Регулятор и участники рынка должны осознавать, что при возникновении аналогичных текущему зарубежному кризису проблем защищенность российского рынка в перспективе может быть гораздо меньше. Это произойдет из-за ожидаемого роста объемов кредитования, которое в прогнозе увеличится с 36% ВВП в 2007 году до 70-75% ВВП в 2015 году, а также ожидаемого усложнения применяемых инструментов и новых заимствований из-за рубежа.


Потенциальный рост внешних рисков повышает требования к качеству выстраивания российской финансовой системы и делает необходимым поиск новых механизмов мобилизации внутренних сбережений в качестве источника долгосрочного финансирования. Для обеспечения необходимого экономического роста потребуется уменьшить разрыв между уровнем сбережений в экономике (около 30% ВВП) и накоплением основного капитала (примерно 20% ВВП), а также обеспечить стимулирование роста частных сбережений. Без этого финансовая система может оказаться завязана на иностранный капитал в масштабах, превосходящих разумные рамки международной интеграции.


Нестабильность зарубежных источников финансирования отчетливо проявилась при возникновении мирового кризиса ликвидности, в результате которого объемы кредитования уменьшились, а ставки выросли. Любые финансовые институты, использующие или рассматривающие возможность внешнего финансирования, в том числе Внешэкономбанк, могут столкнуться с ростом стоимости привлечения капитала, что неизбежно увеличивает стоимость предоставляемых кредитов для заемщиков.


Мобилизация внутренних финансовых ресурсов требует реализации как минимум двух условий: во-первых, сохранения благоприятного эволюционного, фонового роста накоплений, прежде всего через снижение инфляции, и, во-вторых, структурных мер по развитию долгосрочного кредитования через расширение активов и долгосрочные обязательства.


Инфляция и эффективность госрасходов


Высокая инфляция и слабая предсказуемость ее изменений - одна из ключевых причин недостаточности частных сбережений. Вне привязки к отдельным социальным слоям, отличающимся по уровню доходов, потребительскому поведению, финансовой грамотности, финансовым вложениям и в конечном счете - восприятию инфляции, рост цен дестимулирует сбережения и уверенность в стабильности финансовых институтов. Увеличивающаяся неопределенность тоже приводит к уменьшению инвестиционных планов российских компаний, задержкам в их реализации и более короткому горизонту бизнес-планирования.


Одной из причин инфляции в России в настоящий момент является опережающий рост госрасходов и их недостаточная эффективность. Федеральный бюджет за последние три года вырос почти в полтора раза в реальном выражении, а в номинальном - практически удвоился. Это происходило с опережением темпов роста ВВП: доля федерального бюджета увеличилась с 15,8% ВВП в 2004 году до 18,8-19,1% в 2008 году. В нынешнем году только за первый квартал бюджетные расходы федерального уровня увеличились на один процентный пункт ВВП. Согласно прогнозным оценкам, наблюдавшийся в 2007 году профицит бюджета в 5,4% ВВП должен в ближайшие три года практически исчезнуть.


Традиционно считалось, что на инфляцию наряду с ограничением бюджетных расходов можно воздействовать через курсовую политику и укрепление курса рубля, которое вызывает дополнительный приток импорта. С 2003 года, когда начался номинальный рост курса рубля, импорт вырос в три раза. Сейчас масштабы влияния этого канала минимальны - избыточное укрепление рубля негативно сказывается на внутренних производителях, а среднесрочное уменьшение сальдо торгового баланса в перспективе ведет к стабилизации и возможному ослаблению курса рубля уже к 2010-2011 году.


Скачок цен на продовольствие на мировых рынках, возникший из-за бурного увеличения спроса в развивающихся странах, приводит к импорту зарубежной инфляции. За последний год мировые цены на продовольствие поднялись более чем в полтора раза, а на зерно - почти вдвое, причем ожидается, что увеличение производства не приведет к возврату цен на прежние уровни. При заданной траектории регулируемых тарифов, определяющей еще одну составляющую инфляции, растущие госрасходы выступают на настоящий момент ее главным фактором.


Вместе с тем бороться с инфляцией нужно не простым урезанием бюджетных смет, а разбором эффективности расходов и оценкой конечных результатов в расчете на потраченный рубль. Бюджетные расходы неинфляционны, если они направляются на сокращение высоких производственных затрат и обеспечивают ускорение экономического роста.


Сейчас финансовые власти скорее отдают приоритет правильности механизмов администрирования расходов, а не тому, какие именно конкретные результаты и какую пользу приносят эти траты. Предприняты важные шаги по повышению прозрачности бюджетных процедур, учету и обоснованию расходных обязательств, но они не выявляют эффективность госрасходов. Попытка увязать финансирование ведомств с результатами их деятельности пока приносит лишь незрелые плоды, которые не улучшатся без изменения системы финансового управления. В своей основе эти изменения должны поменять систему персональной ответственности внутри ведомств, которая на настоящий момент консолидирована на уровне отдельных министерств. Таким образом, в реформировании и бюджетной системы, и секторов-получателей предстоит большая работа, в конечном итоге имеющая целью снижение избыточных расходов и инфляции.


Длинное кредитование: роль накопительной пенсионной системы


Контроль над расходами бюджета и их результативностью позволит сделать более устойчивым профицит бюджета и пополнение Фонда национального благосостояния (ФНБ), который сейчас составляет 2,3% ВВП. Формирование ФНБ, целью которого является стабилизация пенсионной системы, укладывается в мировые тенденции. Уже сейчас в мировой экономике объем национальных фондов, организованных для поддержки пенсионных систем, превышает объем суверенных фондов, аккумулирующих бюджетные профициты, включая доходы от сырьевого экспорта, а также частично международные резервы. По оценке на 2007 год, объемы таких фондов в мире оценивались 4,4 и 2,6 трлн долларов соответственно.


Бюджетный кодекс предусматривает возможное использование средств ФНБ на покрытие дефицита Пенсионного фонда Российской Федерации и софинансирование добровольных пенсионных накоплений граждан. Эти два возможных направления использования средств фонда по-разному достигают целей стабилизации исполнения пенсионных гарантий и повышения уровня пенсионного обеспечения, которые входят в основные приоритеты экономической политики.


Использование средств Фонда национального благосостояния на финансирование дефицита Пенсионного фонда - краткосрочное решение, которое может привести к быстрому истощению средств ФНБ, особенно при неблагоприятной внешней конъюнктуре цен на нефть. Финансирование текущего дефицита страховой пенсионной системы не способствует устойчивому решению, а только частично сглаживает проблемы, вызванные изменением возрастной структуры населения и разбалансированностью поступлений и обязательств Пенсионного фонда.


Направление средств ФНБ на софинансирование индивидуальных добровольных пенсионных накоплений граждан запускает принципиально другой механизм - в этом случае финансируется не текущая выплата пенсии, а формирование индивидуальных пенсионных накоплений, которые будут работать на человека до его выхода на пенсию и обеспечат дополнительную прибавку в будущем. В этом случае пенсионные накопления действуют не только в интересах граждан, но и являются источником длинных денег - недостающих в экономике средств, которые необходимы для финансирования крупных инвестиционных проектов с длительным сроком окупаемости. Использованные таким образом средства ФНБ будут содействовать расширению объемов и увеличению сроков кредитования национальной экономики, критически важных, например, для финансирования инвестиций в инфраструктуру.


Таким образом, необходимость развития долгосрочного кредитования экономики и актуальность проблемы пенсионного обеспечения в России делают обоснованным использование средств Фонда национального благосостояния для капитализации накопительной части пенсионной системы. Сейчас в России инвестированные пенсионные резервы составляют пока незначительную величину - около 1,5% ВВП, в то время как в ряде стран этот показатель превышает 70% ВВП, например в США или Великобритании. Достижение даже относительного уровня таких европейских стран, как Германия или Италия (3-4%), потребует увеличения пенсионных накоплений в России в разы.


Рост финансовой емкости накопительной пенсионной системы позволит обеспечить существенные выигрыши для экономики и граждан. В этом случае часть национальных сбережений, инвестированная сейчас в составе международных резервов, через механизмы национального финансового рынка будет обеспечивать долгосрочные инвестиции в России. По сравнению с альтернативным использованием - расходованием этих средств через бюджет или покрытием дефицита Пенсионного фонда - эффективность их вложения через посредничество накопительной пенсионной системы, включая частные управляющие компании, гораздо выше. Поступление средств будет происходить на индивидуальные счета граждан, увеличивая их собственные пенсионные накопления. Фактически это единственный адекватно действующий способ персонифицированного и прозрачного распределения средств. Причем заложенные при расчете актуарные принципы начисления дают выигрыш людям пожилого возраста.


Принятые в этом году решения о софинансировании дополнительных пенсионных накоплений граждан с 1 января 2009 года создают важный прецедент в использовании средств ФНБ. Масштабы участия в предложенной схеме позволят выявить реальный интерес граждан к увеличению пенсионных накоплений и степень доверия к накопительной пенсионной системе. Это ценный практический опыт. Тем не менее предложенные объемы софинансирования будут достаточно ограничены, а при сдержанном объеме участия граждан - сопоставимы просто с процентным доходом, получаемым ФНБ.


Необходимо предусмотреть дальнейшие возможности расширения финансирования пенсионных накоплений за счет средств ФНБ. Поступление этих средств на российский финансовый рынок должно быть постепенным, чтобы не искажать складывающуюся оценку российских активов и процентные ставки. В случае правильной реализации эффект предлагаемой реформы будет содействовать как улучшению пенсионного обеспечения граждан, так и росту привлекательности российского фондового и долгового рынка и реальному становлению России в качестве мирового финансового центра.


Новый класс долгосрочных финансовых инструментов


Расширение долгосрочных вложений потребует создания новых механизмов и инструментов инвестирования, имеющих длительную срочность, сопоставимую со срочностью пенсионных обязательств. Среди долговых инструментов в такой класс активов попадают, например, инфраструктурные облигации, активно использующиеся, например, в США. Уже сейчас видно, что спрос на эти виды вложений при расширении пенсионных накоплений будет расти, и проработкой их выпуска надо заниматься заблаговременно.


Существует несколько возможностей выпуска инфраструктурных облигаций. Они могут быть выпущены в виде долговых обязательств отдельных или синдицированных инвестиционных проектов с гарантией государства, региона РФ или крупного финансового института. Эти бумаги могут также представлять собой целевые государственные обязательства, увеличивающие инвестиционные ресурсы федерального или регионального бюджета. Второй способ - безальтернативный для инвестиций в инфраструктуру, не предполагающую платного использования, например в сфере образования. Первый способ применим для объектов, где такая плата предусмотрена. Это большая часть инфраструктуры, включая энергетику, транспорт, ЖКХ, связь.


Интерес частных инвесторов к инфраструктурным облигациям будет определяться уровнем качества подготовки и выполнения инвестиционных проектов, для которых привлекается финансирование. Это означает понятную бизнес-модель и организационно-правовую форму проекта, уверенность в окупаемости проекта, стабильности установленных тарифных условий, в итоге - в гарантии возвратности и доходности вложений инвестора.


Ясно, что, запуская ряд новых и уникальных проектов в различных инфраструктурных сегментах, мы только начинаем процесс масштабного инвестирования. Вопросы организации таких инвестиций, включая привлечение финансирования, напрямую соответствуют задачам деятельности Банка развития, и нарабатываемый сейчас банком опыт в данном секторе создаст основу для качественной проработки и распространения перспективных долгосрочных финансовых инструментов, включая инфраструктурные облигации. Этот опыт Банка развития будет необходимым условием привлечения долгосрочных инвестиционных ресурсов и адекватного представления инфраструктурных проектов на развивающемся финансовом рынке.

Назад

КАДРЫ В РАЗВИТИИ

26 июня 2008 года
#Публикации
Назад

КАРЬЕРА №7-8 (114) ИЮЛЬ-АВГУСТ 2008
БИЗНЕС-РАБОТА


Владимир Емельяненко


 


В РОССИИ СОЗДАН УНИКАЛЬНЫЙ ФИНАНСОВЫЙ ИНСТИТУТ — ГОСКОРПОРАЦИЯ «БАНК РАЗВИТИЯ И ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (ВНЕШЭКОНОМБАНК)». ПЕРЕД ЕГО КАДРОВОЙ СЛУЖБОЙ ПОСТАВЛЕНЫ ЗАДАЧИ, НАПРАВЛЕННЫЕ НА РЕАЛИЗАЦИЮ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ИНИЦИАТИВ В ОБЛАСТИ УПРАВЛЕНИЯ ПЕРСОНАЛОМ. РАССКАЗЫВАЕТ ГЛАВА ДИРЕКЦИИ ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ БАНКОВСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ВНЕШЭКОНОМБАНКА СЕРГЕЙ НОСКОВ.


— Сергей Юрьевич, как изменение статуса Внешэкономбанка повлияло на деятельность кадровой службы банка? Ведь набор функций кадровых служб ограничен, и вряд ли можно придумать что-то кардинально новое.
— В соответствии со стратегическими планами развития банка меняются и приоритеты кадровой службы. Перед нами встают новые задачи, которые требуют от сотрудников особых знаний и навыков, способности перестроиться и действовать в нестандартных ситуациях. Стратегические планы Внешэкономбанка — реализация инвестиционных проектов, направленных на устранение инфраструктурных ограничений экономического роста, на развитие инноваций, на поддержку малого и среднего предпринимательства, экспорта промышленной продукции и услуг. Переход на принципиально новый качественный уровень приводит к появлению более сложных задач и требует высококвалифицированных специалистов. Их всегда не хватает, а решение вопроса требует времени, но специалисты нужны здесь и сейчас. Поэтому на данном этапе инвестиции в человека, в интеллект — наш главный приоритет. На этом направлении мы концентрируем серьезные финансовые и административные ресурсы. Речь идет не только о персонале банка, но и о персонале компаний-партнеров, включая кадры государственных и муниципальных структур, а также персонал коммерческого сектора, участвующий в совместной реализации проектов. Мы должны готовить востребованные кадры под конкретные проекты.
— Вы полагаете, бизнес, который старается по возможности избегать взаимодействия с властью, пойдет на такое сотрудничество?
— Сейчас Внешэкономбанк совместно с Минобрнауки, Минэкономразвития и другими заинтересованными министерствами рассматривает вопрос о включении программы подготовки квалифицированных кадров для машиностроительного комплекса в число приоритетов банка. Если мы хотим иметь профессионалов, нужно инвестировать в их обучение, а не ждать «готовых профессионалов». То же самое с инвестиционными проектами. Можно долго сетовать на то, что механизмы взаимодействия государства и бизнеса еще не до конца отработаны, регионам не хватает опыта. А можно взять и научить, что мы и собираемся делать.
— Как?
— Практика подсказала, что нужна корректировка традиционных подходов к образованию. Когда реализовывались разные проекты, мы заметили, что нам с партнерами необходимо как минимум выработать единый понятийный аппарат, а в идеале — подготовить специалистов «под себя», под каждый планируемый инвестпроект. Окончательно эти идеи оформились в проект после стажировки руководителей Внешэкономбанка в Государственном банке развития Китая. В ГБРК был создан специальный департамент, который занимается оценкой и обучением персонала партнеров — от технических специалистов до менеджеров. ГБРК старается воздерживаться от инвестиционных рисков, если у потенциального партнера нет команды грамотных управленцев, способных решать нестандартные задачи. Часть обучающих мероприятий передается на аутсорсинг, а основное обучение проводится силами департамента и за счет средств ГБРК. Несмотря на то, что в ГБРК — это новое подразделение и вложения в обучение персонала носят долгосрочный характер, технология обучения персонала партнеров позволяет ГБРК минимизировать инвестиционные риски за счет повышения качества трудовых ресурсов, вовлеченных в реализацию инвестиционных проектов.
— Вы уверены, что китайский опыт может быть использован в российских условиях?
— Конечно, нужно учитывать различия в менталитете, структуре и особенностях государственного регулирования. Но посмотрите, какими темпами развивается Китай! Причем ГБРК в этом процессе играет далеко не последнюю роль. Китайцы, как губка, впитывают все передовые технологии, и в этом смысле россиянам можно многому у них научиться. Вместе с тем Внешэкономбанк в работе с персоналом всегда ориентируется на лучшие мировые стандарты. Также нам самим есть чем поделиться. Для обмена опытом мы совсем недавно организовали серию круглых столов с участием банков–членов Межбанковского объединения Шанхайской организации сотрудничества (ШОС).

Обсуждение вопросов, связанных с управлением персоналом, мы продолжили на III Международной межбанковской конференции, организованной нашим банком совместно с Газпромбанком и ММФБШ, и пришли к выводу о необходимости разработки новых стандартов управления персоналом, учитывающих специфику банковского бизнеса.
— Повышение квалификации персонала неизбежно приводит к его переманиванию конкурентами.
— Согласитесь, что довольствоваться плохо подготовленными кадрами, будучи уверенным, что их никуда не переманят, не лучший вариант. Вспоминается старый рекламный ролик. В нем российский император гуляет у пруда, где плавают белые лебеди, и спрашивает смотрителя: «Почему лебеди не улетают?» — «А мы им крылья подрезаем», — отвечает тот. Император дает указание впредь крылья не резать, и вскоре видит, что лебедей в пруду нет. Смотритель в растерянности разводит руками: «Улетели, батюшка!» На что император произносит: «Нужно было лучше кормить, тогда бы не улетели». Так вот эта рекомендация актуальна, пока все лебеди не разлетелись.
— Кто непосредственно будет заниматься обучением? Преподавателей, особенно в сфере государственно-частного партнерства, — единицы.
— Мы планируем привлечь специалистов крупнейших российских и западных консалтинговых компаний. А также преподавателей государственных вузов, на базе которых можно осуществить более глубокую проработку проблемы и разработать структурированную систему обучения. Координацией работы будет заниматься отдел по подготовке и социальному развитию кадров в регионах. Как видно из названия отдела, в его функции входит социальное развитие кадров в регионах. На сегодняшний день это одна из наиболее важных задач. Поскольку, оказывая содействие реализации федеральных инвестиционных проектов, Внешэкономбанк влияет на социальное развитие целых регионов: способствует решению инфраструктурных проблем, созданию рабочих мест, повышению уровня занятости и росту доходов населения, что в конечном счете ведет к улучшению качества жизни и позволяет сохранить высокие темпы экономического роста.
— Как правило, социальная сфера — компетенция самостоятельных подразделений. Почему Внешэкономбанк решил передать ее в ведение кадрового департамента?
— Сделать социальную ответственность задачей кадрового департамента было крайне важно. Во многих российских компаниях социальная политика и социальные проекты традиционно относились преимущественно к ведению кадровой службы. Дело не только в ответственности за выполнение обязательств перед своими сотрудниками, что относится к компетенции кадровой службы и является одной из составляющих корпоративной социальной ответственности. Разрабатывается как социальная политика банка, так и механизмы трансляции принципов социальной ответственности перед партнерами. Конечно, социальная ответственность — это, скорее, этические принципы. Тем не менее она должна стать философией существования каждого человека и компании. Пока не будет конкуренции между компаниями в области социальной ответственности бизнеса, пока социальная сфера будет относиться исключительно к обязанностям государства, не будет шагов вперед.
— Не кажется ли вам, что такая остросоциальная мотивация чем-то напоминает покупку индульгенции — попытку бизнеса, в недавнем прошлом извлекавшего сверхприбыли, хотя бы частично искупить грехи перед обществом?
— Забавная, но не совсем уместная, на мой взгляд, ассоциация. По крайней мере, в нашем случае. Допускаю, что глубинная мотивация коммерческих организаций часто продиктована стремлением снизить риск неблагоприятного воздействия со стороны государственных структур и многие компании вынуждены под давлением государства внедрять практику социальной ответственности. Например, в связи с необходимостью использовать социально значимые программы как компенсацию деятельности, связанной с производством, например, загрязняющим территории, отрицательно влияющим на здоровье людей и т.п.
В нашем случае ситуация противоположная. Внешэкономбанк сам инициирует социальную деятельность, является инструментом реализации социальной ответственности государства перед гражданами. В отличие от коммерческих структур, цель которых – зарабатывание денег, нашей стратегической задачей является финансовое содействие социально-экономическому развитию страны. Мы осуществляем социально-ответственное инвестирование — поддерживаем только те проекты, которые направлены на повышение благополучия общества.
— Как вы намерены внедрять принципы корпоративной социальной ответственности перед партнерами? И что это за направление работы?
— Оно совершенно новое. Пока Внешэкономбанк, принимая решение о возможности и условиях финансирования того или иного проекта, не учитывает такой критерий, как соблюдение партнером принципов корпоративной социальной ответственности. В ближайшей перспективе экспертиза всех проектов будет проводиться с учетом социального эффекта от их внедрения. Важно оценить, соответствует ли деятельность потенциального партнера социальным потребностям общества? Как расходуются природные ресурсы, как используется труд работников, как влияет бизнес на развитие региона? Цель такого подхода — не увеличить процент отказов, а, напротив, поднять общий уровень эффективности инвестиционных проектов за счет повышения уровня жизни в регионе, создания новых рабочих мест, повышения мер по обеспечению безопасности труда.


 

Назад

Банк развития. Вне конкуренции

2 июня 2008 года
#Публикации
Назад

Прямые инвестиции
Дата: 2 июня 2008 г.,  Город: Москва
Автор: ВЕНЕРА КАРПИНСКАЯ,   


Банк развития не конкурент российским кредитным организациям. В основном участвуя в проектах государственно-частного партнерства, он сталкивается с теми же проблемами, что и его коммерческие коллеги по цеху, утверждает заместитель председателя, член правления Банка развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк) Анатолий Балло.


— Возможна ли уже сегодня оценка совокупного объема инвестирования российского Банка развития в экономику страны, а также его влияния на рост ВВП?


— Во всех странах степень влияния банков развития на динамику ВВП различна. Думаю, что создание российского Банка развития обусловит еще более высокие темпы роста в нашей стране, поскольку мы идем в отрасли, в которые коммерческие банки, как правило, не шли. Кроме того, Банк развития будет способствовать формированию новых отраслевых производств. Так, финансирование строительства железнодорожных веток на удаленных территориях даст возможность осваивать расположенные там месторождения. Мы также участвуем в проектах, финансируемых на принципах государственно-частного партнерства (ГЧП). Как правило, такое партнерство дает синергетический эффект и стимулирует экономический рост.


Так, Банк развития финансирует два проекта с использованием механизмов ГЧП, которые уже реализуются. Это создание лесоперерабатывающего комплекса в Богучанском районе Красноярского края, развитие городской инфраструктуры водоснабжения и водоотведения в Ростовской области. Среди перспективных проектов (их более 15) по результатам проведенной экспертизы можно выделить такие, как строительство железнодорожной ветки Кызыл—Курагино— Элегест в Республике Тыва, один из элементов комплексного проекта "Урал Промышленный — Урал Полярный", а тажке ряд проектов жилищно-коммунальной инфраструктуры общей стоимостью более 70 млрд. руб. В список перспективных, по результатам концессионных конкурсов, входят: строительство в Санкт-Петербурге Орловского туннеля под рекой Невой, скоростной автомобильной дороги "Москва — Санкт-Петербург" на участке 15-й км — 58-й км, автомагистрали "Западный скоростной диаметр" и платной автомобильной дороги "Объезд г. Одинцово".


Роль Банка развития в ускорении инвестиционного процесса в стране особенно повышается в условиях финансового кризиса и неготовности многих участников рынка идти в долгосрочные проекты. Банк развития своим вхождением в проект (финансируя, как правило, 25—30% его стоимости) дает сигналы другим инвесторам. Аналогичную роль выполняет Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР). Надо сказать, что на долю участия в размере 25—30% от стоимости проекта нас нацеливает МЭРТ. Однако организацию синдикатов с участием российских банков тормозит несовершенство банковского законодательства в сфере регулирования залогов (в частности, распределения обеспечения между кредиторами) и появление налоговых проблем. Так, при финансировании строительства крупномасштабного объекта, скажем, аэропорта, в качестве обеспечения может выступать единый имущественный комплекс, который невозможно "поделить" между кредиторами (в отличие от пакета акций). Таким образом, залог "переходит" одному из кредиторов. Возникают так называемые залоги "первой " и "второй руки" (или последующие залоги). В случае дефолта заемщика, залогодержатель реализует имущественный комплекс и распределяет доход между участниками синдиката. Но при этом он должен отразить доход на своем балансе и уплатить налог, несмотря на соглашение с другими кредиторами. Сейчас банк готовит свои предложения по решению этой задачи.


—Определены приоритетные отрасли инвестирования для Банка развития. В какие вы уже вкладываете средства, и в какие намерены в ближайшей и среднесрочной перспективе?


— Меморандум определяет отраслевые приоритеты Банка развития и внешнеэкономической деятельности. В то же время, основные направления инвестиционной деятельности нашего банка предполагают реализацию проектов по устранению инфраструктурных ограничений экономического роста. Иными словами, мы можем финансировать проекты, которые дают возможность динамично развивать те или иные регионы и действовать, таким образом, не только в рамках названных отраслевых приоритетов. Кроме того, мы можем участвовать в реализации проектов, направленных на эффективное использование природных ресурсов, охрану окружающей среды и улучшение экологической обстановки.


Напомню, что де-юре мы выступаем в качестве Банка развития почти год (Федеральный закон "О банке развития" от 17 мая 2007 года №82-ФЗ вступил в силу с 4 июня 2007 года — "ВЕСТИ"), но де-факто выполняли его функции уже в течение двух лет до создания корпорации, т. е. рассматривали долгосрочные инфраструктурные проекты и не кредитовали краткосрочные.


Уже сегодня 70% нашего кредитного портфеля, сформированного из портфелей "старого" и "нового" банков, приходится на ссуды со средним сроком более трех лет. Для сравнения: по всей банковской системе, по данным МЭРТ, объем долгосрочных ссуд (со сроком свыше трех лет) не превышает 20% совокупного кредитного портфеля. Раз в месяц на каждом заседании Наблюдательного совета банка рассматривается от трех до шести проектов. Уже с декабря — напомню, что тогда уставный капитал банка увеличился до 180 млрд. руб. — Наблюдательный совет (НС) принял положительное решение по 15 проектам общей стоимостью 271,5 млрд. руб. Объем участия ВЭБа — 235,6 млрд. руб. Отраслевая структура принятых НС решений следующая: инфраструктура — 30%, авиастроение —11%, микроэлектроника — 26%, лесопромышленный комплекс — 12%, оборонно-промышленный комплекс — 19%, агропромышленный комплекс — 2% За время работы Банка в качестве института развития (июнь 2007 года — февраль 2008 года) сформирован перспективный портфель проектов общей стоимостью 1 трлн. руб., предполагаемый объем финансирования которых со стороны Банка составит порядка 0,5 трлн. рублей.


Отраслевая структура перспективного портфеля Банка развития следующая: деревообработка — 24%, транспорт (включая инфраструктуру) — 25%, энергетика (включая инфраструктуру) — 17%, ЖКХ (включая инфраструктуру технопарков иОЭЗ) — 7%, авиастроение — 7%, оборонная промышленность — 8%, прочие проекты — 12%.


Реализацию некоторых проектов банк уже начал финансировать, например строительство целлюлозно-бумажного комбината в Красноярском крае. Размеры кредитных линий утверждены на сумму 41,4 млрд. руб. Финансирование проекта осуществляется совместно с Инвестфондом. За последние 30 лет это первый ЦБК, который строится в нашей стране (см. справку).


При реализации таких крупных проектов, как строительство Богучанского ЦБК, помимо технологических и финансовых проблем возникают и другие: утрата отраслевой компетенции, нехватка специалистов, способных работать на таком предприятии, причем не только инженерно-технических, но и рабочих. Квалифицированные кадры — большая проблема сегодня. Насколько я знаю, Союз машиностроителей принимает меры по созданию специальных образовательных центров. Банк развития участвует в проектах, реализуемых в сфере АПК, несмотря на то что меморандум не предусматривает вложения в эту отрасль.


Кроме того, Наблюдательный совет рекомендовал финансировать проекты в таких сферах, как малая авиация, глубокая переработка древесины, чистая вода, глубокая переработка рыбы. Россия отличается очень низким потреблением рыбы, занимая одну из последних позиций по этому показателю в группе промышленно развитых стран. Проблема этой отрасли в большом количестве частных производителей, экспортирующих большую часть добываемой рыбы. Я недавно был на совещании полпреда в Дальневосточном федеральном округе. Вся рыба с Дальнего Востока "уходит" в Японию.


—Бразильский банк развития называют реаниматором авиастроения Бразилии и соавтором промышленного чуда 90-х годов — среднемагистрального самолета Еmbraer. Этот бизнес-проект был признан ключевым, способствующим повышению отраслевой и страновой конкурентоспособности. Финансирование базировалось на принципе ГЧП. Насколько способен ваш банк выполнить аналогичную роль, реаниматора авиастроения? Известно, что Внешэкономбанк намерен потратить до 30 млрд. руб. на приобретение допэмиссии "Объединенной авиастроительной корпорации", получив до 20% в капитале корпорации, и завершение сделки запланировано к середине этого года.


— Бразильский банк развития оказался в нужное время в нужном месте. Успех обусловлен совпадением подготовки проекта с деятельностью банка развития. Возможно, чуда не случилось бы без бразильского банка развития, сформировавшего грамотную команду с правильной политикой и выбравшего подходящую нишу.


Мы также участвуем в проектах, связанных с поддержкой авиапромышленности. Недавно Наблюдательный совет банка установил на 2008 год кредитно-документарный лимит на ОАК в сумме 24,69 млрд. руб. Кредитные средства будут направлены, в частности, на создание научно-производственного авиастроительного кластера на базе ЦАГИ (г. Жуковский). Лимит предусматривает также финансирование ОАО "Авиационная холдинговая компания "Сухой " для реализации программы по строительству и оснащению воздушных судов нового типа SSJ 100, их сертификации и запуску в серийное производство, создание системы послепродажного обслуживания на территории России и за рубежом. Предусмотрено также финансирование работ и инвестиционных проектов в рамках программы поставок новых российских самолетов до 2015 года, утвержденной ОАК.


Мы открыли несколько кредитных линий не только на разработку самолета, но и на закупку импортных деталей. Кредиты, выданные три года назад прежним Внешэкономбанком, позволили запустить все программы компании "Гражданские самолеты Сухого". Но мы поддерживаем этот проект не только финансово.


В рамках создания национального агентства по страхованию экспортных кредитов мы уже сейчас вместе с экспортными агентствами Франции и Италии прорабатываем программу продаж этого самолета. Известно, что программа по его созданию международная — импортные компоненты занимают достаточно большой удельный вес в списке деталей Sukhoi Super Jet-100. В дальнейшем все большая их часть будет производиться в России. В то же время, изготовление различных частей самолета в других странах позволяет привлекать агентства в Италии и Франции для успешной его продажи за рубежом. Практика показывает, что успех проекта по изготовлению летательных аппаратов зависит не только от самого производства, но также от умения их продавать. Как правило, покупатели лайнеров рассчитывают на лизинговые схемы или долгосрочный кредит при покупке. По этой причине готовится программа финансирования, предусматривающая оптимальную продажу самолета. Мы будем предоставлять так называемый экспортный кредит, т. е. финансировать покупателей российской авиационной техники на срок восемь—десять лет.


—Программа станет первым опытом банка в качестве экспортного агентства?


Внешэкономбанк в составе синдиката российских банков финансировал поставки воздушных судов Ил-96-300 и Ту-204-100 на Кубу под госгарантии Кубинского правительства и контргарантию Минфина РФ. Программа финансирования, которую мы сейчас готовим, коммерческая, без госгарантий.


—Намерены ли вы выступить соавтором какого-либо другого промышленного чуда?


— Мы рассчитываем на финансирование скоростных железных дорог, но это вопрос не завтрашнего дня. Процесс финансирования строительства объектов транспортной инфраструктуры — артерии экономики — тормозит неоптимизированное концессионное законодательство.


Мы также рассчитываем финансировать энергетические проекты, в частности в атомной промышленности. На строительство энергоблоков в этой сфере уходит не менее трех—четырех лет.


—Меморандум предусматривает ваше участие в проектах, финансируемых с привлечением средств Инвестфонда, а также связанных с созданием инфраструктуры особых экономических зон (ОЭЗ).


— Банк активно обсуждает эти вопросы с МЭРТ и Минрегионразвитием. Мы договариваемся так: если входим в проекты, финансируемые в рамках Инвестфонда, то совокупное участие Банка развития и Инвестфонда, не должно превышать 75%. Многие спрашивают: как же так, с одной стороны, Инвестфонд, с другой — вы (как, например, по проекту в Нижнем Приангарье)? Я не вижу ничего плохого в такой схеме софинансирования, поскольку средства Инвестфонда — это субсидии, т. е. безвозвратные. Наши кредиты предоставляются на коммерческих условиях. Они, конечно, имеют льготные сроки, в течение трех лет строительства мы можем не взимать с заемщиков проценты, и основной долг возвращается после того, как проект начнет функционировать и генерировать денежные потоки. Но кредиты выдаются под процентную ставку и под обеспечение. Если через Инвестфонд государство стимулирует инвесторов, то мы помогаем синхронизировать субсидии с частными инвестициями. С другой стороны, мы готовы финансировать инфраструктуру ОЭЗ. Я хотел бы привести следующий пример. В Калуге развивается автомобильный кластер, формируется несколько технопарков. В этом регионе уже присутствуют такие корпорации, как "Фольксваген " и "Пежо". Наблюдательный совет банка одобрил наше предложение по участию в инвестиционной программе Калужской области. Мы намерены с местной администрацией создавать инфраструктуру технопарков. Кроме того, запланировано создание корпорации развития в Калужской области. Банк намерен на паритетных началах с администрацией области войти в уставный капитал корпорации. Средства банка развития пойдут на формирование инфраструктуры технопарков. По нашим подсчетам, на каждый рубль, вложенный Банком и администрацией в рамках инвестпрограммы области, от частных инвесторов придет не менее 10—15 рублей.


—Какие проблемы при финансировании крупных проектов в отраслях, требующих опережающего развития, выходят на первый план?


— Это низкое качество подготавливаемых проектов. Очень часто их разработчики приходят к нам за кредитными средствами без бизнес-планов или большого объема информации и представляют лишь бизнесидею.


Даже некоторые министерства рекомендуют профинансировать неподготовленные проекты. Это обуславливает длительное время — до полугода — от принятия проекта к рассмотрению до начала его финансирования. Подготовленных или профинансированных на первой стадии программ очень мало. Поскольку при оптимальном соотношении собственных и заемных средств по проекту, его инициаторы обращаются за финансированием в коммерческие банки. Мы не конкурируем с коммерческими банками и играем значительную роль в подготовке проектов к финансированию. Проводится комплексная экспертиза. Как правило, информационноаналитическое обеспечение инвестиционной деятельности находится на низком уровне. Нет исходных для анализа материалов, например маркетинговой части. Отсутствие навыков в структурировании проектов и работы на принципах проектного финансирования особенно сильно проявляется на периферии. Мы намерены организовать цикл семинаров для обучения специалистов администраций всех областей. Необходимо, чтобы в каждом регионе знали наши подходы и критерии.


—Вы намерены создать представительства по опыту Банка развития Китая, который имеет 35 филиалов по всей стране?


— Мы же не можем создать представительства во всех восьмидесяти субъектах Федерации. Поэтому в первую очередь, пойдем по "болевым" точкам, например в Дальневосточный округ. Банк исторически обслуживал внешние экономические связи, поэтому наши представительства находятся за рубежом — в Лондоне, Франкфурте, Милане, Нью-Йорке, Китае, Индии, даже в ЮАР, в России же — только в Санкт-Петербурге. Они нам, конечно, пригодятся, поскольку мы намерены формировать положительный имидж России для привлечения инвестиций в российскую экономику. Наши представительства будут выполнять также разъяснительные функции и расширять операции Банка развития (так называемый business-development), т. е. искать интересные проекты.


—По какому принципу вы идете в отрасли — по рекомендации МЭРТ или на основании проводимых вами исследований?


— Министерство не может вмешиваться в нашу деятельность. Для нас важно понимать, может ли этот проект профинансировать другой банк? По моему мнению, постулат отсутствия конкуренции с коммерческими банками, на практике трудно реализуем. Я с большим уважением отношусь к таким крупным банкам, как Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк, и считаю, что эти участники рынка могут профинансировать любой проект в нашей стране.


Почему в Германии банк развития KwF не конкурирует с банками? Он имеет особый статус — все его заимствования гарантирует федеральное правительство ФРГ. Банк развития в России занимает средства на общих основаниях. Поэтому с точки зрения длинных пассивов мы в целом испытываем те же самые проблемы, какие испытывают крупнейшие российские банки. Нам даже труднее, чем коммерческим банкам, которые в отличие от нас имеют диверсифицированную базу привлечения ресурсов. Мы не можем привлекать ресурсы населения.


—Вам необходимы законодательные изменения?


— Государство уже ограничило нас. Мы идем в проекты с горизонтом финансирования более пяти лет. Стоимость проекта не может быть меньше 2 млрд. руб. Таким образом, отсекается большой пласт проектов — мы не можем их финансировать..


Проектов в стране много, хватит всем. Но они требуют длинных средств — на 5—7— 10 лет. А сегодня многие банки, даже крупные, не могут предоставить такие кредиты.


— Значительно ли отличается ваша модель от модели немецкого банка KwF?


— Мы досконально изучили опыт банков развития многих стран. Модель российского базируется на основе KwF, который внес большой вклад в восстановление немецкой экономики после Второй мировой войны. С ним мы имеем соглашение о сотрудничестве. Основное отличие нашего банка от немецкого, повторю, в том что его заимствования гарантирует федеральное правительство ФРГ.


Интересен опыт китайского банка развития, не имеющего ограничений в проведении своих операций. В Поднебесной вопрос конкуренции с коммерческими банками не стоит вовсе. Конкуренция в любой сфере приветствуется, поскольку экономика от этого только выигрывает, считают в Китае. Она обусловит процветание банков. Банк развития Китая также имеет гарантии правительства по своим заимствованиям. Он может поддерживать любые отрасли. И сейчас финансирует Олимпиаду, которая будет проходить в Пекине. Этот банк может выдать экстренный кредит в размере всего $10 тыс. для ликвидации последствий стихии в каком-нибудь населенном пункте. Я не призываю к тому, чтобы и в России было так же. Но вопрос конкуренции с комбанками гипертрофируется. По моему мнению, конкуренция только улучшит положение заемщика. Если коммерческие банки дадут лучшие условия, клиенты пойдут к ним.


—Сказались ли каким-либо образом операции Банка развития Китая на росте инфляции в этой стране?


— Нет, действия Банка развития Китая были незначительными на фоне таких факторов, как перегрев экономики страны и искусственное сдерживание курса юаня против доллара США.


—На каких принципах строится ваша процентная политика?


— Она определяется кредитной политикой банка, которую утверждает Наблюдательный совет. Многие думают, что мы выдаем льготные кредиты. У нас кредиты не льготные. При формировании процентной ставки мы исходим из того, что определенная часть кредитного портфеля (но не более 20%) формируется за счет капитала банка. Ставки по нашим кредитам чуть меньше, чем в коммерческих банках по причине отличия в уровне рентабельности капитала. В банках этот показатель составляет 10—15% (в банках капитал является самым дорогим пассивом — акционеры вкладываются в капитал с доходностью не менее 10%).


Стратегия Банка развития, утвержденная Наблюдательным советом 3 апреля предусматривает рентабельность капитала не ниже 5% (ориентиром по рентабельности является доходность по длинным ОФЗ).


—Как вы учитываете в своей политике планы правительства по перекраиванию экономической карты страны и созданию 7—10 макрозон?


— Мы очень плотно работаем с Минрегионразвитием.


Более того, глава этого министерства входит в Наблюдательный совет Банка развития. Очевидно, что мы будем отдавать приоритет проектам, реализуемым в этих зонах. Банк развития — составная часть единой системы проведения государственной политики по поддержке инвестиционной деятельности. Инвестфонд, политика регионов по стимулированию зон опережающего роста, Банк развития, Российский венчурный фонд — составные части этой системы. Государственные программы в той или иной зоне для нас — приоритетны.


—Как развиваются партнерские отношения с региональными банками?


— Я вижу в них партнеров, если они готовы брать на себя финансирование начальных этапов инвестиционных проектов.


Им легче проводить такие операции. А Банк развития не может начать финансирование проекта, не проведя комплексной экспертизы. Именно начальный этап финансирования проекта, когда у инициаторов есть только бизнес-идея, отсутствует бизнес-план, нет проектно-сметной документации, наиболее сложен.


—Но по вашим же словам, неподготовленный проект коммерческий банк не возьмется финансировать....


— Если коммерческие банки знают своих клиентов и готовы (хоть это и рискованная операция) профинансировать начальный этап, мы, в свою очередь, будем готовы предоставить финансирование на реализацию подготовленного проекта. Таким образом, мы не конкуренты региональным банкам, поскольку не занимаемся расчетнокассовым обслуживанием, не открываем счета сотрудникам предприятия, не занимаемся карточным бизнесом. Наоборот, мы готовы подхватить начатые ими проекты и вывести их на более высокий уровень. Кроме того, мы можем задействовать региональные банки по финансируемым проектам в такой деятельности, как мониторинг за ходом развития проекта. Нам также необходима их помощь в расчетнокассовом обслуживании предприятия, проект которого мы финансируем, в пополнении оборотных средств и т. д. Мы могли бы дополнять друг друга. Но наибольший эффект от нашего сотрудничества я вижу в развитии программ поддержки малого и среднего бизнеса. В то же время, мы будем придирчивы в процессе финансирования или рефинансирования региональных банков, поддерживающих средний и малый бизнес.


—Какие из банков стали вашими партнерами при финансировании крупных проектов? Или речь пока идет о партнерстве в кредитовании малого и среднего бизнеса?


— Пока только среднего и малого бизнеса. Сейчас РосБР, который в дальнейшем будет интегрирован в наш банк, развивает программу поддержки среднего и малого бизнеса.


Объем установленного лимита РосБР по кредитам (гарантиям, поручительствам) в 2008 году — 9 млрд. руб., в т. ч. кредиты (гарантии, поручительства) юрлицам, осуществляющим поддержку малого и среднего бизнеса — 2,5 млрд. руб. Наш прогноз объема портфеля по кредитам, выданным малому и среднему бизнесу на 2012 год — 42 млрд. рублей.


***


Консалтинговая группа БФИ провела среди банков исследование на тему, какие отрасли нуждаются в финансовой поддержке Банка развития. Были названы транспортное, специальное и энергетическое машиностроение (63% анкет) и электронная промышленность (52%). В числе прочих банки обратили внимание на потребность в поддержке обрабатывающей промышленности, сельского хозяйства.


***


П. 7. Меморандума о финансовой политике государственной корпорации "Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)", утвержденного распоряжением Правительства РФ от 27 июля 2007 года


Основными отраслевыми приоритетами инвестиционной деятельности Внешэкономбанка на 2007—2010 годы являются: а) авиастроение и ракетно-космический комплекс; б) судостроение; в) электронная промышленность; г) атомная промышленность, в том числе атомная энергетика; д) транспортное, специальное и энергетическое машиностроение; е) металлургия (производство специальных сталей); ж) деревообрабатывающая промышленность; з) оборонно-промышленный комплекс.


***


О недостатках концессионного законодательства


В соответствии с ФЗ "О концессионных соглашениях" концедент, в лице которого выступают органы государственного или муниципального управления, оформляет в свою собственность вновь построенные концессионером объекты инфраструктуры сразу по завершении строительства.


Концессионер окупает свои затраты в результате коммерческой эксплуатации объектов инфраструктуры. С точки зрения банка, принципиальный дефект российской конструкции концессии возникает на стыке российского концессионного и бюджетного законодательства, законодательства о закупках, законодательства о конкуренции и естественных монополиях.


Во-первых, легко представить случай, когда объект инфраструктуры является социальным и не генерирует достаточно прямых коммерческих доходов, например метрополитен. Финансирование ускоренного строительства здесь возможно, если за результаты инвестиций бюджет, условно говоря, расплачивается в рассрочку. Однако бюджетное законодательство и законодательство о государственных закупках не позволяет реализовать такую схему без оформления бюджетных гарантий по оплате такой рассрочки.


Во-вторых, регулирование коммерческой деятельности концессионера осуществляется третьими лицами — государственными органами — независимо от контрактных обязательств концедента. Очевидно, что концессионер хотел бы гарантий по долгосрочному экономическому регулированию своей деятельности, а концедент не может их предоставить из-за отсутствия таких полномочий. Иными словами, ни одна из сторон по контракту концессии не управляет риском регулирования. Наконец, в случае досрочного завершения контракта концессии по тем или иным причинам, когда инвестиции концессионера еще не полностью возвращены, единственным способом возврата его средств остается получение компенсаций из бюджета.


С точки зрения банка, финансирующего проект, для покрытия этого риска необходимо получение бюджетной гарантии концессионеру по контрактным обязательствам концедента, включая порядок урегулирования вопросов досрочного расторжения. Учитывая, что капиталоемкость инфраструктурных проектов сопоставима с бюджетами регионов и муниципалитетов, а также то, что Бюджетный Кодекс ограничивает региональные и муниципальные органы власти в объемах и сроках предоставления гарантий, финансирование строительства новых инфраструктурных объектов на условиях концессий проблематично.


***


Стратегия Банка развития и внешнеэкономической деятельности (ВЭБ) предусматривает к концу 2012 года увеличить объем кредитного портфеля до 850 млрд. руб., объем участия в капитале — до 120 млрд. руб., объем гарантий — до 100 млрд. рублей.


***


К числу наиболее значимых Банк развития и внешнеэкономической деятельности относит следующие проекты, реализация которых либо началась, либо начнется в самое ближайшее время:


1. Проект создания первого в России производства субмикронных полупроводниковых компонентов с топологическими нормами 0,1—0,13 мкм, реализуемый компанией ОАО "Ангстрем-Т" в Зеленограде. Его реализация направлена на развитие отечественной электронной промышленности, продукция которой имеет двойное назначение, способна внести существенный вклад в ускорение развития всех высокотехнологичных отраслей и обеспечить существенное повышение ВВП страны. Банком принято решение об открытии кредитной линии для финансирования проекта в размере 815 млн. евро сроком на девять лет (микроэлектроника).


2. Проекты, реализуемые компаниями, входящими в ОАО "Объединенная авиастроительная корпорация"(ОАК). Банком принято решение об установлении на 2008 год кредитно-документарного лимита в сумме 24,69 млрд. руб., цель которого— участие Банка в том числе в финансировании создания научно-производственного авиастроительного кластера на базе ЦАГИ (г. Жуковский), финансировании ОАО "Авиационная холдинговая компания "Сухой" для реализации программы, направленной на строительство и оснащение воздушных судов нового типа "SSJ 100", их сертификацию и запуск в серийное производство, создание системы послепродажного обслуживания как на территории России, так и за рубежом, а также финансирование работ и инвестиционных проектов в рамках Программы поставок новых российских самолетов до 2015 года, утвержденной ОАО "ОАК".


3. Проект создания лесоперерабатывающего комплекса в Богучанском районе Красноярского края в рамках инвестиционного проекта "Комплексное развитие Нижнего Приангарья" (деревообработка), инициатором которого стало ОАО "Корпорация развития Красноярского края". Корпорация создана при участии администрации Красноярского края, ОАО "Гидро-ОГК" и Банка с целью организации качественных преобразований в экономике Красноярского края через реализацию на территории региона крупных инвестиционных проектов, основанных на принципах ГЧП.


В рамках проекта Банк финансирует строительство лесоперерабатывающего комплекса, включающего создание собственной лесосырьевой базы и производство мощностью 800 тыс. т целлюлозы, 250 тыс. куб. м МДФ, 500 тыс. т крафт-картона и 700 тыс. куб. м пиломатериалов в год в Богучанском районе Красноярского края в объеме 41,4 млрд. руб. Этот проект — один из первых в целлюлозно-бумажной промышленности за последние 30 лет, ему присвоен статус приоритетного инвестиционного проекта в области освоения лесов.


4. Проекты, входящие в инвестиционную программу ОАО "РЖД", включая проект модернизации участка железнодорожной линии Кузбасс — Дальневосточный транспортный узел (стоимость проекта — 40 млрд. руб., срок окупаемости — 10 лет, ожидаемый объем финансирования проекта Внешэкономбанком в 2008 году — 6,3 млрд. рублей).


5. Проект развития городской инфраструктуры водоснабжения и водоотведения в Ростовской области в рамках Комплексной программы строительства и реконструкции объектов водоснабжения (жилищно-коммунальная инфраструктура), инициатором которого выступает ОАО "Евразийский". Это первый проект, реализуемый на концессионной основе при участии администраций Ростовской области и города Ростова-на-Дону. Программа инвестиций по проекту рассчитана до 2021 года и включает три пятилетних этапа. Его общая стоимость в ценах 2006 года составляет 22,1 млрд. руб., а в сегодняшних — 41,5 млрд. руб., в том числе вложения частного инвестора — 32,7 млрд. руб., Инвестиционного фонда РФ — 6,6 млрд. руб., Ростовской области и города Ростова-на-Дону — 2,2 млрд. рублей.


Врамках финансирования инвестиционной программы частного инвестора по проекту (ОАО "Евразийский") Банк участвует в капитале проектной компании (19,99% акций ОАО "Евразийский"), предоставит кредитную линию в размере 4,5 млрд. руб. сроком на 14 лет для реализации первого этапа проекта, осуществляемого на территории Ростова-на-Дону.


6. Проекты в секторе транспортной инфраструктуры, претендующие на средства Инвестиционного фонда Российской Федерации (условия своего участия в которых Банк определит по результатам проводимых концессионных конкурсов):


— строительство в Санкт-Петербурге Орловского тоннеля под рекой Невой;


— строительство скоростной автомобильной дороги "Москва— Санкт-Петербург" на участке 15-й км — 58-й км;


— строительство автомагистрали "Западный скоростной диаметр" в Санкт-Петербурге;


— строительство платной автомобильной дороги "Объезд г. Одинцово" (в рамках проекта по строительству нового выхода на Московскую кольцевую автомобильную дорогу (МКАД) с федеральной автомобильной дороги M l "Беларусь" Москва — Минск").

Назад

ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ИНСТИТУТЫ РАЗВИТИЯ КАК СРЕДСТВО МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ

14 марта 2008 года
#Публикации
Назад

Источник: Бизнес и банки
Дата: 14 марта 2008 г.,  Город: Москва



 


Создание Банка развития и внешнеэкономической деятельности на базе существующего Внешэкономбанка, в состав которого вошли, кроме того, ОАО "Росэксимбанк" и ОАО "Российский банк развития", следует рассматривать как новый этап развития финансово-кредитной системы страны. Основными целями Банка провозглашаются: обеспечение повышения конкурентоспособности экономики Российской Федерации, стимулирование инвестиционной деятельности, реализация в России и за рубежом проектов, направленных на развитие инфраструктуры, инноваций, особых экономических зон, на защиту окружающей среды, поддержку экспорта российских товаров, работ и услуг, малого и среднего бизнеса.


Для решения перечисленных задач, ускорения развития российской экономики необходимо изыскание дополнительных инвестиционных ресурсов, что сопряжено с определенным изменением как характера, так и организации финансово-кредитной системы. Действующая система сложилась в 90-е годы, когда основной задачей реформирования экономических отношений, в том числе и финансово-кредитных, был их форсированный переход на рыночную основу. При этом предполагалось, что конкуренция обеспечит необходимые стимулы для развития экономики, позволит активизировать перераспределительные процессы.


Однако ни резкое увеличение числа коммерческих банков в 90-е годы, ни либеральные условия их деятельности не оказали позитивного влияния на развитие экономики, ее реального сектора. Не удалось сконцентрировать финансовые ресурсы и направить их на развитие приоритетных отраслей. Напротив, деятельность российской банковской системы способствовала вывозу капитала за рубеж и неоправданному росту государственного долга. Это в значительной мере обострило финансовый кризис 1998 г.


При этом финансово-кредитная политика была сориентирована таким образом, чтобы не допустить использования централизованных финансовых ресурсов для стимулирования развития реальной экономики. Этим можно объяснить игнорирование изучения и применения зарубежного опыта создания банков развития с государственным участием, хотя такой опыт широко используется как развитыми, так и развивающимися странами.


Подсчитано, что в настоящее время в мире функционирует около 750 институтов развития, преимущественно банков. Заметную роль играют банки развития в реструктуризации экономик даже таких крупных стран, как Германия, Япония, Китай, Италия, Индия, Бразилия. Это означает, что добиваться оптимальных пропорций в экономике только рыночными методами зачастую недостаточно продуктивно. Особенно эффективны, полезны банки развития в условиях восстановления, переустройства, модернизации экономики, когда необходима концентрация ресурсов для решения ключевых задач.


Именно в таком состоянии находится в настоящее время российская экономика. Накопление значительных финансовых ресурсов, с одной стороны, и необходимость ускорения развития экономики — с другой, требует структурных изменений как банковской системы в целом, так и создания институтов развития в частности.


Сложность и многообразие задач, поставленных перед Банком развития в России, требует тщательной проработки целого ряда вопросов, начиная с определения перечня его функций и задач и кончая выработкой критериев оценки его эффективности. В мире накоплен значительный опыт функционирования государственных институтов развития, который мог бы быть с пользой применен при организации деятельности российского банка.


Особое место и роль банков развития в рамках единой банковской системы страны определяются такими их отличительными признаками, как:




  • специфический механизм мобилизации долгосрочных ресурсов;


  • особый механизм долгосрочного инвестирования в основные фонды реального сектора (прямой долгосрочный и облигационный кредиты, вложения в акционерный капитал, эмиссионные и фондовые операции);


  • специфический механизм краткосрочного кредитования реального сектора (в оборотные средства и расчеты), исключающий утечку кредитных ресурсов в финансовые операции, и т. п.;


  • система институциональных привилегий, обеспечивающих осуществление вышеназванных задач.

Широкое распространение банков развития обусловливает разнообразие их организации и функций. В мировой практике к категории банков развития относят инвестиционные институты, занимающиеся долгосрочным кредитованием (в основном на льготных условиях) отдельных отраслей и сфер хозяйства. В отличие от коммерческих банков эти институты обычно не принимают депозиты от вкладчиков, не осуществляют расчетных и платежных операций и, как правило, почти не предоставляют краткосрочных ссуд. Несмотря на различия в организационных схемах и выполняемых ими функциях, государственные институты развития в развивающихся и развитых странах нацелены прежде всего на облегчение финансовых проблем предприятий и отраслей, имеющих ограниченный доступ к ресурсам коммерческих банков на обычных рыночных условиях.


В целом можно выделить две принципиальные модели их деятельности. В индустриальных странах с развитым денежным рынком и достаточно диверсифицированной кредитно-банковской системой операции государственных финансовых институтов изначально стали ориентироваться на создание условий, обеспечивающих равные возможности доступа к коммерческим кредитам со стороны экономических субъектов. В этих рамках их основная функция заключалась в предоставлении дополнительных гарантий по коммерческим кредитам с повышенной степенью риска и субсидий заемщикам с ограниченной платежеспособностью (малый и средний бизнес).


В развивающихся странах на банки развития были возложены более широкие функции. В большинстве стран они играли по существу одну из главных ролей в политике государства по становлению и развитию базовых отраслей промышленности, сельского хозяйства, производственной инфраструктуры. В современной финансовой стратегии развивающихся стран значение государственных институтов развития несколько снизилось (в том числе и в силу повышения потенциала и совершенствования деятельности частных коммерческих банков). Однако в большинстве случаев они сохранили свое значение в решении как народнохозяйственных, так и социальных проблем.


К основным направлениям деятельности банков развития относятся:




  • аккумулирование финансовых ресурсов из внешних и внутренних источников для реализации государственной инвестиционной политики;


  • экспертиза проектов, предлагаемых к реализации за счет средств бюджета развития и иных источников;


  • преимущественно "точечное" финансирование и кредитование высокоэффективных инвестиционных проектов в реальном секторе экономики, в том числе производства и поставок на экспорт высокотехнологичной продукции;


  • кредитование предприятий реального сектора экономики, испытывающих временный недостаток оборотных средств с одновременным осуществлением расчетно-кассового обслуживания этих предприятий;


  • поддержка инвестиционных и иных проектов реального сектора экономики путем выдачи гарантий по привлеченным кредитам зарубежных или российских финансовых организаций;


  • размещение промышленных государственных займов и открытие гарантированных государством депозитов для привлечения средств населения на инвестиционные цели;


  • консультирование предприятий по их реструктуризации и развитию, привлечению кредитных ресурсов, эмиссии акций и облигаций.

Функции банков развития могут выполнять различные кредитно-банковские институты: финансовые корпорации, индустриальные банки, отраслевые и многоотраслевые корпорации промышленного развития, банки и фонды промышленного и сельскохозяйственного развития, специальные кредитные учреждения, финансирующие мелких и средних предпринимателей, и т. д.


Опыт послевоенной Японии, Южной Кореи, а также рыночного формирования экономики в развивающихся странах и странах Восточной Европы показывает, что важным фактором восстановления экономики и стимулирования экономического роста является селективная государственная кредитная политика, осуществляемая банками развития при наличии действенных механизмов рефинансирования и контроля. В Японии существенное увеличение доли кредитов, предоставляемых промышленным компаниям государственными и полугосударственными финансовыми учреждениями в послевоенный восстановительный и реконструктивный период, в определенной степени обусловили существенные темпы развития японской экономики. Льготные долгосрочные кредиты этих учреждений составляли в тот период более половины всех долгосрочных кредитов,


причем особенно высоким был их удельный вес в приоритетных, но капиталоемких отраслях — горнорудной, химической, металлургической, транспортном машиностроении.


И в настоящее время институты развития играют большую роль. Так, деятельность Японского банка развития, учрежденного в конце 1999 г., сосредоточена на льготном кредитовании отраслей экономики (как правило, сроком менее одного года) и на выдаче кредитов, в предоставлении которых не заинтересованы частные банки. Важную роль банк играет и в реализации крупномасштабных зарубежных проектов.


Банк обеспечивает проекты практическими рекомендациями, а также доступ к ресурсам через частные инициативы финансирования, проектное и другие способы финансирования. Как "банк знаний" он способен объединить услуги по финансированию с дополняющими их консультационными и организационными услугами. Основные сферы деятельности банка включают поддержку региональных городских центров и модернизацию транспортной инфраструктуры, развитие самых современных информационных технологий и систем коммуникаций. В числе приоритетов — инициативы по защите окружающей среды (развитие энергетики с использованием природных факторов — ветра, приливов и т. п.). Учреждения — предшественники Банка развития Японии — в своей работе также учитывали оба аспекта — национальный и региональный, но для них это было скорее исключение, чем правило.


Кроме того, значительную роль в экономике Японии играют государственные финансовые корпорации. Через них правительство Японии проводит государственные программы поддержки и развития экономики. В Японии действуют восемь государственных корпораций. В их числе: Корпорация жилищного кредитования, Корпорация финансирования сельского хозяйства, лесоводства и рыболовства, Японская финансовая корпорация для малого бизнеса, Японская корпорация малых и средних предприятий, а также Ассоциация кредитных гарантий.


В странах Восточной Европы в период рыночных реформ с начала 90-х годов широко использовались льготные ставки процента для производственного сектора, в первую очередь на реструктуризацию предприятий и развитие экспортных производств. Например, в Венгрии целевые долгосрочные кредиты на рефинансирование предоставлялись в доле до 50% от расходов на мероприятие.


Деятельность государственных институтов развития имела большое значение для модернизации экономики развивающихся стран. И хотя резкое ограничение бюджетных дотаций и льготных кредитов со стороны центрального банка, переход преимущественно на рыночные механизмы формирования фондов1 в последнее десятилетие предопределили снижение льготности выделяемых займов, в целом уровень применения рыночных критериев и принципов остается у них ниже, чем у частных банков.


Льготность кредитования приоритетных сфер экономики проявляется в более длительных сроках погашения предоставляемых кредитов, менее жестких требованиях в отношении гарантий, облегченной процедуре пролонгации ранее предоставленных кредитов в случае временных затруднений дебитора, совмещении льготных кредитов и кредитов на рыночных условиях и т. д. Так, кредиты банков развития во многих странах Латинской Америки предоставляются в зависимости от характера проекта на срок до 20 лет с трехлетним льготным периодом. В случае социальной важности того или иного проекта процентные ставки могут устанавливаться на преференциальном уровне.


Сохранилась и тенденция к предоставлению средне— и долгосрочных кредитов. На последние в конце 90-х годов приходилось 38% суммы всех активов 53 наиболее крупных латиноамериканских банков развития (на краткосрочные — 12%). Преобладающими сферами кредитования остались сельское хозяйство и агропромышленный комплекс (21%), обрабатывающая промышленность (13%), образование, здравоохранение и другие базовые услуги (8%), внешняя торговля (6%).


Изучение деятельности банков развития в различных странах позволяет выделить некоторые закономерности, которые могут быть учтены при такой модернизации финансово-кредитной системы в России.


В частности, существует прямая зависимость между количеством задач, стоящих перед институтами (банками) развития, и числом таких банков. Обширный перечень направлений инвестиций, названный в Законе "О Банке развития", позволяет сделать вывод о том, что осуществить все эти функции для одного банка будет сложно. Очевидно, что эффективность инвестиционной деятельности по различным направлениям неодинакова. Кроме того, сосредоточение всех ресурсов в общей массе может лишить некоторые направления инвестиций необходимых источников средств. Поэтому полезно, на наш взгляд, использовать зарубежный опыт создания ряда специализированных банков (или финансовых корпораций), обеспечивающих полнокровное финансирование приоритетных задач экономического развития.


Во многих странах, где функционируют банки развития, признано целесообразным создание сети банков, которые специализируются на поддержке определенной отрасли или сферы деятельности. Широко практикуется такая система организации банков развития в Мексике, Бразилии, Чили и ряде других стран. Крупнейший немецкий банк развития KfW организован в форме холдинга из пяти специализированных банков.


В условиях интернационализации экономики и открытия внешних рынков в деятельности банков развития усиливается акцент на развитие экспортного сектора. От простого кредитования внешнеторговых операций они перешли к более диверсифицированной политике, направленной на повышение конкурентоспособности экспортоориентированных отраслей и предприятий, охватывая не только непосредственно кредитование внешнеторговых операций, но и производственных процессов на той или иной стадии выпуска экспортной продукции, включая кредиты на пополнение оборотного капитала. Основная цель — повышение конкурентоспособности национальной продукции на внешних рынках.


Помимо непосредственного финансирования экспорта, включая производство экспортной продукции и ее реализацию на зарубежных рынках, банки развития предоставляют гарантии по кредитам, выдаваемым коммерческими институтами мелким предприятиям, участвующим в производстве экспортной продукции.


Не менее значима деятельность специализированных внешнеторговых банков развития по таким направлениям, как изучение и предоставление информации о состоянии зарубежных рынков с выделением специфических требований, предъявляемых в той или иной стране; финансирование затрат по организации выставок и ярмарок, программ повышения квалификации для представителей малого и среднего бизнеса.


В последние годы банки развития активизируют свою деятельность по таким направлениям, как:




  • оптимизация действующих схем и механизмов кредитования, обеспечивающих возможность ускоренного развития отраслей и регионов, включая мелкий бизнес;


  • совершенствование системы анализа и разработки новых проектов общенационального значения;


  • укрепление связей с коммерческими банками в области кредитных и расчетно-платежных отношений, повышение доли ресурсов коммерческих банков в финансовых программах институтов развития;


  • развитие финансовых институтов небанковского типа, управление и контроль за коммерческими рисками;


  • развитие внутреннего рынка ценных бумаг, содействие выходу на внутренний денежный рынок мелким и средним предприятиям;


  • повышение доли кредитов, предоставляемых на технологическую модернизацию, финансирование программ по повышению квалификации управленческого персонала предприятий, совершенствование систем управления и повышения производительности труда, особенно на мелких и средних предприятиях.

Одним из принципиальных вопросов организации и функционирования банков (институтов) развития является участие государства в организации и управлении этими банками. Этот вопрос особенно остро воспринимается финансовыми властями России. Неприятие какого-либо усиления роли государства в экономической жизни препятствует рациональному сочетанию государственных и частных интересов, эффективной организации деятельности банковской системы и корпораций. Показательно, что за рубежом при существенном изменении за последние годы выполняемых банками развития функций и основных направлений деятельности они остались под контролем государства. В 8 из каждых 10 действующих в настоящее время банков развития доля государства в капитале остается полной и преобладающей, что не только не противоречит, но и способствует достижению наиболее оптимальных результатов в финансово-хозяйственной деятельности, особенно в странах с переходной экономикой.


Участие государства не исключает широкого привлечения коммерческих банков к процессу финансирования и кредитования определенных правительством направлений. Сотрудничество с банками развития создает для коммерческих банков благоприятные условия для привлечения дополнительных ресурсов, не только государственных, но и частных. Доверие к уполномоченным коммерческим банкам, как показывает практика, выше, чем к остальным.


Кроме того, такие уполномоченные банки повышают и уровень своего маркетинга, осуществляя по поручению банков развития различного рода экспертные и консалтинговые услуги в целях отбора наиболее эффективных объектов кредитования.


Зарубежный опыт свидетельствует о гибкости организации государственных банков развития, возможности их существенной реорганизации, приспособления к рыночным условиям хозяйствования, расширения привлечения частных ресурсов.


Помимо бюджетных средств и займов, привлеченных на рынках ценных бумаг, одним из направлений мобилизации долгосрочных капиталов банками развития является использование на эти цели части резервов коммерческих банков. Для этого могут осуществляться следующие меры:




  • размещение центральным банком части обязательных резервов коммерческих банков в облигации банков развития с выплатой фиксированного процента;


  • привлечение центральным банком части обязательных резервов коммерческих банков облигациями банков развития;


  • размещение части добровольных резервов коммерческих банков в облигациях банков развития, для чего необходимы государственные гарантии этих облигаций, налоговые льготы на доходы от них, возможность (полностью или частично) выплаты процентов по этим облигациям государством.

Так же как и в мировой практике, потенциальным источником финансовых ресурсов для банков развития в России могут быть и сбережения населения. Помимо прямого привлечения индивидуальных сбережений путем размещения облигаций Банка развития как непосредственно среди населения, так и через Сбербанк РФ, следует учитывать возможность использования на эти цели ресурсов пенсионных фондов.


В Японии, например, поступления со специального счета Бюро доверительного фонда Министерства финансов, оперирующего средствами государственных пенсионных и страховых учреждений, составляют до 70% общего объема ресурсов Банка развития.


На национальный пенсионный фонд Швеции вплоть до недавнего времени приходилось около 40% предложения кредитных ресурсов на финансовом рынке этой страны.


Диверсификация источников финансирования проектов позволяет снизить риски при кредитовании малорентабельных проектов и повысить общую эффективность деятельности банков развития.


Деятельность российского Банка развития, наряду с использованием основополагающих принципов функционирования зарубежных банков развития, должна быть построена с учетом особенностей российской экономики, где актуальным остается поиск путей повышения эффективности взаимодействия реального сектора и российской банковской системы с целью стимулирования инновационного пути развития экономики.


Прежде всего особая роль институтов развития в вовлечении в процесс финансирования отраслей и проектов, не представляющих интерес для частного бизнеса, в России становится еще более значимой. Российским коммерческим банкам не удается, несмотря на улучшение ситуации в банковском секторе, в частности положительную динамику ряда основных показателей деятельности российских коммерческих банков, полноценно выполнять функции трансформации привлеченных средств в инвестиции. В основном банки все еще специализируются на перераспределении средств между предприятиями (главным образом в сфере обращения).


Несмотря на значительный абсолютный объем кредитов, предоставленных нефинансовым организациям (8,1 трлн. руб. на 01.10.2007 г.), их доля в активах банковского сектора практически не увеличивается (в 2006 г. она составляла 43,8, а на 01.10.2007 г. — 44,4%). Основная доля кредитов концентрируется в отраслях, ориентированных на экспорт, а перелив капитала из сырьевых секторов в обрабатывающие сдерживается низкой (в том числе ниже ставки рефинансирования) рентабельностью в этих отраслях (см. таблицу).


По данным Годового отчета Банка России за 2006 г., количество банков со значением показателя достаточности капитала менее 12% возросло в 1,7 раза. С другой стороны, только за 9 месяцев 2007 г. совокупная величина рисков банковского сектора, учитываемых при расчете достаточности собственных средств, возросла на 37,4%, в том числе 95,3% составила доля кредитного риска. А прирост просроченной задолженности по кредитам, депозитам и прочим размещенным средствам (46,2%) превысил рост объема кредитования (36,8%)2.


По-прежнему незначительным остается удельный вес долгосрочных пассивов банковского сектора в общей сумме пассивов. Хотя к началу 2007 г. существенно (до 46%) увеличилась доля депозитов, привлеченных на срок от одного года до трех лет, удельный вес депозитов на срок свыше трех лет составил лишь 6,3%, что явно недостаточно для осуществления долгосрочного кредитования.


Кроме того, наблюдалось дальнейшее расширение присутствия иностранного капитала на рынке банковских услуг. Если на начало 2007 г. количество контролируемых нерезидентами банков составляло 65, то к сентябрю 2007 г. оно увеличилось до 83, в том числе 18 из них входят в число 50 крупнейших по размеру активов российских банков. Вряд ли стоит ожидать от иностранного капитала серьезного участия в модернизации российской экономики.


С другой стороны, на фоне заметной разницы в уровнях процентных ставок в России и на международных финансовых рынках усиливается тенденция к росту займов, привлекаемых российскими организациями за рубежом. По данным Банка России, к сентябрю 2007 г. долг банков перед нерезидентами составил 147,7 млрд. долл., увеличившись с начала года на 45,9%, а задолженность прочих секторов экономики — 230,4 млрд. долл. Возросший приток иностранного капитала в условиях падения роста производительности труда (отмеченного в последних обзорах МЭРта), скорее влияет на рост цен, чем на экономический рост, и вряд ли может рассматриваться в качестве надежного источника решения структурных проблем экономики. В этих условиях создание банков развития с государственным капиталом может быть направлено на более активное участие государства в проведении структурной экономической политики путем масштабных инвестиций в приоритетные отрасли российской экономики.


Значение деятельности банков развития будет определяться не только существенными объемами инвестиций (по расчетам экспертов, они могут достичь 3 трлн. руб., что составляет около четверти всего объема обязательств организаций и населения перед российскими коммерческими банками на 1 сентября 2007 г.), но и направлением их под контролем государства в сектора экономики, имеющие стратегическое значение для дальнейшего ее развития (авиация, космонавтика, нанотехнологии, информационные технологии и др.), что способствовало бы прогрессивной структурной перестройке национального хозяйства. Учитывая высокий износ основного капитала практически во всех отраслях экономики (в металлургии — 50%, машиностроении — 45%, легкой промышленности — 54%), значительный спад в высокотехнологичных производствах с глубокой степенью обработки исходного сырья, следует дополнить этот список стратегических приоритетов другими отраслями, прежде всего машиностроения (в том числе сельскохозяйственного) и станкостроения.


Субъектами спроса на оборудование, машины и приборы могут стать сельское хозяйство, здравоохранение (на решение проблем которых направлены и национальные проекты), легкая и пищевая промышленность. В свою очередь, для их производства нужны современные станки и технологии, особенно востребованные в настоящее время, когда Россия с 3-го места в мире по производству и 2-го места по потреблению станкостроительной продукции в 1990 г. опустилась соответственно на 22-е и 19-е, а ее доля в сегменте высоких технологий сократилась до 0,5%.


Инвестиции в машиностроение способны оказать значительно большее воздействие на совокупный промежуточный и потребительский спрос, усилить мультиплицирующий эффект, вызываемый ростом производства, занятости и дохода в конкретной отрасли в зависимости от трудоемкости и материалоемкости данной отрасли. Чем выше трудоемкость и материалоемкость, доля заработной платы в добавленной стоимости, тем больше это воздействие. Если учесть то обстоятельство, что эта доля сильно варьируется по отраслям промышленности (от 4% в газовой промышленности до 80% в машиностроении), а подавляющая доля инвестиций направляется в добывающие отрасли, очевидно, что мультипликатор инвестиций в российской экономике остается на низком уровне.


Кроме того, негативное влияние на этот процесс оказывает сложившаяся структура российского импорта, в котором удельный вес машин и оборудования в январе—ноябре 2007 г. составил 54% (в 2006 г. — 51,3%), а порождаемый инвестициями потребительский спрос также в значительной степени удовлетворяется за счет импорта предметов потребления. Так как в российской экономике доля импорта составляет на протяжении последних лет 43—44% в общем объеме конечного потребления домашних хозяйств, мультиплицирующий эффект инвестиций существенно снижается.


Для стимулирования развития и повышения технологического уровня машиностроительных производств необходимо участие государства в создании соответствующих интегрированных (науки с производством) структур, программах подготовки и обновления кадров, поощрении импорта современных технологий, снижении трансакционных затрат и издержек финансовых секторов путем удешевления кредитов. В связи с этим очень важна финансовая поддержка со стороны Банка развития новой госкорпорации "Ростехнологии".


Целесообразно сосредоточить средства и усилия на реализации национального проекта по развитию аграрного сектора путем:




  • предоставления кредитов предприятиям сельскохозяйственного машиностроения для дальнейшей реализации их продукции сельхозпроизводителям по лизинговым схемам;


  • оказания Россельхозбанком кредитной помощи сельхозпредприятиям при приобретении техники, произведенной при поддержке средств Банка развития, по лизингу.

Такая схема позволит задействовать всю цепочку технологических связей с целью достижения продовольственной безопасности России, угрозой которой является стремительное увеличение импорта продуктов питания: так, по данным Росстата, за январь—ноябрь 2007 г. импорт мяса из стран дальнего зарубежья вырос на 8,9% (а из стран СНГ — на 33% (50%) , рыбы — на 26,3% (9,7%), сахара — на 38,9% (54,1% соответственно).


Для максимального снижения возможного отрицательного воздействия селективной кредитной политики на решение задач финансовой стабилизации необходимо соблюдение двух условий: во-первых, ограничение как числа приоритетных отраслей или программ, так и временного периода их финансовой поддержки и, во-вторых, наличие четких юридических процедур, обеспечивающих своевременное погашение ссуд.


Международный опыт организации государственных институтов развития подтверждает, что потребность в таких институтах (банках) наиболее велика у капиталоемких отраслей промышленности (металлургия, химия, машиностроение), а также сельского хозяйства, которые для обычных коммерческих банков малопривлекательны, хотя национальные экономики остро нуждаются в их развитии.


Банки развития обеспечили техническое перевооружение ряда отраслей японской промышленности, прежде всего в области энергетики, автомобилестроения, рыбной промышленности. Эти банки способствовали созданию новых отраслей в Латинской Америке, а также ускорению развития отстающих регионов различных стран (Бразилия, Мексика, Япония и др.).


Выбор приоритетов для банков развития в зарубежных странах зависит не только от важности отрасли или направления затрат, но и от степени развития частных финансовых институтов. В целях предотвращения нежелательной и неравноправной конкуренции государственных банков развития и частных финансовых институтов предпочтение отдается последним, так как такая конкуренция может подавлять частный финансовый сектор и способствовать появлению финансовой напряженности в экономике. Чем более в какой-либо стране развиты, диверсифицированы и устойчивы частные финансовые институты, тем меньше потребность в государственном участии. Поэтому в последние годы в развитых индустриальных и некоторых развивающихся странах происходит сужение среды деятельности банков развития.


Эффективность функционирования банков развития во многом зависит от оптимального формирования их ресурсной базы, сочетания различных ее источников. Сотрудничество банков развития с коммерческими банками позволяет не только предоставлять уполномоченным коммерческим банкам дополнительные кредитные ресурсы, но и использовать их собственные для осуществления кредитования запланированных мероприятий. Кроме того, банки развития могут приобретать ресурсы посредством операций на финансовых рынках. По данным зарубежной отчетности, этот источник ресурсов набирает силу. Поскольку экономическая природа этих ресурсов неодинакова, поэтому режим их использования должен быть различным.


В зарубежной литературе принято делить банки развития в зависимости от порядка формирования ресурсов:




  • на банки "первого уровня", которые имеют право использовать все виды привлечения средств,


  • и банки "второго уровня", у которых ресурсы могут быть образованы на основе бюджетных средств, средств внебюджетных фондов, займов зарубежных институтов, а также выпуска собственных долговых обязательств.

В последние годы за рубежом отдается предпочтение банкам второго уровня, которые не составляют конкуренцию коммерческим банкам.


В России эволюция банков развития в первое время может привести к использованию как первого, так и второго вариантов формирования ресурсов.


Слабость организационной структуры банков развития делает необходимым более тесное их сотрудничество с коммерческими банками. Для России в настоящее время особенно востребован второй вариант формирования ресурсов. Необходимость изыскания финансовых средств для развития российской экономики не согласуется с действиями российских финансовых властей по размещению их в зарубежных активах. Стремление выводить ресурсы за рубеж свидетельствует не о заботе об их сохранности, а о неуверенности и неумении эффективно их использовать. Ведь использование этих ресурсов через банки развития целиком находится в компетенции самих финансовых властей.


Заслуживает также внимания вопрос о целесообразности разделения фондов финансирования инвестиционных проектов, по аналогии, например, с латиноамериканскими многосторонними банками развития, на:




  • фонд специальных операций, сформированный из бюджетных средств и относительно дешевых привлеченных источников (включая средства фонда национального благосостояния и резервного фонда, пенсионные накопления), средства из которого следует направлять на кредитование низкорентабельных и долгосрочных проектов в отрасли реального сектора экономики;


  • фонд основных ресурсов, пополняемый за счет привлечения средств на финансовых рынках и используемый для финансирования относительно высокорентабельных и быстроокупаемых проектов (например, строительство платных автодорог на условиях государственно-частного партнерства). Такое разделение источников кредитования позволит существенно снизить процентные риски при решении общегосударственных задач, но может потребовать внесения соответствующих изменений в организационную структуру нового банка.

В то же время нельзя забывать, что бюджетная эффективность инвестиций может выражаться в косвенных показателях и через достаточно длительный период времени. Так, развитие транспортной, информационной, институциональной инфраструктуры будет способствовать расширению хозяйственной деятельности как в смежных отраслях, так и непосредственно предприятий, использующих соответствующие объекты инфраструктуры для развития производства, что в конечном итоге приведет к расширению налогооблагаемой базы и росту бюджетных доходов.


Большое положительное значение банков развития состоит в том, что по мере укрепления своей капитальной базы и расширения объемов операций они будут оказывать благотворное влияние на банковскую систему в целом путем использования механизма двухуровнего финансирования, что может привлечь коммерческие банки-партнеры к кредитованию реального сектора, усилив при этом их ресурсную базу и повысив прибыльность деятельности.


При этом должны быть согласованы основные критерии отбора банков-агентов госкорпорации, в числе которых может стать требование раскрыть своих основных бенефициаров для определения ответственности за действия банка-агента; недопущение в число агентов Банка развития кредитных организаций с высокой зависимостью ресурсной базы от рынка межбанковских кредитов, а также имеющих просроченную задолженность по кредитному портфелю выше 1%; ограничение доступа в систему банков-агентов с размером собственного капитала ниже установленного уровня (например, 100 млн. долл.) в том случае, если он претендует на участие в финансировании крупного инфраструктурного проекта. В то же время для банков-агентов, участвующих в программе Банка развития по кредитованию малого и среднего бизнеса, такие ограничения излишни.


Привлечение государством коммерческих банков к финансированию общественно значимых объектов необходимо осуществлять с применением арсенала таких рыночных инструментов, как: гарантии государства, предоставляемые организациям, обеспечивающим банки кредитными ресурсами; бесплатные или льготные гарантии государства банкам развития, страхующие их от невозврата кредитов; бесплатное или на льготных условиях предоставление государственных средств в качестве источников финансирования конкретных инвестиционных объектов и т. п.


Сказываются на характере, функциях, структуре банков развития и процессы глобализации, усиление интеграционных тенденций в экономиках как развитых, так и развивающихся стран. В последнее время наиболее крупные банки развития, в том числе и в развивающихся странах, расширяют сеть своих филиалов и представительств за рубежом. Таким путем они расширяют привлечение инвестиционных ресурсов на рынки своих стран и продвигают свои компании на зарубежные рынки.


Активно развиваются и специализированные экспортно-импортные банки. В настоящее время в мире насчитывается более 70 подобных институтов. Такие банки могут быть и государственными, и частными, действующими под патронатом государства или объединений национальных компаний. Особенно активно они действуют в развивающихся странах, особенно в сфере поддержки малого бизнеса. Банки не только финансируют непосредственно экспортеров, но и помогают экспортному производству по всей производственной цепочке.


Экспортно-импортные банки по своей природе близки к различного рода международным банкам. Такие институты развития особенно важны для установления производственных связей на территории бывшего СССР. Политическое разобщение советских республик нарушило производственную кооперацию у многих предприятий различных отраслей. Создание банков развития (в том числе и международных) способствовало бы восстановлению таких связей, дало толчок интеграционным процессам, что позитивно отразилось бы на экономике этих стран.


Назад

Российский государственный банк предупреждает об опасности принудительного регулирования

24 января 2008 года
#Публикации
Назад

Boersen-Zeitung
24.1.2008


- «Серьезная преграда для деловых процессов»
- пакет акций EADS будет обменен на акции авиационной компании Объединенной Авиастроительной Корпорации (ОАК).


В качестве шефа Банка Развития и Внешнеэкономической деятельности (ВЭБ) Владимир А. Дмитриев должен заботиться о том, чтобы российской экономике поступало достаточно капитала для устойчивого подъема.


Boersen-Zeitung: Владимир Александрович, на Всемирном экономическом форуме в Давосе вы будете в составе российской делегации.  Какие темы волнуют руководителей экономики в этом году?


Дмитриев: Одной из тем наверняка будет вопрос о том, опасны или нет государственные фонды. Есть множество тем. Вероятно, будет обсуждаться положение стран Третьего мира и последствия ипотечного кризиса.


Вопрос: Дискуссию о государственных фондах Вы можете принять на свой счет. Что бы Вы ответили тем критикам, которые опасаются, что Россия и Китай отправятся на Запад скупать активы?


Дмитриев: ВЭБ не управляет российскими госфондами. За это у нас отвечают Министерство финансов и в некоторой степени Центробанк.


Вопрос: Тем не менее, в конце прошлого года вы приобрели пять процентов пакета акций авиакосмического концерна EADS.


Дмитриев: ВЭБ имеет право приобретать иностранные акции и участвовать в качестве инвестора в иностранных корпорациях. В случае EADS речь шла не о том, чтобы нам приобрести западный актив, как если бы мы выступали в качестве госфонда.


Вопрос: В чистом виде финансовая инвестиция?


Дмитриев: Этот пакет акций мы позже собираемся безубыточно обменять на пакет акций Объединенной Авиастроительной Корпорации (ОАК)…


Вопрос: … государственный холдинг, в котором объединены все российские самолетостроители…


Дмитриев: … который появится на рынке после дополнительной эмиссии. ОАК должно принять соответствующее решение. Обмен, на наш взгляд, поможет интеграции российской и европейской авиакосмической индустрии – к выгоде обеих сторон. EADS, как Вы знаете, держит акции российской самолетостроительной компании Иркут, которая входит в ОАК.


Вопрос: Китайский банк развития стал акционером британского банка Barclays. Когда Вы купите себе долю в банке на западе?


Дмитриев: Я бы не хотел исключать возможности того, что когда-нибудь, когда наша деятельность приобретёт более серьёзные масштабы, и мы будем приобретать (зарубежные) активы. Однако в настоящий момент для нас гораздо важнее выводить на старт крупные инвестиционные проекты в России.


Вопрос: Вам понятны причины, по которым, например, ЕС пытается ввести правовую защиту от таких инвесторов, как Вы?


Дмитриев: Я считаю всю дискуссию о правовых ограничениях для иностранных инвестиций в странах ЕС преувеличенной. Принудительное регулирование стало бы серьезным препятствием для деловой активности предпринимателей из Восточной Европы и в конечном счете ударило бы по зачинателям этих ограничений. Тот, кто препятствует конкуренции, вредит потребителю. Я хотел бы напомнить о том, что нефтяные шейхи, которые в 70е годы усиленно инвестировали на Западе и столкнулись с ожесточенным сопротивлением, стали теперь желанными партнерами по бизнесу.


Вопрос: Значит, Запад не должен Вас бояться?


Дмитриев: В русской революционной песне есть такая строка: «Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути» (смеется). Мы ведь не только банк для развития российской экономики внутри нашей страны, но также и банк, помогающий российским компаниям активно выходить на рынки третьих стран. А это, в том числе, предполагает приобретение ими производственных активов. Например, мы финансировали приобретение нефтеперерабатывающего завода в Боснии одной из российских компаний. Ошибается тот, кто видит в этом опасность. Мы просто обязаны укреплять позиции России в странах СНГ, а также в Юго-Восточной Азии, а Африке, Латинской Америке – в тех регионах, где традиционно был силен Советский Союз.


Вопрос: Бывший министр экономики Герман Греф назвал цифру в триллион долларов, которые должны до 2020 года быть вложены в инфраструктуру. Какую роль при этом будет играть ВЭБ?


Дмитриев: Мы, если хотите, закачиваем ресурсы международных и российских финансовых рынков в нашу экономику. Мы поднимаем российскую экономику на качественно новый уровень, преодолевая одностороннюю зависимость от сырья. Мотором роста станут инновации. Мы поддерживаем ключевые отрасли, нуждающиеся в поддержке государства: транспорт, энергетику, коммуникации, авиа- и судостроительство, высокие технологии. Для того, чтобы добраться до сырья и производственных площадок, должны быть построены линии железной дороги, мосты, трубопроводы, ЛЭП, коммунальные сети. Частный сектор экономики не в состоянии все это обеспечить. Единственный выход – государство и ВЭБ возьмут на себя расходы на эти инфраструктурные проекты. 


Вопрос: Что может делать частный бизнес?


Дмитриев: Мы рассчитали, что до 2012 года за каждым рублем, который инвестируется государством, пойдут от трех до пяти рублей частных инвестиций.


Вопрос: В чём главное отличие ВЭБа от коммерческих банков?


Дмитриев: Мы реализуем те проекты, которые для коммерческих банков или не по силам или недостаточно привлекательны с финансовой точки зрения. Цель коммерческих банков – это генерировать прибыль. Наша цель – это решение социальных и экономических задач.


Вопрос: А имеет ли смысл банку отказываться от достижения прибыли?


Дмитриев: Мы не филантропы. Хоть в наших уставных документах и записано, что достижение прибыли не является ведущим принципом, но там же стоит и то, что мы должны работать безубыточно. К нашим преимуществам относится, например, то, что нам не надо платить налог на прибыль. Это даёт нам возможность занимать деньги на более выгодных условиях нежели другие банки и давать взаймы на условиях ниже рыночных.


Вопрос: Это уже похоже на демпинг.


Дмитриев: Нет, с демпингом здесь нет ничего общего – ведь мы же не конкурируем с коммерческими банками. Ведь в России только 18% всех коммерческих кредитов выдано на срок более трёх лет. А в нашем кредитном портфеле эти займы составляют 65%.


Вопрос: Насколько был полезен для Вас опыт немецкого банка развития KfW?


Дмитриев: Не буду скрывать, что мы очень пристально изучаем опыт KfW, начиная с его уставных документов и законодательства и до его политики финансирования средних и малых предприятий и экологически важных проектов. Мы посылаем наших специалистов на стажировку в KfW и очень тесно работаем с его руководителем г-жой Матеус-Майер. Мы очень довольны тем, как развивается наше сотрудничество. 


Вопрос: Одной из главных тем предстоящей дискуссии в Давосе будет кризис ипотечной системы США. Как этот кризис, с Вашей точки зрения, отразился на российских банках?


Дмитриев: ВЭБ эта проблема не затронула, так как мы не брали какие-либо крупные займы на международных рынках. Конечно, в целом стоимость заимствований будет выше, но мы сможем себе позволить брать новые кредиты – ведь у нас есть и суверенный рейтинг и такие преимущества, как освобождение от налога за прибыль


Вопрос: Приходится ли российским банкам, которые финансировали своё развитие за счёт крупных кредитов взятых на Западе, бояться сейчас за своё будущее?


Дмитриев: По-моему, ситуация в российской банковской системе в общем и целом вполне стабильная. Безусловно, российские банки были активными участниками международного межбанковского рынка, однако, в значительной степени, они не прибегали к использованию финансовых инструментов с высокой степенью риска. Если же какие-то трудности будут возникать, то они будут решаться либо за счет обычных заимствований, либо за счет консолидации, слияний или поглощений в банковском секторе.


Вопрос: В Давосе Вы – часть всемирной деловой элиты. Есть ли у Вас, как у российского банкира, ощущение, что Ваши зарубежные коллеги приняли Вас в свой круг?


Дмитриев: Несомненно. Десять лет тому назад нас, конечно, рассматривали с повышенным интересов. Вы же знаете все те стереотипы, которые связаны с Россией: медведи, водка, чёрная икра. А сегодня на нас, россиян, смотрят уже точно так, как и на немцев и на британцев.


 


Банкир России


Подпись под фотографией: Владимир А. Дмитриев


Владимир Александрович Дмитриев в своем качестве председателя правления государственного банка ВЭБ (Внешэкономбанк – Внешнеэкономический банк) принадлежит к числу самых могущественных банкиров России. Дмитриев одиннадцать лет занимает руководящие посты в ВЭБ и с 2004 года является его главой. Он изучал международные экономические отношения в Московском Финансовом институте и перед тем как начать карьеру банкира, он находился на дипломатической службе.


 


Прототип KfW


Государственный банк ВЕБ (сокращение от Внешэкономбанка) ранее занимался в основном управлением советским внешним долгом. С недавнего времени у него появилась новая задача: в качестве банка развития финансировать модернизацию российской экономики и подыскивать интересные активы за границей.


Уставной капитал банка в размере 202 млрд. рублей (5,6 млрд. евро) должен быть повышен в 2008 году до 250 млрд. рублей. В последующие годы уставной капитал должен будет дальше повышаться. ВЭБ является государственной корпорацией, то есть некоммерческой организацией.


Хотя русские и взяли за образец для банка развития немецкий KfW, однако между ними есть различия: российское государство не несет ответственности за обязательства и кредиты ВЭБа. Сумма баланса на 1 января 2007 года составляла в пересчете 8,3 млрд. евро. Кредитный портфель в размере 200 млрд. рублей (5,5 млрд. Евро) должен вырасти к 2010 г. до 770 млрд. рублей (21,4 млрд. Евро).


 


 

Назад

Интервью Председателя Внешэкономбанка В.А. Дмитриева телеканалу Вести 24. (Давос, Всемирный экономический форум)

24 января 2008 года
#Публикации
Назад

Телеканал "Вести-24",
ВЕСТИ/СЕЙЧАС,
23.01.2008, 21:05
Ведущий Олег Обухов


ВЕДУЩИЙ: Событие дня: сегодня в Давосе открылся Всемирный экономический форум. На прямой связи со студией моя коллега Екатерина Гринчевская. Катя, здравствуйте.


КОРР.: Здравствуйте, Олег.


ВЕДУЩИЙ: День уже практически завершен. Какие вопросы удалось обсудить его участникам?


КОРР.: Да, действительно, первый день Всемирного экономического форума в Давосе подходит к концу. Этот день был очень активным. В эти минуты проходит торжественная церемония открытия форума, она проходит в Конгресс-холле. Эту церемонию открыл председатель Форума Шварц Клапп, и вы эту церемонию наблюдали. Итак, какие же темы сегодня были главными, которые обсуждали в Давосе? Темы дискуссий: это мировой финансовый кризис, развивающиеся рынки и их роль в мировой экономике, а также глобальные риски, которые возможны для мировой экономики. Всего в форуме приняли участие 2 тысячи 500 человек, хотя кажется, что охраны и полиции здесь намного больше.


Итак, среди участников форума - главы государств, министры, а также топ-менеджеры ведущих крупных мировых компаний. И сейчас рядом со мной здесь находится председатель "Банка развития" Владимир Александрович Дмитриев. Владимир Александрович, здравствуйте. Ну, и расскажите, пожалуйста, с какой целью вы приехали в Давос и в каких дискуссиях вы собираетесь принимать участие.


Владимир ДМИТРИЕВ, председатель "Банка развития": Наш банк и я, в частности, - частый гость и участник форума в Давосе. Наша делегация приехала сюда, естественно, для того, чтобы активно поработать, имея в виду, что это уникальная площадка, где можно, во-первых, держа руку на пульсе, понять, что же волнует мировое экономическое сообщество, какие социальные и политические проблемы являются актуальными для политиков, бизнеса и банковского сообщества. Поэтому мы, прежде всего, заинтересованы в том, чтобы обсудить с нашими иностранными партнерами текущую ситуацию на мировых фондовых рынках, обвал фондовых рынков, ситуацию, связанную с резким снижением учетной ставки Федеральной резервной системы, и возможности привлечения инвестиций в российскую экономику, в том числе в контексте деятельности нашего банка как основного финансового института развития нашей страны.


КОРР.: Одна из главных тем, которая обсуждается на форуме, - это мировой финансовый кризис. Также в центре внимания форума находится Россия. Вот как вы считаете, Владимир Александрович, какое место отводят России в решении проблемы мирового кризиса?


Владимир ДМИТРИЕВ: Да, действительно, Россия вновь становится в центре внимания и участников форума, и в целом, в перспективе, мирового экономического сообщества, с учетом того, что наша страна пока еще достаточно надежно защищена от резкого воздействия на ее экономику тех негативных процессов, которые в последние, скажем, полгода, если не больше, потрясают, прежде всего, Соединенные Штаты Америки и Западную Европу. Но это не означает, что наши экономические, финансовые, гуманитарные власти не должны внимательно смотреть за тем, что происходит в окружающем мире и не предпринимать адекватных, серьезных шагов. Я являюсь сторонником того, что происходящее в окружающем Россию мире должно стать предметом серьезного осуждения у нас в стране, в том числе с участием и частного бизнеса, и иностранных инвесторов, с тем чтобы не повторилась ситуация 1998 года, когда огромный поток иностранных инвестиций, до этого активно работавших в России, вдруг в одночасье из России был выведен, и последствия этого кризиса мы все хорошо и знаем, и помним, и опасаемся повторения событий. Но я уверен в том, что наша страна вполне в состоянии адекватно отреагировать на происходящее в нашем окружении. И, самое главное, у нас созданы серьезные заделы для того, чтобы инвестиции, как российские, так и зарубежные, шли в реальный сектор нашей экономики, шли в инфраструктуру, в строительство крупных предприятий и объектов, прежде всего, связанных с глубокой переработкой продукции, с производством товаров, ориентированных на экспорт, - то есть, с тем, что мы называем структурной перестройкой российской экономики.


ВЕДУЩИЙ: В этом году форум проходит в те дни, когда на мировом финансовом рынке сложилась очень непростая ситуация. Аналитики говорят, что кризис на фондовых рынках за последние полвека самый значительный. Вот как вы оцениваете нынешнее положение мирового и отечественного рынков?


Владимир ДМИТРИЕВ: Действительно, ситуация не то что непростая - она весьма сложная. И я не берусь проводить параллели с 50-летней давностью. Но то, что рынок не только лихорадит, но и мы отчетливо видим и ощущаем кризисные явления в экономике зарубежных стран, - это, конечно же, заставляет серьезно задуматься и о дальнейшем пути развития нашей экономики, наших финансовых рынков, наших фондовых рынков. Поскольку Россия - это часть глобального мира, и, разумеется, все, что происходит вовне, так или иначе влияет на положение и в нашей стране. Но, к счастью, говоря о банковском рынке и о ситуации в российских банках, можно уверенно сказать, что в целом мы смогли предотвратить те же серьезные обвальные, негативные процессы, которые потрясли крупные зарубежные банки. Уж таких серьезных потрясений и такого серьезного снижения прибылей и фиксирования убытков в российской банковской системе, к счастью, не произошло.


КОРР.: То есть, с уверенностью можно сказать, что проблемы в мировом финансовом секторе никак не отразились на финансовом секторе России?


Владимир ДМИТРИЕВ: Нет, я бы как раз с такой уверенностью не... Я такой уверенностью не заряжен. Я считаю лишь, что мы пока еще относительно благополучно переживаем ситуацию, которая складывается на зарубежных рынках и которая потрясла зарубежную банковскую систему, но считаю, что, тем не менее, находясь в глобальном мире и серьезно завися от ситуации на фондовых рынках и ситуации с банковской системой в других странах, поскольку российские банки являются и серьезными заемщиками на иностранных рынках капитала, российские компании, их акции активно торгуются на зарубежных площадках, я считаю, что не учитывать это и не реагировать адекватно на происходящее вовне мы не можем.


КОРР.: "Банк развития" ощутил как-то на себе последствия проблем в финансовом секторе мировом?


Владимир ДМИТРИЕВ: Нет, мы, к счастью, оказались вне серьезного воздействия. Во-первых, мы не такие активные заемщики на иностранных рынках капитала, и погашение кредитов, которые у нас имеются, которые мы в свое время брали на зарубежных рынках банковского капитала, наступает нескоро. Мы хеджируем свои валютные рынки, поэтому мы в целом оказались в весьма благоприятном положении, особенно учитывая то, что в конце прошлого года капитал нашего банка был увеличен на 180 миллиардов рублей, и эти средства в том числе, оказавшиеся временно свободными, были размещены на межбанковском рынке и тем самым сыграли, как мне кажется, позитивную роль в стабилизации в целом ситуации на российском рынке межбанковского кредитования.


КОРР.: На ваш взгляд, как может мировой финансовый кризис повлиять на инвестиционный климат в России? И какова стратегия инвестирования тех средств, которыми распоряжается "Банк развития"?


Владимир ДМИТРИЕВ: Я полагаю, что ситуация в России пока еще, к счастью, предсказуемая. И что касается воздействия внешних факторов, я об этом уже говорил, мы не можем не считаться с ними, но это вполне контролируемая ситуация. И что касается средств, которые имеются у нас, - мы рассчитываем их, прежде всего, инвестировать в реальный сектор российской экономики.


КОРР.: Владимир Александрович, я благодарю вас за то, что вы нашли для нас время. Я желаю вам интересных дискуссий! Олег?


ВЕДУЩИЙ: Спасибо, Катя! Ждем от вас новостей. Из Давоса - моя коллега Екатерина Гринчевская. Мы следим за развитием событий, оставайтесь с нами.


 

Назад

«Мы обязаны укреплять позиции России»

23 января 2008 года
#Публикации
Назад

Die Presse
23.01.2008
Йенс Хартманн


 


ДИ ПРЕССЕ: На Всемирном экономическом форуме в Давосе кроме прочих тем  будет обсуждаться и вопрос об опасности государственных фондов. Что бы Вы ответили тем критикам, которые опасаются, что Россия и Китай отправятся на Запад скупать активы?


Дмитриев: ВЭБ не управляет российскими госфондами. За это у нас отвечают Министерство финансов и в некоторой степени Центробанк.


Вопрос: Тем не менее, в конце прошлого года вы приобрели пять процентов пакета акций авиакосмического концерна EADS.


Дмитриев: ВЭБ имеет право приобретать иностранные акции и участвовать в качестве инвестора в иностранных корпорациях. В случае EADS речь шла не о том, чтобы нам приобрести западный актив, как если бы мы выступали в качестве госфонда.


Вопрос: В чистом виде финансовая инвестиция?


Дмитриев: Этот пакет акций мы позже собираемся безубыточно обменять на пакет акций Объединенной Авиастроительной Корпорации (ОАК)…


Вопрос: … государственный холдинг, в котором объединены все российские самолетостроители…


Дмитриев: … который появится на рынке после дополнительной эмиссии. ОАК должно принять соответствующее решение. Обмен, на наш взгляд, поможет интеграции российской и европейской авиакосмической индустрии – к выгоде обеих сторон. EADS, как Вы знаете, держит акции российской самолетостроительной компании Иркут, которая входит в ОАК.


Вопрос: Китайский банк развития стал акционером британского банка Barclays. Когда Вы купите себе кусок западного банка?


Дмитриев: Я бы не хотел исключать возможности того, что когда-нибудь, когда наша деятельность приобретёт более серьёзные масштабы, и мы будем приобретать (зарубежные) активы. Однако в настоящий момент для нас гораздо важнее вывести на старт крупные инвестиционные проекты в России.


Вопрос: Вам понятны причины, по которым, например, ЕС пытается ввести правовую защиту от таких инвесторов, как Вы?


Дмитриев: Я считаю всю дискуссию о правовых ограничениях для иностранных инвестиций в странах ЕС преувеличенной. Принудительное регулирование стало бы серьезным препятствием для деловой активности предпринимателей из Восточной Европы и в конечном счете ударило бы по зачинателям этих ограничений. Тот, кто препятствует конкуренции, вредит потребителю. Я хотел бы напомнить о том, что нефтяные шейхи, которые в 70е годы усиленно инвестировали на Западе и столкнулись с ожесточенным сопротивлением, стали теперь желанными партнерами по бизнесу.


Вопрос: Значит, Запад не должен Вас бояться?


Дмитриев: В русской революционной песне есть такая строка: «Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути» (смеется). Мы ведь не только банк для развития российской экономики внутри нашей страны, но также и банк, помогающий российским компаниям активно выходить на рынки третьих стран. А это, в том числе, предполагает приобретение ими производственных активов. Например, мы финансировали приобретение нефтеперерабатывающего завода в Боснии одной из российских компаний.


Ошибается тот, кто видит в этом опасность. Мы просто обязаны укреплять позиции России в странах СНГ, а также в юго-восточной Азии, а Африке, Латинской Америке – в тех регионах, где традиционно был силен Советский Союз.


«Банки в России находятся сейчас действительно в стабильной ситуации».


Вопрос: Бывший министр экономики Герман Греф назвал цифру в триллион долларов, которые должны до 2020 года быть вложены в инфраструктуру. Какую роль при этом будет играть ВЭБ?


Дмитриев: Мы, если хотите, закачиваем ресурсы международных и российских финансовых рынков в нашу экономику. Мы поднимаем российскую экономику на качественно новый уровень, преодолевая одностороннюю зависимость от сырья. Мотором роста станут инновации. Мы поддерживаем ключевые отрасли, нуждающиеся в поддержке государства: транспорт, энергетику, коммуникации, авиа- и судостроительство, высокие технологии. Для того, чтобы добраться до сырья и производственных площадок, должны быть построены линии железной дороги, мосты, трубопроводы, ЛЭП, коммунальные сети. Частный сектор экономики не в состоянии все это обеспечить. Единственный выход – государство и ВЭБ возьмут на себя расходы на эти инфраструктурные проекты. 


Вопрос: Что может делать частный бизнес?


Дмитриев: Мы рассчитали, что до 2012 года за каждым рублем, который инвестируется государством, пойдут от трех до пяти рублей частных инвестиций.


Вопрос: В чём главное отличие ВЭБа от коммерческих банков?


Дмитриев: Мы реализуем те проекты, которые для коммерческих банков или не по силам или недостаточно привлекательны с финансовой точки зрения. Цель коммерческих банков – это генерировать прибыль. Наша цель – это решение социальных и экономических задач.


Вопрос: А имеет ли смысл банку отказываться от достижения прибыли?


Дмитриев: Мы не филантропы. Хоть в наших уставных документах и записано, что достижение прибыли не является ведущим принципом, но там же стоит и то, что мы должны работать безубыточно. Нашим преимуществом является, например, то что нам не надо платить налог на прибыль. Это даёт нам возможность занимать деньги на более выгодных условиях нежели другие банки и давать взаймы на условиях ниже рыночных.


Вопрос: Это уже похоже на демпинг.


Дмитриев: Нет, с демпингом здесь нет ничего общего – ведь мы же не конкурируем с коммерческими банками. Ведь в России только 18% всех коммерческих кредитов выдано на срок более трёх лет. А в нашем кредитном портфеле эти займы составляют 65%.


Вопрос: Одной из главных тем предстоящей дискуссии в Давосе будет кризис ипотечной системы США. Как этот кризис, с Вашей точки зрения, отразился на российских банках?


Дмитриев: ВЭБ эта проблема не затронула, так как мы не брали какие-либо крупные займы на международных рынках. Конечно, в целом стоимость заимствований будет выше, но мы сможем себе позволить брать новые кредиты – ведь у нас есть и суверенный рейтинг и такие преимущества, как освобождение от налога за прибыль


Вопрос: Приходится ли другим  российским банкам бояться сейчас за своё будущее?


Дмитриев: По-моему, ситуация в российской банковской системе в общем и целом вполне стабильная. Безусловно, российские банки были активными участниками международного межбанковского рынка, однако, в значительной степени, они не прибегали к использованию финансовых инструментов с высокой степенью риска. Если же какие-то трудности будут возникать, то они будут решаться либо за счет обычных заимствований, либо за счет консолидации, слияний или поглощений в банковском секторе.


Вопрос: В Давосе Вы – часть всемирной деловой элиты. Есть ли у Вас, как у российского банкира, ощущение, что Ваши зарубежные коллеги приняли Вас в свой круг?


Дмитриев: Несомненно. Десять лет тому назад нас, конечно, рассматривали с повышенным интересов. Вы же знаете все те стереотипы, которые связаны с Россией: медведи, водка, чёрная икра. А сегодня на нас, россиян, смотрят уже точно так, как и на немцев и на британцев.

Назад

«Мы перекачиваем ресурсы международных финансовых рынков в нашу экономику»

23 января 2008 года
#Публикации
Назад

DieWELT
23.01.2008
Экономика


Владимир Дмитриев, глава Российского Банка развития и Внешнеэкономической деятельности, об инфраструктуре, банковском кризисе и страхе перед госфондами.
В качестве шефа Банка Развития и Внешнеэкономической деятельности (ВЭБ) Владимир А. Дмитриев должен заботиться о том, чтобы российской экономике поступало достаточно капитала для устойчивого подъема. Дмитриев впервые говорит с представителем западной прессы о русской экспансии на мировом рынке, о страхах Запада и о гигантских задачах, которые предстоит решить России. Разговор вел Йенс Хартманн.


 


ДИ ВЕЛЬТ: Владимир Александрович, на Всемирном экономическом форуме в Давосе вы будете в составе российской делегации.  Какие темы волнуют руководителей экономики в этом году?


Дмитриев: Одной из тем наверняка будет вопрос о том, опасны или нет государственные фонды. Есть множество тем. Вероятно, будет обсуждаться положение стран Третьего мира и последствия ипотечного кризиса.


Вопрос: Дискуссию о государственных фондах Вы можете принять на свой счет. Что бы Вы ответили тем критикам, которые опасаются, что Россия и Китай отправятся на Запад скупать активы?


Дмитриев: ВЭБ не управляет российскими госфондами. За это у нас отвечают Министерство финансов и в некоторой степени Центробанк.


Вопрос: Тем не менее, в конце прошлого года вы приобрели пять процентов пакета акций авиакосмического концерна EADS.


Дмитриев: ВЭБ имеет право приобретать иностранные акции и участвовать в качестве инвестора в иностранных корпорациях. В случае EADS речь идет не о том, чтобы нам приобрести западный актив, как если бы мы выступали в качестве госфонда. В конце 2007 года государство повысило наш капитал на 180 млрд. рублей (5 млрд. евро) до более 200 млрд. рублей. Мы искали возможностей вложений.


Вопрос: В чистом виде финансовая инвестиция?


Дмитриев: Этот пакет акций мы позже собирались безубыточно обменять на пакет в Объединенной Авиастроительной Корпорации (ОАК)…


Вопрос: … государственный холдинг, в котором объединены все российские самолетостроители…


Дмитриев: … на их пакет акций, который появится на рынке после дополнительной эмиссии. ОАК должно принять соответствующее решение. Обмен, на наш взгляд, поможет интеграции российской и европейской авиакосмической индустрии – к выгоде обеих сторон. EADS, как Вы знаете, держит акции российской самолетостроительной компании Иркут, который входит в ОАК.


Вопрос: Китайский банк развития стал акционером британского банка Barclays. Когда Вы купите себе кусок западного банка?


Дмитриев: Я бы не хотел исключать возможности того, что когда-нибудь, когда наша деятельность приобретёт более серьёзные масштабы, и мы будем приобретать (зарубежные) активы. Однако в настоящий момент для нас гораздо важнее инициировать крупные инвестиционные проекты в России. Для закупок за границей существуют другие государственные учреждения, такие как «Национальный резервный фонд» или «Фонд национального благосостояния».


Вопрос: Вам понятны причины, по которым, например, ЕС пытается ввести правовую защиту от таких инвесторов, как Вы?


Дмитриев: Я считаю всю дискуссию о правовых ограничениях для иностранных инвестиций в странах ЕС преувеличенной. Принудительное регулирование стало бы серьезным препятствием для деловой активности предпринимателей из Восточной Европы и в конечном счете ударило бы по зачинателям этих ограничений. Тот, кто связывает конкуренцию, вредит потребителю. Я хотел бы напомнить о том, что нефтяные шейхи, которые в 70е годы усиленно инвестировали на Западе и столкнулись с ожесточенным сопротивлением, стали желанными партнерами по бизнесу.


Вопрос: Значит, Запад не должен Вас бояться?


Дмитриев: В русской революционной песне есть такая строка: «Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути» (смеется). Мы не только банк развития для развития российской экономики внутри страны, но мы ее активно развиваем,  чтобы (российские компании) могли активно выходить на рынки третьих стран. А это, в том числе, предполагает приобретение ими производственных активов. Например, мы финансировали приобретение нефтеперерабатывающего завода в Боснии одной из российских компаний.


Вопрос: Бывший министр экономики Герман Греф назвал цифру в триллион долларов, которые должны до 2020 года быть вложены в инфраструктуру. Какую роль при этом будет играть ВЭБ?


Дмитриев: Мы, если хотите, закачиваем ресурсы международных и российских финансовых рынков в нашу экономику. Мы поднимаем российскую экономику на качественно новый уровень, преодолевая одностороннюю зависимость от сырья. Мотором роста станут инновации. Мы поддерживаем ключевые отрасли, нуждающиеся в поддержке государства: транспорт, энергетику, коммуникации, авиа- и судостроительство.


Вопрос: Эти задачи под силу Геркулесу.


Дмитриев: Дефициты инфраструктуры – в которую государство не вкладывалось по-серьезному последние 20 лет – тормозят развитие экономики. Предприниматели готовы осваивать новые месторождения, строить фабрики и электростанции в Сибири и на Дальнем Востоке. Но для того, чтобы добраться до сырья и производственных площадок, должны быть построены линии железной дороги, мосты, трубопроводы, ЛЭП, коммунальные сети. Частный сектор экономики не в состоянии все это обеспечить. Единственный выход – государство и ВЭБ возьмут на себя расходы на эти инфраструктурные проекты. 


Вопрос: Что может и должен делать частный бизнес?


Дмитриев: Мы рассчитали, что до 2012 года за каждым рублем, который инвестируется государством, пойдут от трех до пяти рублей частных инвестиций. Мы видим себя как связующее звено между государством и частным сектором, и хотели бы стать национальным экспертным центром по государственно-частному партнерству.


Вопрос: В СССР занимались мегапроектами, которые по сути своей не могли быть прибыльными. Есть ли опасность того, что миллиарды будут выброшены опять впустую?


Дмитриев: Конечно же мы извлекли уроки из истории нашей страны. И «Закон о Банке Развития» и Меморандум, определяющий его деятельность, говорят о том, что проекты, финансируемые Банком, должны себя оправдывать как с экологической, так и с экономической точек зрения.


Вопрос: В чём состоит преимущество ВЭБа перед коммерческими банками?


Дмитриев: Мы реализуем те проекты, которые для коммерческих банков или не по силам или недостаточно привлекательны с финансовой точки зрения. Это, например, долгосрочные проекты, которые длятся не менее пяти лет, которые нуждаются в выгодном финансировании и которые необходимы для развития экономики нашей страны. Цель коммерческих банков – это генерировать прибыль. Наша цель – это решение социальных и экономических задач.


Вопрос: А имеет ли смысл банку отказываться от достижения прибыли?


Дмитриев: Мы не филантропы. Хоть в наших уставных документах и записано, что достижение прибыли не является ведущим принципом, но там же стоит и то, что мы должны работать безубыточно. А что касается конкуренции с коммерческими банками – то, если в Германии государство гарантирует все займы KfW, то нам, например, не надо платить налог на прибыль. Это даёт нам возможность занимать деньги на более выгодных условиях нежели другие банки и давать взаймы на условиях ниже рыночных.


Вопрос: Одной из главных тем предстоящей дискуссии в Давосе будет кризис ипотечной системы США. Как этот кризис, с Вашей точки зрения, отразился на российских банках?


Дмитриев: ВЭБ эта проблема не затронула, так как мы не брали какие-либо крупные займы на международных рынках. Конечно, в целом стоимость заимствований будет выше, но мы сможем себе позволить брать новые кредиты – ведь у нас есть и суверенный рейтинг и такие преимущества, как освобождение от налога за прибыль


Вопрос: Приходится ли российским банкам, которые финансировали своё развитие за счёт крупных кредитов взятых на Западе, бояться сейчас за своё будущее?


Дмитриев: По-моему, ситуация в российской банковской системе в общем и целом вполне стабильная. Безусловно, российские банки были активными участниками международного межбанковского рынка, однако, в значительной степени, они не прибегали к использованию финансовых инструментов с высокой степенью риска. Если же какие-то трудности будут возникать, то они будут решаться либо за счет заимствований, либо за счет консолидации, слияний, поглощений в банковском секторе.


 


Руководитель и банк




  • Москвич Владимир Александрович Дмитриев в своем качестве председателя правления государственного банка ВЭБ (Внешэкономбанк – Внешнеэкономический банк) принадлежит к числу самых могущественных банкиров России. Дмитриев одиннадцать лет занимает руководящие посты в ВЭБ и с 2004 года является его главой. Он изучал международные экономические отношения и защитил кандидатскую диссертацию. После университета он находился на дипломатической службе. 53-летний Дмитриев считается банкиром Кремля.


  • Тот, кто захочет проникнуть в московскую штаб-квартиру банка, массивную крепость советских времен, для начала будет помещен в стеклянную капсулу и просвечен со всех сторон. Государственный ВЭБ всегда слыл секретным финансовым учреждением, надежно огражденным от внешнего мира. Если раньше банк в основном занимался управлением советским внешним долгом и государственными пенсионными фондами, то с 2007 года у него появилась новая задача: в качестве банка развития  финансировать модернизацию российской экономики и подыскивать интересные активы за границей.


  • Основу для этого Кремль заложил уставным капиталом в размере 202 млрд. рублей (5,6 млрд. евро), который в 2008 году должен быть повышен до 250 млрд. рублей. В последующем году уставной капитал должен будет дальше повышаться. ВЭБ является государственной корпорацией, то есть некоммерческой организацией. Хотя русские и взяли за образец немецкий KfW, однако российское государство не несет ответственности за обязательства и кредиты ВЭБ. Сумма баланса на 1 января 2007 года составляла в пересчете 8,3 млрд. евро.
Назад

Владимир ДМИТРИЕВ: "Развитие инфраструктуры не является самоцелью"

21 января 2008 года
#Публикации
Назад

Профиль
Федор Замятин
21 января 2008 г







Фото: НАТАЛЬЯ ЛЬВОВА

Российская экономика остро нуждается в длинных инвестициях, которые позволили бы обеспечить развитие стратегических отраслей. О том, как будет участвовать в решении этой проблемы государственная корпорация "Банк развития и внешнеэкономической деятельности", читайте в интервью с председателем Внешэкономбанка Владимиром Дмитриевым.


 


— Владимир Александрович, в условиях колоссальных поступлений в страну доходов от экспорта энергоресурсов и увеличения инвестиций реальной экономике не хватает дешевых и длинных денег. Иными словами, таких средств, которые чрезвычайно необходимы для реализации крупномасштабных проектов. Способен ли банк развития, созданный на основе Внешэкономбанка, решить эту проблему?


— Проблема получения дешевых и длинных денежных ресурсов на российском финансовом рынке существует.


И весьма остро. По данным МЭРТ, доля банковских кредитов реальному сектору экономики на срок более чем три года составляет примерно 15—18%. Во Внешэкономбанке объем таких кредитов в портфеле в прошлом году составлял 65%, а в предыдущие три года мы уверенно вписывались в параметры около 50%.


Мы понимали, чем должны и будем заниматься, уже тогда, когда только обсуждалось решение о создании на базе ВЭБа банка развития. Учитывая опыт других стран и международных финансовых организаций, мы существенно изменили структуру кредитного портфеля, нарастили его за счет длинных кредитов, одновременно сделав акцент на серьезные и крупные инвестпроекты. Мы активно занимаемся этой работой несколько последних лет. Так, в 2008 году мы намерены реализовать проекты на сумму в 2 трлн рублей. По нашим расчетам, ресурсная база банка и привлеченного капитала в ближайшей перспективе позволит примерно на 30% решить задачу по привлечению инвестиций в экономику страны.


— Понятно, что даже такие огромные суммы не должны распыляться по всей экономической "поляне". Вам придется следовать определенной логике при осуществлении своих инвестпроектов. Существует ли она сегодня?


— Основные направления нашей инвестиционной деятельности будут напрямую связаны с экономической политикой государства. Этот подход будет максимально подробно проработан в Стратегии развития Внешэкономбанка, которая сейчас находится в стадии активного обсуждения и будет вынесена на наблюдательный совет ВЭБа до 1 марта. Основные параметры и направления этого важнейшего для нас документа наблюдательный совет одобрил в конце декабря 2007 года.


Мы работаем в тех отраслях и на тех основных направлениях, которые вытекают из задач, поставленных президентом Путиным в его Послании Федеральному Собранию: увеличение темпов экономического роста, в том числе путем преодоления инфраструктурных ограничений, создания новых и модернизации действующих высокотехнологичных производств, рациональное использование природных ресурсов.


Для нас очевидно, что развитие инфраструктуры не является самоцелью, она должна и будет развивать экономику в целом, способствовать созданию новых производств, рабочих мест, освоению новых месторождений. Преодоление транспортных, энергетических, коммунальных и прочих ограничений роста даст в совокупности колоссальный мультипликативный эффект для развития государства.


Авиа- и ракетно-космический комплекс, судостроение, энергетика, в том числе атомная, машиностроение, электроника, лесной комплекс — ключевые для структурной перестройки нашей экономики и в некотором смысле прорывные с точки зрения внедрения инновационных технологий отрасли — в первую очередь нуждаются в длинных и дешевых ресурсах. Коммерческие банки в нужных объемах и на максимально выгодных условиях их дать не смогут в силу невысокой доходности и длительного периода окупаемости самых масштабных проектов в этих отраслях.


В конце прошлого года мы получили согласованный список проектов из МЭРТ и Минпромэнерго, предлагаемых ими к финансированию за счет средств Внешэкономбанка. Отрадно отметить, что 80% из этого перечня уже находится у нас в разной степени проработки, причем охвачены практически все отрасли, финансировать которые нам предписано Меморандумом.


— Каковы механизмы реализации основных направлений деятельности банка, его участия в инвестиционных проектах?


— Законом "О банке развития" и Меморандумом о финансовой политике предусмотрены различные формы участия банка в инвестпроектах. Мы вправе проводить экспертизу проектов, консультировать, участвовать в капитале хозяйственных организаций, кредитовать, учреждать и быть участниками различных структур и фондов, которые, в свою очередь, оказывают поддержку инвестиционным проектам. Как видите, объем финансовых инструментов для работы банка чрезвычайно велик.


— А лизинговые схемы?


— В конце прошлого года во время поездки с председателем правительства в Вологду обсуждался вопрос о технологическом переоснащении нашей лесоперерабатывающей промышленности, в частности целлюлозно-бумажных комбинатов и сопутствующих производств, работающих на замкнутом цикле. Именно лизинг — один из серьезнейших инструментов для такой модернизации. Сегодня, к слову, среди существующих лизинговых компаний совсем не много охотников работать с отраслями, которые не дают быстрой отдачи. Соответственно, и предприятий из наших приоритетных отраслей среди их клиентов немного. Например, в крайне востребованной сегодня цементной отрасли. Мы полагаем, что участие ВЭБа в лизинговых компаниях может обеспечить изменение этого дисбаланса.


— Можно ли решить проблему дефицита длинных денег в отечественной экономике только за счет ресурсов, находящихся в распоряжении институтов развития? Или же эта проблема требует принятия дополнительных системных решений?


— Как известно, в конце прошлого года институты развития получили 600 млрд рублей. И только один из них – Внешэкономбанк, — имея соответствующие полномочия, определенные и законом, и Меморандумом о финансовой политике, и специальным решением наблюдательного совета, я уже и не говорю о наличии банковской инфраструктуры, в состоянии эти деньги оперативно разместить и ими управлять. Все остальные, по сути, лишены этой возможности в силу нынешнего законодательства. Получается некое временное омертвление огромного ресурса. Вот и вырисовывается необходимость в системных решениях.


Они должны быть нацелены на эффективное использование мощного ресурса институтов развития, имея в виду в том числе стимулирование притока в экономику частных инвестиций.


— Что необходимо для того, чтобы ваши предложения были реализованы?


— В любом случае нужна законодательная инициатива, совместная слаженная деятельность всех государственных структур, имеющих отношение к развитию экономики.


При этом отмечу, что институты развития, я имею в виду, в частности, Инвестфонд, Российскую венчурную компанию, ГК "Роснанотех", особые экономические зоны, безусловно, способны сделать многое, но не все. Главное, чем они должны заниматься — и наш банк в том числе, — это входить в проекты, обеспечивать их инвестиционную привлекательность. А решение этой задачи сегодня невозможно без изменений в законодательстве. Эксперты полагают, что, например, для эффективного и масштабного запуска частно-государственного партнерства (ЧГП) необходимо внести изменения более чем в 100 законов и подзаконных актов. Зная проблемы, с которыми сталкиваются инвесторы, мы собираемся генерировать процедуру изменения ряда существующих нормативных актов. Мы не хотели бы, чтобы частные инвестиции тормозились сложностями и нестыковками законодательства.


Видим перед собой ориентир, чтобы на каждый рубль, вложенный со стороны государства, привлечь 3—5 рублей частных инвестиций.


— Вы считаете это реальным?


— Кто-то скажет, что нет. Скептиков действительно хватает. Им я бы ответил таким примером: сейчас банк рассматривает финансирование инвестиционных проектов в Калужской области совместно с местной администрацией, в которых, по подсчетам его разработчиков, каждый рубль государственных вложений привлечет почти 25 рублей (!) частных инвестиций.


— Отсюда логически вытекает следующий вопрос — о проектно-экспертной деятельности. Сохранились ли в России организации, способные разработать масштабные проекты, которые необходимы стране для поступательного развития, в частности те же инфраструктурные объекты?







Инвестиции Внешэкономбанка в создание нового промышленного района в Нижнем Приангарье составят 50 млрд рублей. Фото: ИТАР—ТАСС

— Вопрос очень своевременный и перекликается с предыдущей темой — о необходимости системных изменений. Вы совершенно правы: во многих ключевых для нас отраслях проектных организаций осталось крайне мало, да и их объективное состояние и готовность соответствовать потребностям нынешнего дня оставляет желать лучшего. Если посмотреть, допустим, на ситуацию в лесопромышленном комплексе, то обнаружится, что у нас осталось всего два института, причем один из них куплен финнами и переориентирован под интересы новых собственников. Ситуация, подобная той, что сложилась в лесной отрасли, складывается сейчас и в нефтехимии. Поэтому мы предлагаем в ряде важнейших отраслей создать или оставить действующие, равноудаленные от бизнеса проектные структуры, которые бы выступали в качестве центров отраслевой компетенции. Они должны быть независимыми и авторитетными экспертными институтами, в которые без опаски "раскрыть карты конкурентам" могли бы обращаться как крупные корпорации, так и небольшие компании.


В рамках финансирования строительства ЦБК в Нижнем Приангарье — а ЦБК не строились в нашей стране около 30 лет — мы пытаемся сейчас создать инжиниринговую компанию, которая была бы востребована всем нашим лесопромышленным комплексом. Как проектная организация, она будет предоставлять услуги по качественной экспертизе, в ней должны работать эксперты международного класса. При этом ее деятельность останется под государственным контролем. То же самое, я считаю, надо сделать и в станкостроении. Наверное, это вынужденная мера на данном этапе, но она призвана ускорить прорыв в приоритетных отраслях.


— К сожалению, Россия сегодня известна в экономическом мире почти исключительно как экспортер энергоресурсов. В задачи вашего банка входит поддержка высокотехнологичного экспорта. Как вы будете ее осуществлять?


— Поддержку промышленного экспорта мы будем обеспечивать как через создание системы страхования экспортных кредитов, так и через предоставление собственно целевых средне- и долгосрочных кредитов, таких как, например, "кредит покупателю", принятых в международной практике и направленных на финансирование поставок продукции российских экспортеров своим зарубежным контрагентам. Но мы более широко толкуем функции поддержки экспорта.


Помимо системы предоставления и страхования экспортных кредитов мы говорим и об обеспечении российских производителей высокотехнологичной экспортно-ориентированной продукции долгосрочными дешевыми ресурсами, и о создании импортозамещающих производств, которые бы могли значительно расширить базу российского экспорта.


Кроме того, таким образом решается и еще одна немаловажная задача, социальная — создаются новые рабочие места.


Мы осознаем, что экспортный потенциал России не всеобъемлющ, поэтому в первую очередь мы должны закрепляться на рынках, которые были традиционными для Советского Союза. Это, конечно же, рынки стран СНГ, Китая, Индии, Азиатско-Тихоокеанского региона, Среднего и Ближнего Востока, Латинской Америки. Там по-прежнему востребовано наше энергетическое оборудование, технологии по производству ядерной энергии.


Нуждаются эти страны и в военно-техническом сотрудничестве с Россией.


— Предполагает ли банк работать с малым и средним бизнесом? Как известно, в развитых странах он дает куда более значительную долю ВВП, чем в России. Наше правительство также предполагает усилить внимание к "малышам", чтобы и они вошли в число локомотивов экономического роста…


— У нас поддержка малого и среднего бизнеса является одним из ключевых направлений деятельности.


Другое дело, что мы самостоятельно не можем предоставлять кредитный ресурс субъектам малого и среднего предпринимательства и работаем либо через специально созданные для этого хозяйственные структуры, либо через коммерческие, как правило региональные, банки, для которых это направление профильное. Тем самым мы не только финансируем малый и средний бизнес, но и помогаем региональным банкам наращивать их капитальную базу, диверсифицировать структуру пассивов, развивая финансовый сектор экономики.


Это направление исключительно важное, поскольку пока большая часть финансовых ресурсов, предназначенных для малого и среднего бизнеса, оседает в структурах, связанных с торговлей, сервисом и обслуживанием. Считаем своей задачей изменить ситуацию, сделать акцент на кредитование предпринимателей, занимающихся промышленным производством, инновационной деятельностью, высокими технологиями.









Внешэкономбанк организует финансирование продаж самолетов семейства Superjet-100 как для российских, так и для зарубежных заказчиков. Фото: ИТАР—ТАСС

Назад

Синергический эффект участия

28 декабря 2007 года
#Публикации
Назад

Аналитический банковский журнал
12 (151)
28 декабря 2007 г.


В 2007 году (после нескольких неудачных попыток) на базе Внешэкономбанка создан Банк развития, который призван финансировать развитие стратегически важных для страны отраслей экономики и ее инфраструктуры. На днях Банк развития получил, наконец, значительные бюджетные ресурсы и может начать свою деятельность. О том, что планируется предпринять в первую очередь, и о технологии этой проблемы попросили рассказать Сергея Васильев заместителя председателя правления Внешэкономбанка.


- Несмотря на длительное обсуждение необходимости создания Банка развития в нашей стране и даже некоторый имеющийся, хотя и не слишком успешный, опыт в этой области, создан он именно сейчас, в 2007 году, и на базе Внешэкономбанка. Во многих других развитых и развивающихся странах такие банки уже существуют на протяжении длительного времени. Почему же мы так отстаем ?


Сергей Васильев: Создание Банка развития на базе Внешэкономбанка действительно стало одним из важнейших событий уходящего года в нашей стране. Именно в 2007 году наша экономика вышла на предкризисный уровень экономического развития 1990 года. И это существенно поменяло требования к условиям экономического развития. На первый план выходят инфраструктурные ограничения экономического роста. Та инфраструктура, которая была создана в советское время, была вполне достаточной для страны, когда происходило падение производства, а затем и его постепенный восстановительный рост. Инвестиции в инфраструктуру в последние 15 лет осуществлялись в весьма ограниченных масштабах, и это стало ограничителем экономического роста. В ответ на вызовы времени и был создан Банк развития.


— Каковы источники финансирования развития инфраструктуры?


Сергей Васильев: Развитие инфраструктуры может финансироваться разными средствами. Прежде всего - за счет бюджетных ресурсов. Но, к сожалению, бюджетных денег, с одной стороны, не хватает на все объекты, а с другой - нынешние механизмы инвестирования показали себя как достаточно громоздкие и неэффективные. То решение, которое недавно было предложено для крупных инфраструктурных проектов - создание инвестиционного фонда, - очень разумное, но позволяет работать одновременно с небольшим количеством крупных инвестиционных проектов, в то время как стране таких проектов нужны сотни. Основной причиной, по которой именно сейчас создан Банк развития, является возрастание потребности в таком институте, как инструмент масштабного финансирования инфраструктуры.


- С кого следует брать пример, на чьих ошибках учиться ?


Сергей Васильев: При создании Банка развития на базе Внешэкономбанка основными странами, чей опыт был для нас наиболее интересен и где эти банки очень успешны, стали такие страны: Германия, где был создан такой институт еще в период послевоенного восстановления; Корея, где подобный институт сыграл важную роль в индустриализации страны; Бразилия, где такой институт тоже был очень эффективен и до сих пор остается эффективным.


Из стран СНГ, на мой взгляд, наиболее интересен опыт Казахстана. Мы внимательно его изучаем. Там Банк развития был создан сравнительно недавно, но работает уже достаточно успешно. Более того, при разработке собственной документации мы в значительной степени опирались на казахстанские нормативные документы, поскольку эта страна является очень близкой нам и по структуре экономики, и по институциональной культуре.


— Каковы, на ваш взгляд, преимущества российского Банка развития ?


Сергей Васильев: Одно из принципиально важных преимуществ Банка развития заключается в том, что он обеспечивает очень высокий мультипликативный эффект от вложения бюджетных денег. Недавно в уставный капитал нашего банка из бюджета перечислено 180 млрд руб. С учетом собственных средств капитал Банка сейчас составляет 200 млрд. Это сумма не маленькая. Но ею не исчерпываются будущие возможности банка. На 200 млрд собственных средств банк может привлечь финансирование с международных рынков на сумму порядка 800 млрд руб. Таким образом, валюта баланса Внешэкономбанка в течение короткого срока (ближайшие 3-4 года) достигнет триллиона рублей. Тем самым на один рубль бюджетных вложений в уставный капитал банка мы можем привлечь 4 рубля с рынка. Но и это еще не все.


Финансирование проектов осуществляется, как правило, не в объеме нашего 100% участия, а на основе долевого участия Банка развития и других инвесторов. Мы ориентируемся на то, что в перспективе банк будет финансировать только 30% от инвестиций в крупные проекты. Еще 30% должен обеспечивать заемщик своими собственными средствами и активами. Оставшиеся суммы могут поступать из других источников. Мы рассчитываем, что это могут быть и бюджетные ресурсы, и средства международных финансовых организаций, и деньги сторонних инвесторов. Тут важен синергический эффект участия нескольких инвесторов в крупных проектах: в отдельности ни один инвестор такой крупный проект не потянет, зато инициатива Банка развития снижает риски и делает вложения более выгодными и для региональных бюджетов, и для частных инвесторов. При таком подходе оказывается, что валовый объем инвестиций на рубль вложений денег из бюджета дает соотношение 8:1. Иными словами, на рубль вложений из бюджета в уставный капитал Внешэкономбанка будет мобилизовано восемь рублей валовых инвестиций. Это очень хорошо. Если теперь подсчитать общую сумму, которую возможно привлечь в экономику в среднесрочной перспективе через Банк развития, то получается 1,5 трлн руб. Это немалая сумма - около $60 млрд, хотя понятно, что все потребности развития инфраструктуры она не закроет.


— И все-таки Банк развития — это государственный банк ? Каков его официальный статус ?


Сергей Васильев: Банк развития создан как организация с особым статусом. Это госкорпорация, которая функционирует на основе особого Федерального закона. Более того, на него не распространяется регулирование Банка России, у нас нет фондов обязательных резервов, нет налога на прибыль. Все финансовое регулирование осуществляется на основе Меморандума о финансовой политике банка, где установлены нормативы его деятельности.


— Какова структура управления Банка развития?


Сергей Васильев: Наблюдательный совет возглавляет премьер-министр, а состоит он из руководителей ключевых министерств. Это - высший коллегиальный орган, который определяет основные правила функционирования банка. Оперативная работа осуществляется председателем и правлением Внешэкономбанка. Председатель правления Банка назначается Президентом России, а члены правления утверждаются решением наблюдательного совета. Меморандумом о финансовой политике установлено также, что банк финансирует преимущественно длинные проекты, срок окупаемости которых - не менее пяти лет. Другой важный показатель - масштаб проекта - должен быть не менее 2 млрд руб., что отсекает от банка маленькие проекты.


— Вы сказали, что прибыль банка не облагается налогом. Каких финансовых результатов вы ожидаете от своей деятельности?


Сергей Васильев: В Меморандуме сформулирован принцип безубыточности деятельности Банка развития. Исходя из этого принципа Банк развития обязательно должен видеть окупаемость проекта, хотя в Законе, регулирующем нашу деятельность, прямо сказано, что "прибыль не является целью деятельности Банка развития". В то же время мы не ориентированы на максимизацию прибыли. Это означает, что наша процентная ставка будет существенно ниже рыночной. Она будет равна стоимости привлечения средств плюс маржа банка, определяемая нашими накладными расходами.


— Каковы основные направления деятельности Банка развития ?


Сергей Васильев: Инфраструктура, инновации, рациональное использование природных ресурсов, развитие малого и среднего бизнеса, поддержка промышленного экспорта. Это традиционные направления деятельности для большинства национальных банков развития. Плюс к этому нам утверждены определенные отраслевые приоритеты. Это отрасли преимущественно тяжелой промышленности, такие как авиация, космическая отрасль, судостроение, энергетическое и транспортное машиностроение, производство специальных сталей, атомная промышленность и атомная энергетика, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность. Надо сказать, что Внешэкономбанк традиционно работает с этими отраслями. Эти отрасли в принципе достаточно трудны для частных инвесторов.


В настоящее время по заданию наблюдательного совета разрабатывается стратегия банка, где отраслевые направления его деятельности разрабатываются уже более конкретно. Скажем, не просто транспорт, а его определенные отрасли, к примеру, строительство федеральных дорог на условиях государственно-частного партнерства, реконструкция и строительство морских портов и портового хозяйства, развитие внутренних водных путей. Речь идет практически обо всех крупных отраслях, где нужны масштабные инвестиции. Примерно так же расписано по энергетике, по жилищно-коммунальному хозяйству.


— Получается, что Инвестиционный фонд финансирует крупные проекты. Банк развития также финансирует крупные проекты, связанные с развитием инфраструктуры, но несколько меньшего масштаба, т. е. те, до которых у федерального бюджета, федерального центра "руки не доходят", — проекты региональной составляющей. В то же время банк включается в финансирование проектов на конкурентном рынке на условиях соинвестирования с частным бизнесом, в том числе банковским. Тогда такое партнерство усилит конкуренцию и приведет к перераспределению рыночных сил.


Сергей Васильев: Меморандумом нам официально запрещено конкурировать с частными банками. Если какой-то проект даже в инфраструктурной сфере может быть профинансирован участниками рынка, к примеру коммерческими банками, то мы в такие проекты в принципе входить не должны. Иными словами, мы не должны создавать конкуренции для банков. Скорее наоборот, поскольку Внешэкономбанк не имеет филиалов, многие проекты в регионах будут осуществляться через региональные коммерческие банки, которые смогут взять на себя функцию доведения средств до заемщиков, а также осуществление контроля за эффективностью расходования средств. Эти банковские функции Внешэкономбанк не будет осуществлять. Его задача - провести оценку и фондирование проектов.


Поскольку региональная проблематика выходит на передний план, в банке создан специальный департамент по региональному развитию. В ближайшее время будут создаваться представительства в регионах. Задача представительств Внешэкономбанка - на местах изучать особенности и детали проектов, оценивать риски, связанные с ними, и предлагать проекты руководству.


Среди направлений, наиболее важных для регионального развития, на мой взгляд, можно выделить финансирование инфраструктуры малого и среднего бизнеса, создание технопарков, бизнес-инкубаторов. С точки зрения технологии финансирования мы будем отбирать на конкурсной основе региональные банки, которые и станут операторами ряда проектов. Эти банки и будут предоставлять кредиты малому и среднему бизнесу за счет кредитных линий Внешэкономбанка. Но технопарки и бизнес-инкубаторы Банк развития будет финансировать напрямую.


Второе направление, которое также связано с региональным развитием, - это создание инфраструктуры особых экономических зон, которое для Банка развития представляет существенный приоритет. Но я думаю, что мы будем вкладывать инвестиции в региональную инфраструктуру и в развитие также тех регионов, которые экономическими зонами не являются. Объекты приложения инвестиций во многом будут зависеть от того, какие проекты нам смогут предложить региональные администрации. Если будут интересные, хорошо проработанные проекты, то я уверен, что не будет никаких ограничений по тем регионам, куда банк будет вкладывать деньги.


 

Назад